ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Где-то рядом заохал филин, ему скрипуче отозвался козодой. На востоке заметно бледнело…

С обеих сторон от меня защелкали тетивы Я вытащил меч и услышал лязг железа слева Виктор достал свое оружие. Пораженные стрелами абры не успевали проснуться. Страшно, дико, скрипуче вопили чужие животные: крик нарастал – выше и выше – и лопался взрывом: стреляли и по ним.

Стрельба рядом прекратилась; сотня всадников молча свалилась на еще не пришедших в себя абров.

Я видел в серости зарождающегося дня, как мечутся зверолюди и как рубят их сверху, и… чуть не отстал: наш отряд уже ринулся в сечу.

Спасшиеся от бойни абры рассыпались в стороны. Яростно закричал человек, я узнал голос вождя Ставра.

– Отсекай от лорков, – крикнул он, и несколько всадников метнулись к сипло вопящим, высоким, как жирафы, гигантам. Туда густо посыпались стрелы.

Я опустил меч, плохо понимая то, что творится вокруг. Вдруг увидел – дальше, на фоне светлеющего неба, показались и сразу исчезли три силуэта абров. Я побежал туда.

Я одолел гребень урочища, когда откуда-то вынырнул еще один абр, из-за моей спины скользнула стрела и впилась абру в загривок, стрелки чутко отслеживали цель.

Внизу в траве что-то шевелилось, я прыгнул туда. Навстречу взлетел клинок, я отбил мечом. Рядом с моим лицом лязгнули, словно стальные, челюсти; в пылу сражения я ударил щитом по длинной скуле – удар, открывая горло, взметнул звериный подбородок, – я вонзил туда меч.

В то же мгновение кто-то прыгнул мне на плечи, и длинная рука с зажатым в чешуйчатой кисти камнем из-за спины ударила по мечу. Я выронил меч. Висящее на мне создание хрипло рявкнуло; я только через мгновение понял: – Вот ты и спекся!

Знакомые слова, человеческие и по смыслу, поразили меня до глубины души, что, впрочем, не помешало защищать свою жизнь, ибо огромные челюсти, словно тиски, впились мне в затылок и там что-то захрустело!.. Я закинул руки назад: звериные челюсти, режущие пластинки зубов…

Мне повезло – абр, пытаясь раскусить мою голову, не мог использовать руки, а просто удерживал меня за плечи. Я сумел схватиться за челюсти и, хоть было неудобно, начал разжимать этот слюнявый капкан. Очень медленно он уступал. В какой-то момент его руки соскользнули с моих плеч, словно бы ему уже не хватало сил.

Я медленно, за челюсти обернул его вокруг себя, абр передо мной, и хоть был он повыше, мне стало совсем удобно: весь концентрируясь на борьбе, он пригибался, принимая удобное положение. Удобное и мне.

Мне стало жарко: по спине потекли струйки пота, а рукава, я чувствовал, увлажнились от затекающей с ладоней крови.

Окружая нас, стояли воины, я заметил Семена, потом Виктора. Но все на периферии сознания. Никто не вмешивался, и я понял, что пора кончать.

Чтобы не порвать себе сухожилия, я очень осторожно усилил нажим… медленно, медленно… Не замеченное никем, поднималось солнце… Серо-зеленая чешуйчатая кожа, красноватые глаза с вертикальным зрачком… Абр сосредоточился на своих челюстях, его руки бессильно повисли вдоль одетого в броню человеческого тела.

Я до конца разодрал хрустящие связки челюстей. Абр тоскливо завыл, и кто-то, взглядом спросив у меня разрешения, косо пошел к стонущему зверю, уже примериваясь на ходу, чтобы чище срубить голову.

Тихое утро обещало жаркий день. Безветренный воздух дышал ароматом трав. Но здесь, на разбитом привале абров, смердело кровью. Я споткнулся о мертвую тушу: огромная, птицеподобная двуногая тварь, Все побиты; свесилось с мертвого бока седло, и воин уже отстегивал ремешки крепления – пригодится племени.

15

ТРИЗНА

Я очнулся от сумятицы чувств, к которым, думал, уже не способен. Молодой воин осмотрел мои ладони, осторожно смазал укусы ржавой остро пахнущей мускусом мазью. Потом промыл и смазал укусы на затылке.

Вокруг, без суеты, но споро собирали оружие, складывали рядами стрелы к стрелам, луки к лукам. Лежали мечи: короткие с широким лезвием и длинные – с узким, рядом кинжалы, отдельно щиты, седла, рубахи, с нашитыми чешуей костяными и железными пластинами и цельнометаллические доспехи. Доспехи и оружие врагов не отличались от человеческих, только шлемы, которые и не шлемы на вид – круглый котелок с висящими наушниками кольчуги и длинной широкой пластиной, прикрывающей рыло.

Битва разожгла аппетит. Раздули потухшие было костры, наспех разрубили одно из верховых абрских животных, побросали куски в котлы.

Трое убитых воинов уже никогда не увидят восход солнца. Я понял, почему меня сейчас так сторонятся, когда увидел одного погибшего: абр разодрал его пополам. Схватил за ноги, и с мукой ушла душа искать новые рождения Страшная сила абров поразила меня. Как поразила моя победа людей.

Издали спешило к нам множество всадников. Прибыли подростки с лопатами и заступами. Дружно выкопали ямы для падали и складывали плотно, но считая, скольких сегодня победили.

Незаметно высоко поднялось солнце. У меня сильно болели ладони. Хотелось прилечь. Кто-то сунул мне кость с большим куском вареного мяса, другой дал хлеба. Я, неловко орудуя забинтованными холщовой тканью руками, стал есть Мясо было очень вкусное.

Прибыли телеги; доспехи и оружие погрузили. Не оставили даже звериные шлемы.

– Перекуем, – ответил кто-то на мой вопрос. – Железо нынче дорого.

Вечером хоронили убитых. Сухие бревна сложили срубом, чтобы жарче горело пламя, чтобы душам товарищей было легче расстаться с телами.

Вождь Ставр подозвал меня к себе и пояснял:

– Мы со своими кладем оружие, доспехи и всякую охотничью снасть. Бог-Отец дает всем после смерти новую жизнь, мы же все хотим возвратиться обратно в род. У вас, я знаю, не жизнь, а сладкий мед, мы же ценим нашу. Горше нет, чем потерять связь со своими. Мы кладем в последний путь все, что нужно мужчине, чтобы там, на небесах, он не мог забыть близких и недолго выбирал.

Женщины плакали. Кто-то со стенаниями называл усопших по именам, перечислял заслуги.

Догорел высокий костер. Ровно светились красные угли, и быстро скользили языки сизого жара. И старые и молодые носили землю, насыпали холм. Высоко. Утаптывали ногами, били колодками, поливали водой.

Недалеко от холма установили длинные столы, заставленные блюдами с мясом, рыбой, кашами. Тут же открытые бочки с пивом, брагой, квасом.

Все расселись по лавкам, пили, ели, утоляли голод и жажду, славили умерших.

Я сидел с вождем, а дальше кучно расположились за одним из столом все наши.

Потом начался бой в честь павших. Две шеренги сближаясь, бились на мечах. Крови избегали: погибшие не любят братской крови.

Выходили и пары. В одной я заметил Семена Кочетова. Он ловко наносил убийственные на вид удары и ловко ускользал от ответных выпадов. Гул одобрительных голосов оценил его умение.

– У тебя хорошие бойцы, – похвалил Ставр. – Но ты сегодня удивил нас. Мы не знали, что есть люди, способные выстоять против абра без оружия. Научишь нас. Наши судьбы теперь слиты. Я расскажу.

Ночь. Никто не расходился. Подростки поддерживали костры. На столах ровно горели светильники. Тихая ночь. Мертвые ушли спокойно.

Ставр, хмелея, гудел мне в ухо. Говорил о племенах, о пяти тысячах бойцов, сохраненных до сего дня. О дальнем дозоре, выследившем передовой отряд абров. О том, что их племя – единственный непокоренный абрами островок, на который уже нацелены злые клинья, – быть великой войне!

И негромко шумело-гудело застолье; стены кругом – свой родной лес, потолок – жемчужное от звезд небо, и налетал порыв ветра, шумно тревожа вершины дерев…

25
{"b":"25403","o":1}