ЛитМир - Электронная Библиотека

— Губернатор дал мне форму такого заявления. — Д’Обри достал из-под подкладки камзола второй документ и подал магарадже. Тот прочитал его с невозмутимым лицом и сказал:

— Будь по-вашему. Я согласен подписать этот документ. Слуга поднес шкатулку и золотой письменный прибор. Нункомар подписал документ и возвратил его кавалеру. Затем он открыл ключом, висевшим на шее, шкатулку:

— Мне почему-то кажется, что вам небезопасно находиться в стране под видом итальянского купца, — сказал он. — При малейшем подозрении никто бы не задумался арестовать и обыскать вас, и тогда тайна наша оказалась бы в чужих руках. Вы должны путешествовать в качестве английского офицера.

— Английского офицера! — воскликнул кавалер, невольно рассмеявшись. — Да разве это возможно?

— Здесь, в Калькутте, конечно, нет, — возразил Нункомар. — Здесь вас узнали бы немедленно. Но как только вы оставите город, вам нечего будет опасаться, потому что ни английские власти, ни сами английские военные не знают офицеров других гарнизонов.

— Английскому офицеру необходим паспорт, — заметил кавалер, — и, кроме того, обмундирование, оружие.

— Все это будет для вас приготовлено, — возразил Нункомар. — А прежде всего, вот паспорт.

Он достал из шкатулки бумагу и передал ее кавалеру. Тот раскрыл ее и воскликнул:

— Действительно, вполне правильный паспорт! Кто такой этот Гарри Синдгэм, и каким образом паспорт его попал в ваши руки?..

— Гарри Синдгэма не существует, — отвечал Нункомар, около губ которого играла чуть заметная улыбка. — Бояться вам нечего, а каким образом у меня появился этот паспорт — тайна. Вы можете спокойно путешествовать по стране. Все необходимое для обмундирования английского офицера вы найдете в чемодане, который слуга принесет вам, как только мы закончим разговор. Итак, вы предложили мне купить золотые вещи венецианской работы, и я сейчас сделаю выбор.

При этих словах он протянул руку за стоявшим позади него плоским ящиком, открыл его и вынул оттуда различные цепочки и браслеты, украшенные редкими по чистоте и блеску драгоценными камнями.

— Вот, кавалер д’Обри, — сказал он, — это и есть товар, который вы мне якобы показывали. Я выберу, что мне понравится, а остальное вы возьмете обратно.

— Возьму обратно! — воскликнул кавалер с удивлением. — Но эти драгоценности вовсе не мои.

— Разве вам не следует унести их, хотя бы для того только, чтобы мои слуги подумали, что вы торговец?

Кавалер покраснел.

— Это слишком, — пробормотал он. — Такой богатый подарок…

— Когда приходится скрывать большие тайны, не обходимо соблюдать осторожность даже в мелочах.

Нункомар захлопал в ладоши и сказал появившемуся слуге:

— Этот купец, привезший мне такие роскошные вещи, будет обедать со мной и бегум Дамаянти. Пусть сервируют обед в концертном зале. Проводи туда господина, а затем отнеси выбранную мною цепь в казначейство. Сейчас и я сам последую, за тобой.

Он поклонился кавалеру, и тот последовал за слугой. Обширный зал, куда вошел кавалер, был весь украшен резьбой из слоновой кости и золота и задрапирован пурпурным штофом. На стенах висели картины, изображающие семь нимф, которые, согласно обычаям индусов, представляли семь тонов индусской музыкальной гаммы.

Несколько молодых прислужниц, все до одной замечательно красиво сложенные и украшенные цветами, держали в руках инструменты и играли. Девушки с любопытством посмотрели на незнакомца, но не изменили своего положения и продолжали игру, сопровождаемую мелодичным пением.

Слуга предложил гостю золоченое кресло, несколько других слуг внесли роскошно сервированный стол. В залу вошла и прекрасная Дамаянти, сопровождаемая многочисленной свитой. Вскоре появился и Нункомар с толпой слуг и охранников. Начался обед, совершенно европейский, с той только разницей, что одновременно подавалось много разнообразнейших блюд, так что сделать выбор между ними было затруднительно.

На буфете стояло бесчисленное множество золотых, серебряных и хрустальных графинчиков с напитками и винами. Д’Обри оказал честь как блюдам, так и напиткам.

Нункомар говорил со своим гостем о настоящем положении дел в Индии, об английском управлении и военной организации. Он выставлял себя преданнейшим другом англичан, а в особенности Ост-Индской компании, упоминая о недостатках в административных и военных учреждениях исключительно в выражениях живейшего сожаления, но тем не менее так точно и определенно, что кавалер из этой легкой застольной беседы, ведущейся в присутствии многочисленного штата слуг, мог почерпнуть массу важных для себя сведений, касающихся слабой стороны английского могущества.

Дамаянти с интересом справлялась о европейских обычаях и прерывала рассказы кавалера о жизни в Италии и Париже такими наивно пикантными и вместе с тем остроумными замечаниями, что ему не раз приходилось от души смеяться и в то же время восхищаться тонкостью суждений молодой женщины.

По окончании обеда слуги подали в широких хрустальных чашках крепкий навар индийского растения густринам, заменявший здесь чай или кофе, но далеко превосходивший их по вкусу и аромату. Нункомар еще раз наклонился к своему гостю и, кивнув ему головой, сказал последний застольный привет.

Пока гость благодарил магараджу и говорил хозяйке приличный случаю комплимент, раздался оглушительный пушечный выстрел. Нункомар встал, прислушиваясь, слуги задрожали, музыка умолкла, и даже прекрасная Дамаянти вздрогнула от испуга. За первым выстрелом быстро последовали второй и третий.

— Это привет из крепости новому губернатору, — сказал Нункомар. — Вероятно, на рейде показался его корабль.

Вскоре в дверях появился один из слуг, который подтвердил прибытие корабля с губернаторским флагом. Войска собираются встречать его на пристани, а в Муршидабад уже посланы эстафеты известить визиря, чтобы он вовремя поспел к встрече представителя Ост-Индской компании.

Когда умолк двадцать первый салют с валов форта Вильяма, Нункомар обратился к своему гостю:

— Извините меня, если я вас оставлю. Мне нужно подготовиться к встрече нового губернатора… Впрочем, и вас, кажется, дела заставляют торопиться… Лучше будет, — прибавил он вполголоса, — если вы покинете город как можно быстрее.

— Я тотчас же уеду и постараюсь в точности исполнить ваше поручение, — согласился кавалер и распрощался с магараджей и его супругой.

Местное население находилось в большом волнении. Все стремились к пристани, где большая часть набережной была оцеплена войсками. Повсюду толпился народ, и весь этот гул и шум покрывался доносившимся из форта боем барабанов и сигнальными рожками, призывавшими войско строиться к параду.

Во время этой оживленной сутолоки, царившей в блестящей резиденции британского правительства, на маленькой сильной лошадке в сопровождении двух слуг ехал кавалер д’Обри, которого по скромному костюму легко было принять за путешествующего торговца. На него никто не обращал внимания, а между тем он вез роковую тайну, развязка которой должна была уничтожить владычество общества английских купцов над гордыми индусами и магометанами.

III

Около пристани был расставлен целый батальон английских солдат в красных мундирах и сипаев в легких одеждах и тюрбанах.

Войско оцепило шпалерами большую квадратную площадь, посредине которой была сооружена громадная, убранная пышными коврами палатка для членов совета и представителей индусских и магометанских туземцев.

Наконец на площади появился исполняющий обязанности губернатора мистер Барвель в богато расшитом мундире. Его сопровождал старший чиновник Ост-Индской компании.

Мистер Барвель, человек лет пятидесяти, по внешности скорее походил на простого чиновника, нежели на человека, занимающего такой высокий пост.

Комендант форта Вильяма полковник Чампион встретил его со всеми подобающими военными почестями и вместе с ним вошел в палатку, где был приготовлен легкий десерт и прохладительные напитки.

7
{"b":"253548","o":1}