ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он сжал ее лицо ладонями и впился ртом в податливые губы. От его поцелуя ее пронзило током с головы до ног. Началась восхитительная пляска двух языков. У нее уже болела грудь, особенно соски. Она подозревала, что существует причина, по которой ей не следовало бы так забываться, но никак не могла сообразить, в чем же она заключается.

Она сама направила его руку себе под халат. Не нуждаясь в дальнейшем руководстве, он самостоятельно нащупал один напрягшийся сосок. Она запустила пальцы ему в волосы и стала ожесточенно массировать ему затылок. Митч растянулся с ней рядом, распахнул на ней халат. Ее кожа оставалась после ванны розовой, влажной, пахнущей лавандой.

– Не останавливайся! – Неужели это были ее слова?

Его теплая, сильная ладонь легонько сдавила ей правую грудь. От прикосновения к ткани его рубашки сосок напрягся еще больше.

– До чего ты сексуальна, Ройс!

Осмелев от его поощрения, его страсти, она занялась исследованием содержимого его брюк.

Там стояла тропическая жара. Сначала она потеребила густые заросли, потом с уверенностью, не поколебленной бессонницей, взялась за могучий вал, погладила чувствительный кончик.

Инстинкт не подвел ее: Митч застонал и пробормотал:

– Черт, что ты делаешь?

Она продолжила исследования. Взвесив все найденное на ладони, она уважительно произнесла:

– Вообще-то я не удивляюсь, Митч. Я всегда знала, что у тебя крупный калибр.

– Это верно. – Его рука уже находилась у нее между ног, губы теребили изнывающий сосок. Действия языка стали напористыми, пальцы, раздвинув нежные складки, нашли главную точку и принялись за нее.

Она напряглась, потом ее охватила нега; ей казалось, что она падает в пустоту. Язык, обрабатывающий ей грудь, и умелые пальцы действовали в унисон. Сопротивляться было невозможно, да и не нужно. Она широко развела ноги, крепко взялась за его крупнокалиберное орудие.

– Ты такая горячая, Ройс, такая влажная… – За этими словами последовало неясное бормотание. Потом он приподнял голову, склонив ее набок.

Подставляет здоровое ухо! Ей захотелось поцеловать его в это ухо.

Но он вскочил с кровати.

– Черт! Пол вернулся.

До нее дошло, что он услышал, как в гараж под спальней въехал фургон. Не дав ей сказать ни слова, он поспешно накрыл ее и выскочил из комнаты.

8

На следующее утро Митч смотрел в окно своего кабинета и вспоминал слова, услышанные накануне от Пола: «Для адвоката спать с клиенткой все равно, что трахать самого себя». Митч понимал, что старая поговорка не утратила силу. Он искренне старался сопротивляться, но ничего не смог поделать. В дверь постучали, но он продолжал смотреть на чернильные облака, затянувшие горизонт.

– Я принес свежий номер «Позора», – сказал Пол, войдя. – Тобиас Ингеблатт тиснул новую статейку про Ройс. С ней сидела некая Элен Сайкс…

– Черт! – Митч обернулся. – Что сказано в статье?

– Сайкс утверждает, что Ройс созналась ей в краже сережек.

– Этого я и ожидал. – Митч съехал в кресле. Пресса не только судила Ройс, но и выносила ей приговор. Он был бессилен что-либо изменить.

Запрет на разглашение обстоятельств дела распространялся только на адвокатов, защитников и свидетелей. Пресса имела возможность выжимать сведения из всех остальных источников. Классическая ситуация! Пресса приобретала огромную власть, так как могла выстраивать собственные версии.

– Я узнал подробности об осведомительнице, одного слова которой оказалось достаточно для ордера на обыск у Ройс, – сказал Пол.

Имя осведомительницы назвал позвонивший накануне вечером Гас Вулф. К этому времени Митч уже уехал от Ройс. Пол, как и подобает образцовому профессионалу, выяснил все за несколько часов.

– Ее зовут Линда Аллен. Она впервые назвала полицейским имя подозреваемой.

– С ума сойти! Выходит, судья выдает ордер, поверив непроверенному источнику? Того и гляди, право безнаказанно клеветать на невинных людей получат последние патологические вруны!

– Конечно, ордер выдан с нарушением принятой практики, но Линда работала с полицией, громившей перуанскую сеть сбыта. Полиция питает к ней полное доверие. Отсюда и ордер.

Митч кивнул: колумбийцы были основательно скомпрометированы, теперь торговцы наркотиками действовали через Перу.

– Хочу поговорить с этой Линдой Аллен.

– Ее прячут, пока ФБР не покончит с сетью.

– Как удобно! Все равно найди ее.

– Я уже поручил своим людям заняться этим, – заверил его Пол и не без колебания добавил: – Ты хоть представляешь себе, во сколько все это обойдется?

– Ты получишь сполна. Собери для меня все счета.

– Меня не это беспокоит, – ответил Пол, и Митч не усомнился в его искренности. Полу было наплевать на деньги; он любил свое ремесло. Он стал бы лучшим сыщиком во всем городе, если бы не давняя неприятность. – Я обмолвился о деньгах по той причине, что уже готова предварительная информация по делу. Проверка банковских счетов всех подозреваемых не выявила какой-либо необычной активности. Придется сильно потратиться, чтобы судебный бухгалтер более подробно проверил их финансовую деятельность.

– Деньги, потребовавшиеся на приобретение кокаина, подброшенного Ройс, откуда-то появились. Торговцы наркотиками не пользуются курьерской службой «Америкен Экспресс». Привлекай бухгалтера.

– Хорошо. Еще у меня готовы результаты опросов в супермаркетах.

Подобно всем адвокатам по уголовным делам, Митч пользовался услугами специалистов по общественному мнению. Благодаря этому он заранее знал, кто из состава жюри присяжных будет симпатизировать его подзащитному.

– Девяносто три процента опрошенных считают Ройс виновной.

– Ничего себе! Это больше, чем по делу Зу-Зу Малуф, а ведь та была схвачена с оружием убийства в руках. Пора нанести ответный удар.

– Собираешься организовать утечку информации в обход судебного запрета?

– Совершенно верно. Именно этим занимается Плотоядная. Я знал, что запрет годится только для того, чтобы прогнать ее с телеэкрана. Но кто же станет обвинять ее в утечках информации или в подлостях стукачек, подобных Элен Сайке, продающих сведения прессе?

– Тебя в этом тоже никто не обвинит, – напомнил ему Пол.

– Как только Ройс передохнет, я сделаю ей анализ на наркотики. Ты организуешь утечку результатов анализа в прессу. Потом она пройдет проверку на детекторе лжи. Потом мне опять пригодишься ты – чтобы оповестить о результатах прессу.

– Запросто.

– Я хочу проверить ее на лазерном детекторе.

– Ты что, Митч? Это страшно дорого!

– Зато абсолютная точность. – Митч усмехнулся. – Революционное изобретение! Пресса клюнет на это. Новость для первой страницы!

– После всех этих утечек тебе, наверное, понадобится новый опрос?

– И не один. Я хочу знать об отношении общественности к Ройс на протяжении всего процесса.

Ройс проснулась с улыбкой на лице. Ей снился пикник в обществе отца и матери. Но реальность оказалась куда суровее: ее родители лежат в земле, дядя пропал, сама она – она едва не вскрикнула – была на волоске от того, чтобы отдаться Митчу. Она распахнула глаза и увидела женщину, представившуюся накануне как Герт.

– Вы проспали тридцать шесть часов, – сообщила ей Герт.

Неужели так долго? Ройс все еще не могла прийти в себя после эпизода с Митчем. Что с ней творится, в конце концов?

– Я сварила суп. Вам надо подкрепиться.

Сидя за столом на балконе, нависшем над безмятежным садом, Ройс ела и размышляла о том, может ли недосып вызвать острый приступ паранойи. Сон, принятый ею вчера за явь, до сих пор, при свете дня, не давал ей покоя. Было крайне трудно поверить, что нашелся кто-то, замысливший ее убить. Однако реальность состояла в том, что ее дядя пропал, а ее подставили. В связи с этим боязнь убийства не выглядела притянутой за уши.

Кошмар был под стать яви. Но кое-что в нем все же было неправильно, и это кое-что относилось к дому, в котором она прожила всю жизнь. Она наблюдала за садом, где затеяли игру шустрый золотистый ретривер и здоровенная полосатая кошка, и пыталась сообразить, что именно вызвало у нее недоумение. Как она ни старалась, ей не удавалось вспомнить ничего, кроме кромешной тьмы и чувства страха.

28
{"b":"25393","o":1}