ЛитМир - Электронная Библиотека

– Почему? – Она заметила, как посерьезнело его лицо. Это было резким контрастом с его обычной веселостью. Джанна поняла, что Трейвис был ему так же дорог, как ей – тетя Пиф.

– Твоя тетя и Клара съели в тот день больше, чем Трейвис, а потом еще долго пользовались той же мукой и всем остальным, кроме меда. В нем завелись муравьи, и Клара его выбросила.

– Наверное, Трейвиса отравили еще до того, как он явился на чай.

– Иного объяснения я не вижу.

Вернулся Джерри с папкой под мышкой.

– Вот то, что нам нужно. – Он сел и принялся перекладывать листки. – Одиннадцатого марта 1978 года я беседовал с Ралфом Эвансом, который рассказал мне, что он и Макшейн вместе перебрались из Газачы в Бардию. Видимо, Макшейн не поспел к отплытию «Нельсона». В последний раз Эванс видел его в Бардии, в баре на пристани. Оттуда Макшейн отправился встретиться со знакомым военным летчиком.

– Он не назвал фамилию летчика? – спросила Джанна, сразу почему-то подумав о Тони Бредфорде.

– Нет. Судя по моим записям, Эванс не знал его фамилии. Он надеялся встретиться с Макшейном на другой день, но тот так и не появился. Эванс покинул Бардию вместе со своей частью.

– И после той ночи Макшейна никто не видел? – спросил Ник.

– Он исчез. – Джерри уперся локтями в колени и, переплетя пальцы, задумался. – Возможно, он погиб, а тело было неверно опознано. Возможно также, что тело просто осталось лежать в безымянной могиле в Бардии.

– Я надеялась найти для тети Пиф фотографию Йена. Мне так хотелось ее порадовать! – Джанну еще больше удручил собственный испуганный голос. – А вместо этого я сообщу ей весть, которая и подавно погрузит ее в уныние!

Ник взял ее за руку.

– Давай не торопиться с новостями. Лучше продолжим расследование.

«Продолжим»? С каких пор это стало его делом? Она покосилась на его лапу, ласково поглаживающую ее руку. Он был потрясающе красив, что ее только расстраивало, так как пробуждало болезненные воспоминания о Коллисе Пемброке. Но в отличие от ее мужа Ник Дженсен, похоже, не был эгоистом. Он так горевал по своему другу, что это было видно невооруженным глазом. Судьба тети Пиф тоже вызывала у него глубокое сочувствие.

– Ты прав. Нельзя огорчать тетю Пиф. Она всегда была со мной так ласкова – понимала меня лучше, чем мать. – Перехватив проницательный взгляд Ника, она устыдилась: ведь она покинула Рим в таком смятении от рассказа тети Пиф, что даже не позаботилась попрощаться с Одри. – Пойми меня правильно: моя мать – чудесная женщина. Стоило мне или брату чуть чихнуть, она немедленно волокла нас к доктору Осгуду...

– Но ты была более близка с тетей, – продолжил за нее Ник, не выпуская ее руку.

Она кивнула, не в силах оставаться равнодушной к прикосновению его руки, ощущая энергию, перетекающую в нее. Нашлось бы у Коллиса столько же сочувствия? Нет, он скорее недолюбливал тетю Пиф. А что на уме у Ника? Пока что она не поняла, зачем ему вдруг понадобилось ехать с ней к историку. Ему явно доставляло удовольствие держать ее на крючке. Там, в гараже, на одно безумное мгновение она позволила себе насладиться его поцелуем, ответить на него, а уже через секунду оказалось, что он чуть ли не насмехается над ней. Она напряглась, снова почувствовав смущение, и вспыхнула, да так сильно, что краска проступила даже сквозь приобретенный на Мальте загар.

– Эванс все еще жив? – спросил Ник у Джерри. – Может быть, мы могли бы с ним поговорить? Вдруг он еще что-нибудь вспомнит?

Джерри приподнял брови, что выражало сомнение.

– Я обзвоню коллег и попробую все выяснить.

– А я свяжусь с властями в Бардии, – сказал Ник Джанне. – Может быть, удастся узнать, не хоронили ли они неопознанные трупы примерно тогда, когда исчез Йен.

Джерри встал.

– Не знаю, как вы, а я проголодался. Может, перекусим вместе? Холостяки, конечно, никуда не годные повара, но мне вполне удаются гренки с сыром и кровяная колбаса.

– Звучит заманчиво, – отозвался Ник.

– Ник обожает крольчатину[2]. – Джанна не смогла отказать себе в удовольствии подразнить Ника, хотя у нее и было тяжело на душе. Озадаченный Джерри посмотрел сначала на Ника, потом на Джанну, но смолчал. Шагая следом за Джанной в кухню, Ник шепнул ей:

– Я знаю разницу между гренками и крольчатиной. Расплавленный сыр на тосте – это посолидней, чем ваши эфемерные сандвичи.

Джанна улыбнулась. Она уже приняла решение упорядочить свои отношения с Ником. Почему бы им не стать друзьями? Пифани советовала Джанне дать Нику возможность оказать ей помощь. Теперь она понимала, какой мудрый совет получила от тети. Ей, несомненно, требовался такой союзник, как Ник. Во всяком случае, Джанна не могла допустить, чтобы его переманили на свою сторону недруги.

* * *

Коллис Пемброк положил голову на обширную грудь Аннабел и прижал к уху телефонную трубку. Он ждал, пока дворецкий на римской вилле графини ди Бьянчи позовет к телефону Одри.

– Здравствуйте, Одри, – пропел он. – Как прошла выставка собак?

– Кто это? – спросили на том конце провода.

– Коллис, – изумленно представился он. Вот это чудеса: она не узнала его голос! – Я звоню, чтобы узнать, понравилось ли вам на выставке.

– Очень мило с вашей стороны.

Коллис победно улыбнулся: Одри ничего не стоило обвести вокруг пальца.

– Я целый день слушала лекции об особенностях различных пород, – продолжала Одри. – Вам известно, что десять процентов новорожденных далматинов глухи? Для того чтобы исправить им слух, их кладут в корзину и погружают в воду. Представляете, какое варварство – в наше-то время, по отношению к таким малышам! Конечно, у мальтийских собачек этих недостатков нет. Создатели породы были осторожны. Мальтиек не надо специально учить справлять нужду в отведенном месте, как далматинов.

– Любопытно, – отозвался Коллис. Он-то как раз считал, что Ромми справляет нужду где ему вздумается. Он выслушал еще одно измышление в адрес далматинов: якобы из них в отличие от собак других пород течет стопроцентная мочевая кислота – гарантия уничтожения английского сада при первом же поднятии пятнистой лапы.

Раньше Одри не было свойственно такое пристрастие к разнообразной информации. Теперь она напомнила Коллису Джанну. Он не замечал прежде, до чего они похожи. Воспользовавшись передышкой, он спросил:

– Вам удалось переговорить с Джанной?

– Ох, что поделать с такой дочерью...

Коллис сел в кровати.

– Что она сказала?

– Я пыталась внушить ей, что намерение заняться бизнесом недостойно ее, что для Атертонов это не подходит. Но она упрямо стоит на своем.

– А как насчет ребенка?

– Решительный отказ. Я потратила не один час, можете мне поверить, но она твердо решила с вами развестись.

Развод? Уоррен настаивал на том, что угрозу развода надо всеми силами скрывать от Одри. А Джанна все ей выложила! Коллис впервые осознал безнадежность своего положения.

Одри всхлипнула. Ей-то из-за чего проливать слезы?

– Джанну невозможно переубедить. Я пыталась, добросовестно пыталась. Она заглянула в Рим несколько дней назад, и я потратила несколько часов, умоляя ее, но... из этого ничего не вышло.

Коллис повесил трубку, недослушав прощальные пассажи Одри. Ничего удивительного, что его замысел дал осечку. Джанна слишком упряма. С другой стороны, ее любовь к нему всегда была картой, на которую он привык ставить, успешно склоняя ее к поддержке его намерений. Придется еще раз пустить в ход могучее очарование Пемброков.

– В чем дело, Колли? – осведомилась Аннабел.

Коллис что-то небрежно буркнул и нажал кнопку на пульте дистанционного управления. На экране телевизора появилась физиономия Уоррена Атертона. Коллиса кольнула зависть, острая, как нож. Атертон – полный невежда, однако его имя теперь у всех на устах. Все убеждены, что граф самой судьбой предназначен для высокой политики. Уже ходят слухи о его назначении в кабинет министров!

вернуться

2

Игра слов: гренки с сыром по-английски – «rarebit», кролик – «rabbit». (Прим. пер.)

48
{"b":"25390","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Десятое декабря (сборник)
Краткая история времени. От большого взрыва до черных дыр
Наследник из Сиама
Свежеотбывшие на тот свет
Резидент
Осень
Все девочки снежинки, а мальчики клоуны
В открытом море
Совсем не женское убийство