ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Если отождествление с феноменальным объектом является связанностью, каким образом мудрец продолжает жить как обычный человек после освобождения?

Не отождествление с феноменальным объектом как таковое автоматически означает связанность. Виновен в связанности не феноменальный объект — по той простой причине, что этот объект не является сущностью. Лишь наложение на него глубоко укоренившейся концепции автономного «я», якобы обладающего независимостью выбора и действия, отвечает за все проявления мнимого «волеизъявления», известные как «карма» и «связанность».

До тех пор пока существует псевдосущность, некое «вы», якобы делающее или не делающее что-либо, ничего в духовном смысле не происходит. Пока феноменальный объект совершает или не совершает что-либо с восседающей в седле псевдосущностью, это есть связанность. Важно не отождествление с феноменальным объектом как таковое, но различие между тем, что вы ЕСТЬ и тем, чем вы себя считаете — связанность представляет собой отождествление первого со вторым. Отбрасывание этого отождествления и есть освобождение.

Другими словами, нам не нужно сомневаться в использовании личного местоимения «я», говоря с точки зрения феноменального объекта, который якобы действует или не действует — пока мы ясно осознаем тот факт, что мы не рассматриваем этот феноменальный объект как имеющий какую-либо независимую природу или волеизъявление. Тогда такой феноменальный объект не является «восседающим в седле», и «Я» не отождествляется с ним. И тогда нет никакой связанности.

Окончательный этап реализации или освобождения — которое может быть лишь концептуальным, будучи выраженным словами — это полная интеграция, когда «Я» и «ты», субъект и объект, теряют все свое значение в силу постижения того, что феноменальные объекты есть ноумен, а ноумен — это феноменальные объекты.

Имеет ли отношение к связанности и освобождению то, что называется видением феноменальным и видением ноуменальным?

Это имеет самое непосредственное отношение к связанности и освобождению. Видеть феноменально — значит видеть объекты с точки зрения псевдосубъекта, и этот процесс включает в себя отождествление с феноменальным объектом как обособленной сущностью с автономным выбором и волеизъявлением — и это означает связанность.

Ноуменальное видение феноменальных объектов представляет собой внутреннее или истинное видение — при не-объективном отношении к «вещам» — означает освобождение. Видеть ноуменально — это видеть феноменальные объекты не как наши объекты, не так, как будто мы находимся «вовне», а субъективно, как будто мы находимся «внутри». Это воссоединение единства обособленного с целым, которым мы и являемся — переотождествление того, что было разъединено, превращение расщепленного ума в целостный.

Можно ли выразить всю тему «связанности» (и освобождения), скажем, одним предложением?

Да, конечно.

Давайте же сделаем это.

Пока есть «я», думающее и чувствующее как «я», это «я» является объектом и пребывает в состоянии связанности. Почему? Потому что все объекты обязательно являются связанными.

Остается ли это ваше утверждение верным даже если этому «я» удалось освободиться от страха, желания и т. д.?

Даже если некому «я» удалось освободить «себя» ото всех эмоциональных проявлений, это не имеет большого значения, поскольку освобожденная «самость» по-прежнему остается в виде «я», считая себя освобожденной и продолжая действовать как освобожденная самость. Свобода от мнимого злого духа (и его угнетающего воздействия) на самом деле не является сутью проблемы. Суть в том, что должна быть устранена именно сущность, а не эмоциональное проявление (такое как страх, желание и т. д.) псевдосущности. Именно присутствие феноменальной псевдосущности составляет связанность, ее же отсутствие является свободой, освобождением от тирании концептуальной сущности.

Почему сущность должна быть неизбежно связана?

Потому что сущность — это объект, который узурпирует и принимает на себя субъективность субъекта, объектом которого он является, и таким образом попадает в состояние связанности мнимой причинности. Именно по этой причине Нисаргадатта Махарадж — и другие Мастера — недвусмысленно заявляли, что присутствие ищущего-сущности неизбежно препятствует просветлению — нет никакой разницы между неведением и просветлением, пока остается концептуальная сущность, которая может испытывать то или другое состояние.

Вы имеете в виду, что только в ноуменальности может быть отсутствие связанности, и, следовательно, свобода лишь в необъективном, ноуменальном видении?

Да, именно так. Лишь свободная от волеизъявления, ноуменальная жизнь может быть свободной.

Вы можете связать это все в одно небольшое аккуратное утверждение?

Как насчет этого? Обособленность является сущностным неотъемлемым состоянием, на котором основывается концептуальная связанность, и отбрасывание обособленности означает свободу от связанности. Иллюзия обособленности возникает в силу предполагаемого присутствия объектов и в силу того, что познающий эти объекты забывает о своей собственной объективности и рассматривает себя как их субъект. Реальное положение дел заключается в том, что предполагаемый субъект сам является объектом, подобно всем другим видимостям в проявленном мире, познающим которого является само познание — природа познания — таким образом, что познающий и все познаваемое образуют единую, неделимую Тотальность, или целостный ум. Отдельность, как концептуальные отношения субъект-объект, существует в расщепленном уме дуальности, и осознание сущностной цельности уничтожает обособленность того или иного действующего центра в психосоматическом аппарате. Такое постижение является свободой от связанности. Это освобождение от одиночного заключения в тюрьме «я» и вступление в полную свободу вселенской тождественности — переживание Учения.

Многие Мастера множество раз многими путями заявляли о том, что связанность — это просто привязанность к концепции. Я имею смутное представление о том, что имеется в виду, но это представление, разумеется, не отличается ясностью.

Отождествление с иллюзорной сущностью есть «связанность» и источник всех связанных с ней страданий; связанность — это связанность концепцией сущности. Однако эта концепция должна оставаться ничем иным, как концепцией; и в действительности никогда не было, никогда не может быть такой вещи, как сущность, которая была бы связана. Наше счастье, наше страдание, наша связанность — наше «изгнание» из рая Эдемского сада, или же можно применить любую другую метафору из любой религии — есть в полной мере результат отождествления того, что-мы-есть с познающим элементом псевдосубъекта в дуальности нашего расщепленного ума. Такое отождествление с сущностью порождает иллюзорное существование концепции якобы автономного индивидуума, способного проявлять личностное волеизъявление согласно своему бесценному желанию.

Факт заключается в том, что то, что-мы-есть (ноумен, или целостный ум, или вселенское сознание), объективно проявленное как тотальность феноменальных объектов, не имеет никакого объективного существования иного, нежели в виде Тотальности, проявленной таким образом. Легко понять, что то, что-мы-есть, не имея объективного существования как такового, никак не может быть субъектом ни связанности, ни освобождения. Другими словами, наша связанность (и связанное с ней страдание) может иметь лишь концептуальную основу.

Мне кажется, Махарадж однажды сказал, что время, или длительность, является самой основой связанности, что время само по себе есть связанность. Я не помню, чтобы он подробно останавливался на этом утверждении. Мог ли Махарадж действительно сказать это, или я что-то не так понял?

Я должен похвалить вас за то внимание, которое вы явно уделяли беседам Махараджа — по крайней мере этой! Махарадж, несомненно, мог сказать это, ибо это очень верное утверждение.

22
{"b":"2542","o":1}