ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну, хорошо, спасибо.

— Да это тебе за звонок спасибо. Который раз ты мне интересные идеи подбрасываешь? Третий? Вот видишь, это я тебя благодарить должен. Ты вот что, потом посмотри точное время полёта и отправления из Франкфурта, чтобы я мог вовремя подъехать. Ну и, разумеется, отзвонись мне.

— Договорились. Ну, пока.

— Угу, до связи.

Артур положил трубку.

Игорь постоял в задумчивости, повертел в руках мобильник, потом взял пластину, достал свою дорожную сумку и положил находку на самый низ, спрятав её среди вещей. Закончив с этим, пошёл на кухню, откуда уже доносились вкусные запахи, предвкушая отличный ужин в приятной компании с лёгкой и расслабляющей беседой заполночь.

Если бы он мог предвидеть будущее, то отнёсся бы к сегодняшним событиям гораздо серьёзнее. Но даже людям с такой яркой аурой, как у него, не дано предвидеть будущее. По крайней мере, будущее этого мира.

251 час до перехода

Санкт-Петербург

Как правило, информаторы назначают встречи в местах, откуда можно уйти несколькими способами. Кафе с двумя входами с разных улиц, парк с запутанными аллеями, что-нибудь такое, в этом духе, чтобы оставить себе путь для поспешного бегства в случае необходимости. Сколько Сотников себя помнил в качестве следователя, всегда было так.

Но сегодняшнюю встречу назначили на Канонерском острове. Что могло заставить информатора фактически самого себя загнать угол, Анвар Сотников, следователь Особого отдела, не понимал. Канонерский остров — идеальная мышеловка, проехать туда можно только через подводный тоннель, другого способа сообщения в наши дни не существует. Если что-то пойдёт не так, завтра придётся расследовать ещё и убийство. Точнее, ещё одно убийство. В худшем случае, расследовать будет не он, а его самого. Было бы обидно, если бы так и произошло.

Дело, которое свалилось на Анвара, пока имело тучу вопросов и ни одного ответа. Вообще было похоже, что это не одно дело, а связка не связанных между собой событий. Самое главное — что в нём такого, что им занимается Особый отдел? На государственный уровень пока не тянуло, на действия серийного убийцы тоже не походило.

И тем не менее, вчера вечером, когда Анвар уже собрался уходить домой, его вызвал к себе непосредственный начальник и завёл долгую беседу, в которой упоминался скорый отпуск, близкое продвижение, квартальная премия, отдельно обсуждалась манера Сотникова подходить к работе не спеша, с расстановочкой… После нескончаемого потока витиеватых многозначительных фраз на стол бросили папку. В ней — четыре листа машинописного текста и восемнадцать — восемнадцать! — фотографий, в основном, молодых людей и девушек до тридцати лет. Если верить тому, что было написано на бумаге, все они погибли при необычных обстоятельствах. Хотя нет, для постороннего человека никаких необычных обстоятельств в их смерти не было, но опытный взгляд профессионала сразу замечал несколько странностей.

Все погибшие не занимались ничем таким, чтобы их можно было бы отнести к группе повышенного риска. Никакого особого криминала, не олигархи, не дети богатых родителей, ничего, связанного с политикой. Самые рядовые люди, таких миллионы вокруг.

Ведь нет ничего удивительного, что люди гибнут. Происходят разные случайности, от обрушения зданий до пьяной драки, все давным-давно к этому привыкли и воспринимают, как часть городской жизни.

Но как можно объяснить смерть восемнадцати человек при обстоятельствах, непосредственно указывающих на заказное убийство? Как объяснить практически одинаковый «почерк» убийц? И то, что все убийства произошли буквально один за одним, в течение нескольких десятков дней? Странность? И ещё какая.

Сотников весь вечер просидел в своём кабинете, непрерывно пил чай с мятой и морщил ум, пытаясь хотя бы наметить направление расследования. Заказное убийство вообще сложно раскрыть, даже если есть чёткий мотив, что же делать в случае, когда мотива просто нет? Нет мотива, значит, нет и отправной точки, той самой печки, от которой стоило бы начинать плясать.

Ночью Анвар долго не мог уснуть. Конечно же, он отлично понял намёки начальства. Ему посоветовали слишком сильно в этом деле не копать, а потянуть время и постараться спустить всё на тормозах. Он так бы и сделал, но привычка вникать в детали и идти до конца оказалась сильнее. Сначала нужно отработать принятую схему, а уже потом решать, что же докладывать.

Вчера он отправил условное сообщение, а ночью пришёл ответ.

Встреча была назначена на утро, местом её обозначался берег Канонерки, со стороны залива. Анвар с трудом себе представлял, как туда добраться, но решил ориентироваться на месте, по обстоятельствам.

С утра постарался выехать пораньше, чтобы избежать жутких пробок, которые всегда скапливались в направлении порта — люди ехали на работу, длинные тяжёлые фуры готовились к разгрузке и погрузке, в общем, можно было застрять намертво, если не повезёт. Проехав вдоль всей заставленной машинами Двинской улицы, Анвар обогнул бывшее трамвайное кольцо, уже забитое автобусами, и припарковался у самого тоннеля. Из чёрного провала, подсвеченного пунктиром ламп дневного света, уже поднимались клубы выхлопных газов, вентиляция в тоннеле, как всегда, не работала. До встречи ещё оставалось около часа, поэтому Анвар решил пока вздремнуть в машине, благо информатора он в лицо не знал, так что следить за проезжавшими машинами не было никакого смысла.

Только он задремал, как его разбудил стук в боковое стекло. Анвар открыл глаза и выругался. Снаружи на него уставился немалых габаритов представитель ГИБДД, постукивая полосатой палочкой по стеклу. Выражение лица у инспектора было самое что ни на есть радостное. Стоянка в этом месте запрещалась, поэтому можно было стрясти с нарушителя рублей пятьдесят, а то и сто, если повезёт. Развод клиента на деньги — это настоящее искусство, не всем оно даётся одинаково хорошо.

Анвар открыл дверь и вышел из машины. Он всегда выходил из машины, а не беседовал с инспекторами через опущенное стекло. Почему-то, сидя в машине и разглядывая собеседника снизу вверх, он чувствовал себя как-то неуютно.

— Инспектор Гришечкин, доброе утро, — не спеша протянул инспектор, вскинув руку к виску.

— И вам доброе. С самого утра трудитесь? — следователь тоже никуда пока не торопился.

— А как же! Пожалуйста, ваши документы.

Анвар решил немножко поиграть с инспектором, проснуться, так сказать. Достав из внутреннего кармана специальный бумажник с правами, он протянул его Гришечкину.

— Так, Анвар Сергеевич Сотников… Регистрация у вас имеется? Предъявите, пожалуйста паспорт.

— Пожалуйста, — Анвар давно уже привык к тому, что у вокзалов и метро его останавливали на предмет проверки. Выглядел он, спасибо маме, очень по-кавказски, колоритно, не остановить было просто нельзя. Регистрации у него в паспорте не было. Это, конечно, не дело сотрудника ДПС, проверять прописку, но кто ж будет спорить, если въехал в страну нелегально? Но том и строился расчёт.

— А на машину документы? — инспектор всё больше увлекался своей работой, чувствуя поживу. Тут уже не жалкий полтинник светил, а побольше раз в десять.

— И это пожалуйста, — Анвар протянул доверенность.

— По доверенности ездите? Капот откройте.

— А что такое? Зачем вы хотите, чтобы я открыл капот? — следователь добавил в речь немножко характерного акцента, наслаждаясь ситуацией.

— Откройте, откройте.

Анвар обошёл машину и открыл багажник.

Инспектор застыл немой статуей, силясь что-то сообразить. Сотников так же молча смотрел на него.

— Я просил открыть капот, — наконец, выдавил из себя Гришечкин.

— А я что сделал? — натурально удивился Анвар.

— А вы открыли багажник, — инспектор начинал сомневаться в происходящем всё сильнее и сильнее.

— Ах, да, простите. Я не проснулся ещё с утра.

Он обошёл машину ещё раз и открыл заднюю правую дверь.

8
{"b":"25406","o":1}