ЛитМир - Электронная Библиотека

— Надо так надо. Я сам тебя провожу.

— Спасибо, Марэн. А ты правда думаешь, что мне стоит спеть перед всеми Людьми Леса?

— А как же ж. Ты в долгу перед нашей братией. Да к тому же людям, помимо хлеба да бабы, что ещё нужно?

— Что?

— Надежда, Тильво. Коли ты можешь через Небо видеть, то его и вовсе можно разогнать.

— Как разогнать?

— Рассеять. Как ветер рассеивает утренний туман.

— Не знаю.

— Все ты узнаешь, все поймёшь, Тильво. Мне так кажется.

Тильво вопросительно посмотрел на Марэна. Разбойник в ответ лишь рассмеялся и хлопнул его по плечу.

Вечером все лесное поселение собралось на той самой поляне, где днём Тильво пел для Марэна и Сиара. Люди хотели запалить большой костёр, но Марэн не разрешил. Все с недоверием поглядывали на Тильво, сидящего в центре и подстраивающего дайлу.

— Мы чего тут, песни будем слушать? — спросил кто-то из Людей Леса.

— Может, и песни. Потерпи, Карим, сейчас все увидишь, — ответил Марэн..

Среди пришедших Тильво увидел и тех разбойников, для которых пел по дороге в Укрывише. Они сидели особняком и смотрели на Небо. Тильво улыбнулся.

— Начинать, Марэн? — спросил Тильво у наибольшего.

— Давай. Всем тихо! Слушать и смотреть на Небо.

Полилась музыка, зазвучал голос Тильво. Певец старался петь как можно громче. Странный шипящий и одновременно певучий язык разносился по лесу. Все прочие звуки стихли. Казалось, что сам лес внимательно слушает песню Тильво.

Багрово-фиолетовые разводы на вечернем Небе неожиданно пропали. Небо осветилось мириадами ярких огней, а посреди них серебристым светом сиял жёлтый полукруг. Люди, открыв рты, смотрели вверх. Тильво продолжал петь. Его голос то повышался, то становился тихим.

Он перебирал струны дайлы и думал о том, что более благодарных слушателей ему было не найти. Каждый из этих людей настрадался от Неба, и сейчас они получили заслуженную награду. Тильво пел, пока не почувствовал, что голосовые связки до предела напряглись. Тогда он взял последний аккорд на дайле и замолчал. Лес снова погрузился в полумрак под багрово-фиолетовыми разводами вечернего Неба. Тильво услышал огорчённый гул людей. Многие тыкали в Небо пальцами и оживлённо переговаривались между собой.

— Как ты это делаешь, певец?

— Так книжник наш прав был. Выходит, он не рехнувшийся.

— Небо прячет от нас волшебные огни и золотой полукруг.

Голоса раздавались отовсюду, пока не перешли в едва различимый гвалт. Тильво сидел полностью вымотанный песней. Странный язык, язык бессмертных, как его называли посвящённые и книжник Сиар, забирал много сил. И тут на Тильво накатилась головная боль. Она всегда приходила неожиданно. В самый неподходящий момент. Тильво сморщился от боли.

— Что с тобой? — первым заметив, как резко поменялся в лице певец, спросил Марэн.

— Голова… Голова опять разболелась…

— Эй! Кто-нибудь дайте певцу вина.

Тильво передали бурдюк с вином. Он сделал несколько больших глотков. Голова уже начала потихоньку проходить.

— Эй, певец! Спой ещё. Больно охота огоньки эти красивые ещё раз увидеть. — Тильво оглянулся. Это был один из разбойников, что отбил его у Слуг Неба вместе с Марэном.

— Спою.

Тильво пел до рассвета. В перерывах, когда Тильво замолкал и прочищал своё уставшее горло вином, Сиар рассказывал изумлённым людям про то, что когда-то огни в небе, которые называются звёздами, можно было видеть просто так. Люди удивлялись, женщины охали и вздыхали. Потом Тильво снова пел.

Огоньки постепенно потухали в небе, жёлтый диск бледнел. Небо окрасилось алыми цветами, а потом через ветви деревьев стало проглядывать ослепительно-красное солнце. Некоторые люди не выдерживали и с непривычки прикрывали глаза руками, но потом снова смотрели. Любопытство было сильнее. И на их глаза наворачивались слезы. Не то от переизбытка чувств, не то от непривычно яркого света.

— Все, больше не могу, — наконец сдался Тильво.

— Ещё, ещё пой, — послышались возмущённые голоса.

— Ладно, пожалейте певца, — возвысил над всеми голос Марэн. — Тильво действительно устал.

Тильво не помнил, как дотащился до Укрывища.

Глаза слипались. Ему казалось, что он вот-вот заснёт прямо на ходу. А народ, похоже, спать вовсе не собирался. Все оживлённо обсуждали увиденное. Многие подходили к Тильво, старались хлопнуть его по плечу и сказать что-нибудь ободряющее.

— Марэн! Где мне можно прилечь? — спросил Тильво.

— Ща, Тильво. Не переживай. Устроим тебя наилучшим образом.

— Марэн!

— Чего Тильво?

— Как только я высплюсь, сразу же пойдём к Чёрному озеру.

— Хорошо. Иди спать.

Тильво устало кивнул головой.

ГЛАВА IX

Провожать Тильво вышло все лесное поселение. Люди молча смотрели на певца, и в их глазах Тильво читал смесь восхищения и страха, с каким, наверное, смотрели первые люди на только что добытый огонь. Но помимо этого он был проводником между миром старым и нынешним. И это было самое главное.

Среди провожавших Тильво заметил шамана. Тот, неторопливо ковыляя, подошёл к певцу и заглянул ему в глаза. Глаза у старика были стеклянные. Видимо, он уже с утра принял своего дурманящего напитка.

— Да благословят твой путь деревья и травы, птицы и звери! — громко, немного надрывно сказал шаман. Да будет лёгок твой путь под Небом.

— Спасибо! — Тильво пожал руку шаману.

Подошёл книжник. Он смущённо улыбнулся и тоже пожал руку Тильво.

— Ты всем нам открыл глаза, певец.

— Я… я не знаю. — Почему-то эти слова буквально ошарашили Тильво. — Я просто пел, и все.

В мгновение ока все его смелые мысли о том, что он является проводником, мостом из прошлого в настоящее, по казались ему самонадеянной глупостью.

— Хей-я, певец! Хей! — неожиданно завопил кто-то из толпы.

— Хей! Хей! — дружно подхватили другие голоса, разнося далеко окрест эхо.

Тильво совсем засмущался. Он спокойно относился к благодарственным речам на пиру. Здесь всё было совсем по-другому. Почему? Тильво не мог ответить на этот вопрос. Просто по-другому. Он с огромным трудом нашёл в себе силы поднять руку и приветственно помахать людям.

— Люди! — крикнул он, но голос его подвёл, и он долго собирался с силами, чтобы ещё что-нибудь сказать. — Люди! Знайте! Солнце ещё взойдёт над лесом. Я верю в это.

Люди молчали.

— Я почему-то это знаю, — прошептал Тильво так, чтобы это больше никто не услышал. — Я почему-то знаю.

К Чёрному озеру всех вёл Марэн, хотя Тильво показалось, что и остальным разбойникам известна эта дорога. На привалах Марэн просил Тильво петь. Правда, не те песни, что рассеивали Небо, а обычные кабацкие или длинные нудные баллады, которые исполнялись в замках. Тильво с охотой исполнял, заодно приноравливаясь к новому инструменту.

Теперь с певцом не было никакого оружия. Только дайла и заплечный мешок. И может быть, так было правильней? Тильво не знал ответа на этот вопрос, упрямо одолевая переход за переходом.

Наконец Марэн сказал Тильво, что до Чёрного озера остался один переход.

— Что ты ждёшь от этого похода? — спросил наибольший Людей Леса у певца.

— Не знаю. — Тильво хотелось как можно беспечней пожать плечами, но у него получилось какое-то дёрганое движение, словно у марионетки в руках кукольника.

— Я вот тоже не знаю, на кой ляд мы тащимся к этому проклятому месту. — Марэн поморщился. Ладно, народ, подымайтесь. Впереди ещё один переход.

Последний переход дался как-то слишком уж тяжело, словно впереди предстояло что-то совсем ужасное. По крайней мере так подумалось Тильво.

Наконец тройка разбойников и певец вышли к Чёрному озеру. Тильво поразили размеры водоёма. В лесу он уже успел привыкнуть только к родничкам и небольшим речушкам. Чёрное озеро действительно впечатляло. Было непонятно, каким образом оно вообще возникло посреди глухой чащобы.

28
{"b":"25434","o":1}