ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Кристл промолчал. Он, видимо, решил не реагировать на ехидство Винслоу. Увлеченный своей идеей, он сдерживался сегодня без всякого труда. Мы расселись за столом: Деспард-Смит, Винслоу и Гетлиф с одной стороны, а Браун и я напротив. Кристл, сказав, что он, к сожалению, не может предложить нам такого богатого выбора вин, как Браун, налил всем почти неразбавленного виски и сел на председательское место.

Мы молча прихлебывали виски; разговора никто начинать не хотел. Кристл набил трубку, раскурил ее и деловито сказал:

– С подготовкой к выборам мы зашли в тупик. Вы согласны?

– Похоже на то, – откликнулся Гетлиф.

– И что вы об этом думаете? – спросил Кристл.

– Я думаю, что это истинное бедствие, – с мрачной торжественностью ответил Деспард-Смит; он почти допил свое виски и теперь пристально наблюдал за нами.

– А я с горестным изумлением думаю об умственных способностях некоторых наших коллег, – сказал Винслоу.

– Меня это попросту поражает, – проговорил Кристл; сегодня он произнес свое излюбленное слово без зловещих интонаций. – Однако такие разговоры едва ли нам помогут. Мы решительно ничего не добьемся, упражняясь в язвительном острословии.

– Я согласен с деканом, – сказал Деспард-Смит; его реплика прозвучала сурово и веско.

– Мне пока не совсем понятно, чего наш уважаемый декан хочет добиться, – заметил Винслоу. – Но, может быть, остальные осведомлены лучше, чем я?

– Все очень просто, – глядя на наших противников, сказал Кристл. – Если положение не изменится, ректора нам назначит епископ. Вам нравится такая перспектива?

– Эта возможность не ускользнула от нашего внимания, – сказал Винслоу.

– Я полагаю, это каждому из нас приходило в голову, – вступил в разговор Браун. – Но мы надеялись, что все как-нибудь уладится.

– Теперь уже трудно на это надеяться, – сказал Деспард-Смит.

– Вам нравится такая перспектива? – опять спросил Кристл.

– Должен признаться, дорогой декан, – проговорил Винслоу, – что у меня нет телепатических способностей, а поэтому я не знаю замыслов епископа и не могу ответить на ваш вопрос.

– Мне такая перспектива представляется к-катастрофической, – объявил Деспард-Смит. – И позорной, – добавил он. – Мы же опозоримся на весь Кембридж, если не сумеем сами выбрать себе руководителя.

– Очень рад, что вы так думаете, – заметил Кристл. – А теперь я скажу вам, что думаем об этом мы. Да-да, у нас сложилось твердое убеждение на этот счет. Если в дело вмешается епископ, ваш кандидат в ректоры не пройдет. Наш – тоже. Ректором станет чужак.

– А как по-вашему? – спросил Деспарда Гетлиф.

– Должен с горечью признать, что декан прав, – ответил Деспард-Смит. Он, как и Кристл на нашем совещании несколько дней назад, говорил с такой уверенностью, будто ему были известны намерения епископа. Интересно, подумал я, не узнал ли он что-нибудь через своих знакомых-клириков? И не от него ли получил сведения Кристл? Сегодня, во всяком случае, они явно друг друга поддерживали. А поддержка Деспарда, хотя ему уже перевалило за семьдесят, имела большое значение. Он никогда не сомневался в своей правоте. Он помолчал, налил себе виски и твердо сказал: – Да, к несчастью, декан совершенно прав. Должен заметить, что нынешний состав Епископата никак не назовешь удачным. Там никто не отличается особой мудростью. Но даже на этом фоне наш епископ кажется поразительно легкомысленным. Он, без сомнения, навяжет нам в ректоры совершенно неподходящего человека.

– Вам этого хочется? – напористо спросил Кристл.

– Мне нет, – ответил Гетлиф.

– Мне вот тоже нет, – сказал Кристл.

– В этом, конечно, мало радости, – заметил я.

Винслоу ехидно улыбнулся.

– Небезынтересно выяснить, – проговорил он, – предпочтут ли члены Совета любого из наших кандидатов епископскому чужаку. Некоторые, наверно, предпочтут. Но отнюдь по все.

– Вы имеете в виду, что среди нас есть люди, способные добровольно передать дело епископу? – спросил Кристл. – Люди, готовые прокатить одного из кандидатов любой ценой?

– Совершенно верно, мой дорогой декан, – ответил Винслоу.

Браун с тревожным вниманием поглядывал на Винслоу и Кристла.

– Я думаю, – сказал он, – что сейчас каждый из нас должен четко определить, чего он хочет. Моя позиция не изменилась. Я уверен – ректором должен стать Джего; ни о каких других вариантах я пока не задумывался. Сказать, что после Джего наилучшим кандидатом мне кажется Кроуфорд, я никак не могу.

– А я, – подхватил Винслоу, – не могу даже сказать, что считаю Джего приемлемым кандидатом на должность ректора.

– И поэтому, – спокойно выслушав казначея, закончил Браун, – если наш кандидат не наберет абсолютного большинства голосов, я не буду возражать против вмешательства епископа.

– Крайности, как известно, смыкаются, – сказал Винслоу, – и мне остается повторить заключительную фразу наставника: если наш кандидат не наберет абсолютного большинства, то я готов положиться на мудрость епископа.

– А по-моему, – сказал я, – крайности – это всегда плохо. Я не могу согласиться с Брауном. Мне-кажется, что любой из наших кандидатов лучше чужака. Любой.

– Прекрасно сказано! – энергично и по-дружески поддержал меня Гетлиф, словно мы опять стали союзниками. – Мне кажется, что Элиот безусловно прав. Я не в восторге от кандидатуры Джего, но по мне уж лучше он, чем ставленник епископа.

Когда Фрэнсис умолк, все посмотрели на Деспарда. Он отхлебнул виски и с медлительной важностью проговорил:

– Я присоединяюсь к вам, лаодикейцы. – Потом необычно серьезно, так что никто не обратил внимания на разностилье в его репликах, добавил: – Пусть кто-нибудь другой покупает кота в мешке.

– Ну вот, – сказал Кристл, – а моя позиция, по-видимому, всем уже ясна. – Он смотрел на Брауна. – Я поддерживаю Джего не для того, чтобы прокатить Кроуфорда. Мне просто кажется, что Джего лучше, чем он, справится с обязанностями ректора. Но в общем-то справится и Кроуфорд. – Он помолчал и закончил: – Таким образом, четверо из нас определенно не хотят, чтобы в жизнь колледжа вмешивался епископ. И значит, нам надо подумать, как этого избежать.

Браун, раскрасневшийся от тревожной неуверенности, сказал:

– Я убежден в своей правоте, но считаю, что нам следует внимательно выслушать декана. Его предложения не раз помогали нам справляться с трудностями. – Я видел, что за всегдашней благожелательностью Брауна скрывается острое беспокойство. Мне трудно было определить, дружба или партийная лояльность заставляла его сейчас подыгрывать Кристлу. Скорей всего, и то и другое, подумал я: политические соображения и дружеские чувства всегда сплавлялись у него воедино, помогая ему действовать тактично и мудро.

– Я полагаю, мы выслушаем декана? – полувопросительно проговорил Деспард-Смит.

– Как вам будет угодно, – равнодушно ответил Винслоу.

– Итак, – сказал Кристл, – начнем с подсчетов. Джего поддерживают пять человек, и эти пять человек, по меркам любого университетского сообщества, абсолютно надежны – я имею в виду Брауна, Элиота, себя и Калверта с Льюком, наших молодых членов Совета. Пилброу несколько раз давал нам обещание проголосовать за Джего, но я не хочу кривить душой и прямо говорю, что не знаю даже, вернется ли он в колледж к выборам: они не очень-то его интересуют.

– Что ж, оценка вполне беспристрастная, – заметил Гетлиф; он улыбнулся, и от его прищуренных глаз разбежались по лицу лучики-морщинки.

– У Кроуфорда четыре вполне надежных сторонника, – продолжал Кристл. – Деспард, Винслоу, Гетлиф и Найтингейл. Второй раз Найтингейл не переметнется – иначе ему не удержаться в колледже. Кроме того, вы рассчитываете на Гея, но его, как и Пилброу, трудно принимать в расчет. Он вполне может забыть фамилию вашего кандидата или проголосовать за самого себя.

– Я уверен, что Гей нас не подведет, – возразил Деспард-Смит.

– Давайте уж не будем сбиваться с беспристрастного тона, – сказал Гетлиф. – Мы не можем положиться на Гея. Кристл прав.

47
{"b":"25361","o":1}