ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Алекс редко подтрунивал над ней, и Рейчел удивилась еще больше.

– Один из Ротшильдов? – предположила она ему в тон.

– Не-е-ет. Я имею в виду по-настоящему богатого человека.

– Богаче Ротшильда? Я сдаюсь.

– Кевин Пат!

– Кевин Пат? Тот самый?!

Алекс рассмеялся своим низким, очень сексуальным, глубоким голосом.

– А что, есть другие Кевины Паты?

– Что он хотел? – Рейчел была вне себя от возбуждения.

– Кевин собирается построить винодельню по последнему слову науки. Расходы его не волнуют. Он хочет, чтобы я стал ее управляющим.

Алекс помолчал, чтобы еще сильнее заинтриговать ее.

– Представь себе, Кевин намерен платить мне в пять раз больше, чем я получаю сейчас, и при этом выплачивать проценты от суммы реализации вина.

– Неужели?..

Рейчел не хотела показывать вида, но была искренне поражена. Алекс талантлив, все это знают, но чтобы Кевин Пат сделал ему такое предложение?.. Просто беспрецедентный случай! Это означает, что Алексу не нужны будут деньги отца, и продажа Альдо своей части наследства семейству Корелли больше не угрожает Эллиоту.

– О, Алекс! Как прекрасно! Когда ты приступаешь?

– Приступаю? Забудь об этом! Я хочу иметь свое дело. Мне надоело работать на придурков, которые ни ухом ни рылом в виноделии. – Алекс вновь рассмеялся и добавил: – Я хотел только позабавить тебя этим рассказом.

Броуди сидел в зале для совещаний конторы шерифа Уэсткотта и в который уже раз перечитывал заключение о смерти Джана Хоука. Перед ним на огромном столе были разбросаны многочисленные фотографии с места трагического инцидента. Время от времени он брал одну из них и внимательно рассматривал через лупу, которую ему любезно предоставил шериф.

Ничего!

Ни малейшей зацепки, кроме того, что в легких его отца не было обнаружено воды. Эксперты исследовали все пространство вокруг бассейна и с большой долей вероятности подтверждали, что инвалид вроде Джанкарло Хоука мог упасть в своей коляске и разбить голову о край бассейна. Оставались слабые подозрения, которые высказал коронер, что он мог быть убит в коляске до падения, но никаких доказательств этому найдено не было.

– Хорошо, – пробормотал Броуди себе под нос. – Отличная работа.

Его шестое чувство по-прежнему подсказывало, что произошло убийство, но он понимал, почему власти объявили причиной смерти несчастный случай. Попытаться выдвинуть другую версию, основываясь на тех материалах, которые он только что просмотрел, было бы то же самое, что попытаться заморозить ад.

Или ожидать, что Тори полюбит его…

«С чего это вдруг я подумал о ней?» – удивился Броуди. Все это время он честно старался выбросить Тори из головы и сосредоточиться на документах, связанных со смертью отца, но у него ничего не получилось. Его мысли постоянно возвращались к ней. Хорошо, что у Тори с Эллиотом все разладилось: ведь все равно произошло бы то, что произошло. Несмотря на жесткие моральные принципы, он соблазнил бы невесту своего брата, а потом ненавидел бы себя за это всю оставшуюся жизнь.

Броуди прекрасно знал, что для некоторых подобные вещи – не проблема, но мать воспитала его в строгих правилах, а годы службы в «тюленях» только укрепили его моральные принципы. В чрезвычайных условиях люди могут подчиняться только человеку, на чье слово можно безоговорочно положиться. Интрижка с чьей-то невестой для него невозможна так же, как она невозможна для каждого из его солдат – другие у него в команде служить не могут. Если подобное случится, это приведет к деморализации всего подразделения.

Какого дьявола он об этом думает?! Бессмыслица!

Броуди собрал фотографии своего погибшего отца. Большинство из них были сделаны на месте гибели, но некоторые предоставил Эллиот. Джан Хоук был высоким мужчиной, как и его сыновья, но годы и болезнь согнули его, а густые черные волосы обесцветила седина.

– Рано или поздно я стану таким же. И Эллиот тоже, – пробормотал Броуди, укладывая фотографии в большой конверт. – Если я, конечно, доживу до этого…

Тори может думать все, что хочет, но Броуди был уверен, что никто, кроме Эллиота, не мог испортить «Порше». А ему, как всегда, повезло. Черт, ему везет всю жизнь! Сколько раз он мог погибнуть во время опаснейших операций «тюленей»? Не сосчитать. Он жил ради риска, а теперь… А что теперь? «Ты что это, старина, начал задумываться над смыслом жизни?» – усмехнулся про себя Броуди. Он всегда считал себя человеком, который знает, чего хочет, и без лишних раздумий идет к намеченной цели. Это неожиданное появление семьи – и Тори – выбило его немного из колеи. Вот и все.

Сильный стук в дверь прервал его размышления. Один из заместителей шерифа Уэсткотта просунул голову в дверь:

– Шеф просит вас зайти в его кабинет. Там ваш брат.

Пожав плечами, Броуди собрал бумаги и направился в кабинет шерифа. Уэсткотт сидел за столом, Эллиот – на стуле напротив. Не обращая внимания на брата, Броуди подошел к шерифу и отдал ему все материалы.

– Садитесь, Броуди. Я хочу поговорить с вами обоими. Именно поэтому я попросил Эллиота приехать сюда.

Броуди сел на стул рядом с Эллиотом, но не смотрел в его сторону. Краем глаза он отметил, что Эллиот побрился и сменил одежду после их последней встречи сегодня утром.

Шериф Уэсткотт наклонился вперед, положив локти на стол. Он долго смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого, и наконец произнес:

– Мне доставили предварительное заключение о состоянии «Порше». Оба болта рулевого крепления отсутствуют.

Эллиот сидел, выпрямившись на своем стуле, не в силах взглянуть на брата. Господи, как он мог подумать, что Броуди подстроил эту аварию, чтобы разбить его автомобиль?! Теперь ему все было ясно. Теория Тори верна: кто-то пытался убить его или Броуди. Или обоих. И только подготовка, полученная в спецназе, спасла его брата от смерти. Эллиоту было очень стыдно. Броуди пытался спасти его от разорения, предлагая свою долю наследства, а он повел себя как неблагодарная скотина. Он даже не дал шанса своему брату что-то объяснить, оправдаться…

Бросив взгляд на Броуди, Эллиот вновь убедился в том, что уже и так знал: выражение его лица не изменилось; что бы ни происходило, он всегда сохранял самообладание. У Эллиота не было таких способностей… Как бы то ни было, он понял, что ошибался на счет брата, и решил все откровенно с ним обсудить – но не в присутствии шерифа.

– Как вы думаете, кто имел возможность испортить ваш автомобиль? – спросил Уэсткотт.

– Множество людей…

Эллиот надеялся, что его слова не звучат как оправдание, но вопрос Тори, почему он так долго не возвращался в библиотеку, не выходил у него из головы. Он не хотел, чтобы Броуди считал его виновным в этом происшествии.

– Назовите имена. – Уэсткотт взял блокнот и ручку.

– Если считать, что кто-то хотел убить Броуди… Рейчел Риттво и Джина Бардзини находились рядом, когда я предложил ему свою машину. Там также были Рикко и Дон Корелли. Меня могли слышать и другие гости… Кроме того, я сказал об этом Марии Санчес – моей домоправительнице.

Шериф записал имена.

– А вы не заметили в тот вечер ничего подозрительного?

Эллиот подумал мгновение и вспомнил одно странное обстоятельство.

– Когда я привел Броуди в гараж, дверь была открыта, и это меня удивило. Вы знаете, что туман в нашей долине очень вреден для автомобилей, поэтому мы всегда на ночь закрываем двери гаража. Я подумал, что моя прислуга настолько выбита из колеи происшедшими событиями, что забыла закрыть гараж. Теперь мне это кажется подозрительным.

– Я проверю это, – сказал шериф. – Я опрошу всех, кого вы назвали, посмотрим, что удастся выяснить.

– Я проводил братьев Корелли до автостоянки, но не видел, как они уезжали. Я вернулся на кухню, чтобы найти Марию.

– Хорошо. Я встречусь с вами обоими позднее, когда проверю все это.

Шериф Уэсткотт приподнялся, и это означало, что беседа закончена.

50
{"b":"25392","o":1}