ЛитМир - Электронная Библиотека

Партия «Яблоко» в лице Сергея Митрохина заявила: «Что же касается преследования компании ЮКОС, то «Яблоко» давно и последовательно выступает в ее защиту».

Рейтинг СПС и «Яблока» особенно упал после того, когда Ходорковский вынужден был признаться в том, что финансировал эти партии. Гражданам России становилось понятно, чем диктуется позиция его защитников.

Едва оправившись от этого невольного разоблачения, СПС не нашла ничего лучше, как ввести в тройку лидеров Анатолия Чубайса. Видимо, ставка делалась на то, что он держит в руках энергосистему страны, а потому привлечет большое число избирателей на сторону партии. Однако при этом совершенно не было учтено тотальное негативное отношение народа к Чубайсу.

Пытаясь отыграться, лидеры СПС подняли истеричный шум по поводу того, что стране угрожает коричневая чума в лице партии «Родина». Немцов, Чубайс, Хакамада пугали россиян тем, что нынешняя ситуация в стране напоминает им положение в Веймарской Германии перед приходом к власти Гитлера. Они говорили, что «Родина» – это националисты, но их истерика не достигла успеха.

В глазах россиян они уже были тесно связаны с олигархами. А рекламный ролик с присутствием лидеров СПС на борту вызывающе роскошного белого бизнес-лайнера окончательно похоронил симпатии к ним.

Народ отталкивала и завышенная самооценка руководителей СПС, и пренебрежение ко всем, кто не являлся их приверженцами. Вот лишь некоторые заявления сопредседателя СПС Чубайса в адрес лидеров блока «Родина»: «В стране поднимает голову национал-социализм в самом отвратительном виде». «Коммунисты идут вниз, это очевидно, им хребет переломали, а эти, наглые, циничные, идут вверх. Эту плесень надо уничтожать». Это говорил человек, исповедующий якобы либеральные взгляды.

Дмитрий Рогозин сдержанно заявил тогда в ответ, что это «примитивный пиар-ход». «У нас были сведения, что штаб СПС мечется в поисках средства для поднятия рейтинга. Ничего, кроме грустной усмешки, действия правых не вызывают».

Рогозин обвинил лидеров СПС в том, что они взяли на вооружение политику шельмования блока «Родина», раздувания угрозы национал-социализма. Своими действиями они подрывают репутацию страны.

Иными словами, российская олигархическая элита, представленная партиями «Яблоко» и СПС, не сумела найти свою «экологическую нишу». И это не случайно.

Вячеслав Костиков в статье «Дефолт ельцинской элиты» дал ей очень меткую образную характеристику: «Оторванная от населения, она изначально была обречена на кулуарный стиль взаимодействия с властью. Она могла только просить или скандалить – писала письма президенту, обивала пороги администрации, устраивала сцены «мелкого неповиновения» на Васильевском спуске. А когда очень уж сердилась – бежала жаловаться в западные СМИ».

СПС потеряла почти половину прежних голосов, не набрала вожделенных процентов и не прошла в Государственную думу.

У «Яблока» потеря произошла по важнейшим центрам – Санкт-Петербургу, Московской и Ленинградской областям. Интеллигенция, которая всегда шла за этой партией, сделала выбор в пользу «Единой России», блока «Родина», партии «Жизни».

Станислав Белковский объясняет этот проигрыш элиты так. Пусть она, по его мнению, и зародилась в период «позднего» Михаила Горбачева, но не превратилась бы в класс, если бы не «один престарелый, пьющий, не очень здоровый человек».

Белковский подчеркнул одну существенную черту так называемой элиты: «Элита девяностых сегодня премного говорит о свободе и демократии. И яростно мусолит какую-то очередную резолюцию полубезумных геронтократов из конгресса и сената США, осуждающую Путина за «отступление от демократической линии». На самом деле нет для этой элиты ничего ужаснее демократии. Потому что, если бы у народа России был настоящий выбор, к власти в стране пришли бы носители совсем других ценностей, других идеологий. Эта элита признает одну свободу – свободу купить все что угодно за деньги. Свободу денег, а не свободу личности. Когда олигарх покупает средство массовой информации и вводит в нем жесткую цензуру (попробуйте сегодня покритиковать Ходорковского в любом из принадлежащих ему СМИ) – это нормально. Зато если кто-то выступает против олигарха – это преступно».

В представлении общества сложился устойчивый негативный образ олигарха, суть которого хорошо выразил Евгений Примаков: «Ведь кто такой олигарх? Это человек, который набивает карман за счет махинаций, в том числе с налогами, который может подставить ножку сотоварищам, который грубо стремится лезть в политику, развращает чиновников, партии и депутатов».

Если Ходорковский и питал надежды на большое количество голосов в пользу СПС и «Яблока», то с тюремных нар он с горечью констатировал: русский либерализм потерпел поражение.

«Я не хочу сказать, что Чубайс, Гайдар и их единомышленники ставили перед собой цель обмануть Россию. Многие из либералов первого ельцинского призыва были людьми, искренне убежденными в исторической правоте либерализма, в необходимости «либеральной революции» в усталой стране, практически не знавшей прелестей свободы. Но к этой самой революции либералы, внезапно получившие власть, подошли излишне поверхностно, если не сказать легкомысленно. Они думали об условиях жизни и труда для 10 % россиян, готовых к решительным жизненным переменам в условиях отказа от государственного патернализма. А забыли – про 90 %. Трагические же провалы своей политики прикрывали чаще всего обманом».

Ходорковский считал, что крупный бизнес «ушел с арены вовсе не из-за внезапного расцвета коррупции в России, а только в силу того, что стандартные лоббистские механизмы перестали работать. Так как были рассчитаны на слабого президента и прежнюю кремлевскую администрацию. Вот и все».

Был ли искренен Ходорковский, трудно сказать, но выводы, к которым он пришел, впечатлили российскую общественность: «Что мы можем и должны сегодня сделать? Назову семь пунктов, которые представляются мне приоритетными. Осмыслить новую стратегию взаимодействия с государством…

Научиться искать правды в России, а не на Западе. Имидж в США и Европе – это очень хорошо. Однако он никогда не заменит уважения со стороны сограждан. Мы должны доказать – и в первую голову самим себе, – что мы не временщики, а постоянные люди на нашей, российской земле. Надо перестать пренебрегать – тем паче демонстрировать – интересами страны и народа. Эти интересы – наши интересы.

Отказаться от бессмысленных попыток поставить под сомнение легитимность президента. Независимо от того, нравится нам Владимир Путин или нет, пора осознать, что глава государства – не просто физическое лицо. Президент – это институт, гарантирующий целостность и стабильность страны…

Перестать лгать – себе и обществу…

Оставить в прошлом космополитическое восприятие мира… Признать, что либеральный проект в России может состояться только в контексте национальных интересов…

Легитимировать приватизацию. Надо, необходимо признаться, что 90 % российского народа не считает приватизацию справедливой, а ее выгодоприобретателей – законными собственниками. И пока это так, всегда будут силы – политические и бюрократические, а то и террористические, – которые будут посягать на частную собственность… Чтобы изменить страну, нам надо самим измениться».

Реакция со стороны его былых единомышленников не заставила себя ждать. Политсовет СПС заявил, что именно сейчас складываются условия, когда «либерализм и демократия объективно востребованы для развития страны». Ходорковскому же порекомендовали держаться «более достойно», несмотря на то что он находится в тюрьме.

В декабре 2013 года Владимир Путин подписал указ о помиловании Михаила Ходорковского, обратившегося к нему с просьбой об этом. Бывший владелец ЮКОСа вышел из тюрьмы и сразу оказался за пределами России. Он поселился в Швейцарии и, судя по всему, стал готовиться занять должность Президента России, никак не меньше. Однако российский народ уже знает ему цену.

Новые выборы, новые задачи

В российском обществе получила одобрение передача контроля над полезными ископаемыми из рук олигархов государству.

17
{"b":"253633","o":1}