ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Господи, — сказала Эйлис, стараясь не слишком переборщить с сочувствием. — Бедная девочка! Так можно получить психическую травму на всю жизнь! Как она сейчас?

— Мы все еще разыскиваем ее, чтобы это узнать. Кругом была масса фотографов и репортеров, потому что вечером ожидался приезд в клуб принцессы Дианы. Когда раздался крик, что Тэлбот обнажается перед девочкой, репортеры набежали, как стая голодных волков. В суматохе девочке с матерью удалось ускользнуть. Без них официального обвинения Тэлботу предъявлено быть не может.

Эйлис пришла в отличное настроение, представив себе, как Джейсон загораживает лицо от фоторепортеров. Сволочь такая. Поделом ему! Хотя план ее полностью и не удался, все равно Джейсон испытал достаточное унижение. Как бы он ни изворачивался, все равно газеты всласть попляшут на его костях.

— Задержанный дал показания, что вы обманом заманили его в эту квартиру, опоили наркотиками и, заставив раздеться, отправили на улицу, — продолжал инспектор Морс.

— С какой целью? — недоуменно спросила Эйлис.

Инспектор слегка покраснел:

— Он утверждает, что вы соблазняли его каким-то сексуальным извращением, что у вас был хлыст и...

— Нет! — воскликнула Эйлис. Она чувствовала себя лыжником, которого нагоняет лавина. — Никогда в жизни...

— Поверьте мне, — вмешался Марк. — Я не первый день весьма близко знаком с мисс Маккензи. Она, может быть, склонна к озорству, — он потрепал Эйлис по голове, — но садомазохистских наклонностей я за ней не замечал. Кроме того, у нее нет ничего общего с Джейсоном Тэлботом.

— Конечно! — сказала Эйлис, глядя Марку прямо в глаза. — Я презираю его.

Стараясь сохранять спокойствие, она судорожно искала возможность оправдаться, не впутывая в дело Ренату. То, что она действительно была с ним в квартирке, еще надо доказать. Ведь отпечатков пальцев она там предусмотрительно не оставила. А кроме того, захотят ли они углубляться в эту дурно пахнущую историю с элементами непристойности и эксгибиционизма? Эйлис сильно в этом сомневалась.

— Думаю, — сказал инспектор Морс, — вы, мисс Маккензи, можете описать нам ваш сегодняшний день и сказать, где вы его провели.

— Конечно! Я была... — Эйлис намеревалась сказать им всю правду, а там пусть Джейсон доказывает, что она в чем-то виновата.

— Здесь, — опять вмешался Марк. — Весь вечер мисс Маккензи провела здесь. Мы занимались с ней делами.

Инспектор выслушал это вполне хладнокровно, хотя и дураку было ясно, какими делами они занимались в этот вечер. Эйлис снова почувствовала, что безудержно краснеет, потянувшись к спутанным своим волосам, она вытянула из них прядь и принялась вертеть ее в пальцах. То, что Марк солгал ради нее, было неожиданно. Ведь, обеспечивая ей алиби, он рискует. Она не может этого допустить.

— Марк, я...

— Все в порядке, дорогая, не волнуйся и отвечай на поставленные вопросы. Джентльменам просто надо кое-что уточнить. Они уже знают, что ты пробыла здесь весь вечер, я сообщил им это, как только они пришли.

Эйлис не знала, как поступить, но легкое пожатие руки Марка решило дело. Ну действительно глупо опровергать сказанное им.

— Так когда вы пришли сюда? — спросил сержант Кефри, человек, по-видимому, жесткий, не склонный тратить время на пустые любезности. Он вынул из кармана блокнот и приготовился записывать.

Эйлис хотела назвать точное время, но вовремя передумала: ведь редко кто может сказать точно, когда он пришел домой.

— Я не очень точно помню, — протянула она, глядя в сторону и стараясь говорить спокойно. — Из театра я вышла между шестью и шестью тридцатью... Наверное, это было часов в семь.

— Понятно, — с любезной улыбкой сказал инспектор Морс. — Вы когда-нибудь проводили время в обществе Джейсона Тэлбота, мисс Маккензи?

Эйлис не колебалась ни секунды. Чем меньше городить лжи, тем больше шансов скрыть правду.

— Если это можно так назвать.

— То есть? — в светло-карих глазах сержанта Кефри промелькнуло подозрение. Как только они вошли в библиотеку, он не спускает с нее глаз. Видимо, он поверил показаниям Джейсона.

Эйлис рассказала о розах, о клевете в бульварной прессе — все, вплоть до истории с наркотиками, которые подсыпал ей Джейсон в питье. Эйлис не смотрела на Марка, и тем не менее каждое ее слово предназначалось ему. Будь что будет, но Марк должен знать правду.

Когда она дошла до полицейского, нашедшего ее на безлюдной улице и отвезшего в участок, сержант Кефри спросил:

— Почему же вы не рассказали в участке о роли мистера Тэлбота в этой истории?

— Я иностранка, а Тэлбот — человек влиятельный. Я боялась, что меня могут выслать из страны или даже засадить в тюрьму. Я решила: пусть лучше думают, что я просто пьяная.

— Ясно, — коротко отозвался сержант Кефри. — Могу я воспользоваться телефоном? Мне надо позвонить в полицейский участок на Пекам-стрит, чтобы проверить подлинность вашего рассказа.

Пока Кефри звонил, Марк развлекал разговорами инспектора. Эйлис прильнула к Марку, и тот, не стесняясь инспектора, обнял ее. Ах, как хорошо: значит, Марк, несмотря на сказанные им ужасные слова, все-таки любит ее. А теперь он знает достаточно об этом злополучном вечере, чтобы она могла потом объяснить ему остальное.

— Они вас помнят, — сообщил сержант Кефри, повесив трубку. — Почему вы не сказали, что забирала вас оттуда Рената Тримейн?

— Я думала, что это не имеет значения, — замялась Эйлис. На самом деле она нарочно не упомянула Ренату, боясь, что, если ее вызовут для допроса, Рената может придумать ей второе алиби вдобавок к тому, что предоставил Марк. Уж лучше совсем без алиби, чем с двумя различными! К тому же впутывать в свои дела уже не одного, а двух близких тебе людей не годится.

Инспектор Морс поднялся, его примеру нехотя последовал и сержант Кефри, напоследок сказав:

— Думаю, на сегодня все. Как вас найти? Вы живете здесь?

— Я дам вам телефон, — сказал Марк, — моего офиса. Позвоните, когда понадобится, и там немедленно свяжутся с Эйлис.

— Чудно, — сказал инспектор Морс, после чего они с сержантом по очереди пожали Марку руку: — Простите, что потревожили вас, но нам было необходимо проверить достоверность показаний Тэлбота. Если он не сумеет представить более убедительных свидетельств, чем его теперешние измышления, то мы вас вызывать не будем.

«Неужели все кончено и я выпуталась?» — думала Эйлис, когда они с Марком, проводив Морса и Кефри, закрыли за ними дверь. Из горла рвался радостный, победный смех.

Марк зажал ей рот рукой.

— Какой бред ты придумаешь в следующий раз? — улыбка на его лице спорила с суровостью этих слов.

Обхватив руками его шею, Эйлис крепко обняла Марка.

— Все еще сердишься на меня?

— Сердиться на тебя бессмысленно. С тобой неизбежно попадаешь в одну авантюру за другой. — Он нежно поцеловал ее в губы.

— Ты соврал, чтобы спасти меня или из ненависти к Тэлботу?

Взяв в ладони ее лицо, Марк сказал, глядя ей в глаза:

— Я соврал, потому что как последняя свинья не захотел слушать твоих объяснений. — Сказано это было тихо, почти шепотом и очень серьезно.

Эйлис кивнула, понимая, что грубость, которую он проявил, неприятна ему самому, может быть, даже больше, чем ей.

— Но самое главное, я соврал, потому что помнил, как ты сказала, что любишь меня, а я так ужасно повел себя с тобой. Я испугался, что могу тебя потерять.

— Ну, это уж маловероятно, — сказала Эйлис и, встав на цыпочки, снова обняла его. — Я толстокожая и так просто не сдамся!

Его губы медленно приблизились к ее рту. В этом поцелуе не было страсти, но он был непередаваемо, упоительно нежен. Оторвавшись от ее губ, он прошептал:

— Прости меня за те гадости, что я тебе наговорил. Когда я нашел мешок с одеждой Джейсона и услышал, как ты говоришь ему, что он прелесть и что никто с ним не сравнится — те самые слова, что ты говорила мне, — я просто обезумел. Прости меня!

— Конечно, дорогой. — Она протянула ему губы для нового поцелуя.

56
{"b":"25395","o":1}