ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Но что мешает всем «я-субъектам» осознать свою истинную природу «Я»?

Что является тем посредником, без которого видимости в сознании, которыми мы являемся, не были бы воспринимаемы и познаваемы? Для того, чтобы быть воспринимаемым и познаваемым, эти образы должны иметь «объем», а этот объем (форма, или рупа), растянутый в пространстве, должен обладать минимальной протяженностью (которую мы называем «временем»), в которой он может быть воспринят и познан.

Это кажется довольно элементарным.

Истина очень элементарна — проста и довольно очевидна. По этой-то причине ее и не замечают. В любом случае, то, что пространственно-временной элемент является просто концептуальной средой, в которой объекты могут возникать, является, как вы выразились, элементарным. Но нет понимания того, что этот пространственно-временной элемент явно не есть нечто объективное для нас как для феноменальных объектов. Пространство-время — это не нечто, имеющее независимое существование, к чему мы «привязаны», а лишь некая механическая растянутость, которая делает нас объективно воспринимаемыми для субъективного восприятия. Нет необходимости добавлять, что поскольку мы все являемся объектами, это восприятие должно обязательно относиться к совершенно иному измерению субъектвности.

Прошу меня простить, но я все равно не понял.

Наша идея о том, что мы связаны — и, следовательно, нуждаемся в освобождении — как раз и является той самой иллюзией, что мы есть независимые сущности, подверженные воздействию времени. Именно эта концепция времени позволяет идее независимой сущности не только существовать, но и длиться. Если бы эти мнимые «я» не возникали на какое-то время — если бы они не были временными — разве они не были бы безвременными, тем, чем является Я ЕСТЬ, безвременностью?

Нисаргадатта Махарадж — и другие Мастера — говорили нам, что освобождение существует в разрушении иллюзии независимого «я». Говорилось ли что-либо о длительности или временности?

Разве вы не помните о том совете, который неоднократно давал Махарадж: недостаточно слышать ушами, что должно быть слушание умом и сердцем? А постоянные жалобы от людей на то, что в какой-то момент они, похоже, достигли понимания Учения, но затем потеряли его? Все дело в том, что даже если бы мы могли устранить на мгновение концепцию «я», а мы делаем это довольно часто, ее протяженность во времени остается, и она возвращается снова и снова. Мы не можем уничтожить наше «я» без уничтожения его длительности — эти две концепции неразделимы, это два аспекта одного и того же понятия.

И тогда следует логический вопрос: как нам это сделать? Как нам навсегда устранить концепцию «я» и ее длительность?

В том то и дело. В том, что мы обсуждаем, логика и диалектика неуместны. Мне также вспомнился обычный вопрос Махараджа: Кто задает вопрос? Кто должен «делать» что-либо? Единственная задача заключается в том, чтобы осознать, что время — это не только не нечто объективное по отношению к «нам», но оно также может быть существенным элементом того, чем мы кажемся как феноменальные объекты в сознании-уме. Нет никакой необходимости предпринимать усилия для обнаружения нашей безвременности, которую мы, как «Я», никогда не теряли. Следует осознать тот основополагающий факт, что пространство-время есть лишь концепция, которая дает возможность феноменальному проявлению произойти, и что как «Я» — которое есть все, чем мы только можем быть — мы являемся бесконечностью и безвременностью. Постижение этого есть переживание Учения на опыте. «Мы» можем испытать на опыте лишь то, чем мы являемся как «Я», а также то, что «наша» подверженность воздействию противоположных элементов, таких как удовольствие и боль, есть неизбежный результат дуальности, существенной частью которой является эта концепция «мы». Мы можем по-настоящему испытать лишь то, что мы ЕСТЬ как «Я» — больше нет абсолютно ничего, что можно было бы пережить на опыте. И это понимание, это постижение само по себе является деянием, переживанием.

Другими словами, избежать подчинения относительной дуальности можно путем отождествления с этим, путем постижения того, что это то, чем мы являемся субъективно.

Именно. С осознанием того, что временность не есть нечто внешнее по отношению к нам, мы также осознаем, что временность и безвременность неразделимы, как два аспекта того, чем мы являемся — один из которых проявляется в движении, а другой статичен. Именно это осознание Нисаргадатта Махарадж хотел дать нам, когда говорил «Я есть время». Мы все есть время. Мы безвременны как «время» (или длительность) и мы есть время как «безвременность».

ГЛАВА 14

ОТОЖДЕСТВЛЕНИЕ И РАСТОЖДЕСТВЛЕНИЕ

Нисаргадатта Махарадж отзывался о проявленной вселенной как о ребенке бесплодной женщины, ибо все это проявление представляет собой концепцию, иллюзию. Если есть ясное понимание этого, не будет и никакого вопроса о «связанности».

Верно. Но кто это должен понять? Неужели это понимание должно быть достигнуто концептуальным субъектом, который рассматривает то, чем он является, как объект? Если это так, то это значит, что один феноменальный объект в качестве концептуального субъекта рассматривает остальную вселенную как иллюзию — и исключает себя самого из тотальности этой иллюзии! Необходимо полное устранение какой бы то ни было концепции сущности!

Вы имеете в виду устранение существующего отождествления?

Не совсем. Хотя термин «растождествление», несомненно, более точно отражает смысл термина «просветление», или «пробуждение», на самом деле он не может удовлетворять нас в силу того, что «растождествление» предполагает «отождествление» одной объективной сущности с другой, не говоря уже о предполагаемой возможности «переотождествления» с третьим объектом. А это несовместимо с идеей уничтожения концепции сущности как таковой.

Основополагающим элементом в феноменальном состоянии, именуемом «связанность», является функционирование расщепленного ума в контексте пространства-времени. В нем все, что воспринимает концептуальный субъект, включая «себя», видится как объект, который другие феноменальные объекты познают по имени и форме (нама-рупа) и который также воспринимаем (по крайней мере, частично) для самого «себя» и того, что он считает «собой». Это и есть предполагаемое «отождествление». Постижение того, что это не так, понимание того, что «восприятие», как все формы чувствования, является на самом деле пространственно-временным объективированием неделимого состояния «осознавания», того, что Махарадж называл «быть знающим» (джанатепам), и есть «растождествление». Махарадж часто выражал недоумение по поводу того, что этот по истине простой факт так тяжело постичь в силу глубокой обусловленности майи.

«Майя» при этом означает умножение объектов посредством расщепления ума на субъект-объект?

Верно. Эта главная ошибка может быть исправлена посредством постижения того, что умножение объектов не обязательно подразумевает разделение сознания. Дуализм — это просто среда, в которой происходит проявление. «Дуализм», который создает «меня» и «других» — это искажение дуальности. Другими словами, кажущаяся субъективность представляет собой нечто подобное отражаемому во множестве зеркал собственному изображению, которое разнится в соответствии с формой, качеством и расположением каждого из зеркал. Если рассматривать это таким образом, то придание феноменальному субъекту качеств сущности прекращается, и субъект, даже если он рассматривается как единственный, осознается как ноумен, а все, что воспринимается чувствами, осознается как феноменальные объекты. Феноменально никакой субъективный элемент оставаться не может. Это постижение означает переживание Учения на опыте.

Это все, что можно об этом сказать?

«Мы» можем, с практической целью, принять, что это все, что можно об этом сказать.

16
{"b":"2542","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Папа и море
Разреши себе скучать. Неожиданный источник продуктивности и новых идей
Мастер Ветра. Искра зла
Таинственная история Билли Миллигана
Говорю от имени мёртвых
Королевская кровь. Огненный путь
Черновик
Рожденная быть ведьмой
Слияние