ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вот что, Гэлен, — сказал Тильво, — слушай меня внимательно.

— Слушай волю бога, — тут же вставил Рандис.

— Пошли гонцов в долину и скажи, чтобы женщины и дети шли в лес, а мужчины брали оружие и двигались к крепости.

— Все наши мужчины сейчас в крепости, — прошептал Гэлен. — Как только я увидел тот сон, то приказал им явиться сюда.

— Очень хорошо. Тогда пусть они готовятся к битве. А всех остальных в лес.

— Но лес запретен. Люди побоятся туда идти.

— Ты слышал, что сказал бог? — вновь встрял в разговор Рандис. — Ты вождь или нет? Скажи им, что боги повелели. И все. Шли гонцов немедленно. Служить богам — это не только великое счастье, но и великая скорбь. Скажу тебе честно. Сила наших врагов велика, и многие могут погибнуть, защищая крепость. Но если бог дойдёт до заповедного леса, то ваши души не сгинут на Небе, а уйдут в страну вечного блаженства в награду за ваши земные труды. Ты понял?

— Да, — закивал вождь и принялся отдавать распоряжения.

Воспользовавшись тем, что Гэлен отвлёкся, Рандис отозвал Тильво в сторону.

— Послушай, Тильво, — зашептал Меч Неба, — шансы у нас невелики. Ты это сам понимаешь. А тебе во что бы то ни стало нужно дойти до башни. Иначе все пропало.

— К чему ты клонишь?

— Понятно к чему. Вы с Лайлой должны поскорее уйти из крепости.

— Вместе с детьми и стариками? — возмутился Тильво.

— Я думал, что ты умный, певец, а ты, оказывается, у нас дурак. Или в тебе вдруг проснулась гордость древнего воина, не знающего поражений? Ты же сам говорил, что речь идёт о том, будет ли наш мир существовать дальше или нет. А ты пытаешься защищать каких-то дикарей, которые только и знают, что кланяться в ноги. Да потомки этих горцев тебе спасибо скажут, что их предки не на Небе томятся, а ушли положенными им путями.

— Со мной у них будет больше шансов победить.

— Сомневаюсь, — усмехнулся Рандис. — Да, в бою ты можешь сражаться против нескольких Детей Великой Матери. Но их же несколько десятков. Любой риск должен быть оправдан. В противном случае это просто детское геройство.

— Но без меня они не смогут защититься от Силы Бездны, — возразил Тильво.

— Твоя защита лишь в каком-то знаке. Я правильно понял?

— Да.

— Так нарисуй этот знак на стене крепости и иди со спокойной совестью.

— Возможно, что и песня, пронзающая Небо, может помочь.

— Ты уверен?

Тильво мотнул головой.

— Вот и я тоже. В общем, решили.

— Ты так говоришь, будто хочешь остаться.

— Я и остаюсь, — Рандис улыбнулся. — Что бы эти горцы ни говорили, а никакого понятия в военном деле у них сроду не было. Должен же хоть кто-то ими командовать. Иначе крепость долго не продержится.

— А тебе что за дело до горцев?

— Ты прав, мне до них никакого дела нет. И мне глубоко наплевать, все они здесь полягут или нет. Другое дело, что Дети Великой Матери могут нагрянуть сюда в любой момент. А тебе нужно успеть дойти до башни. Туда, как я понял, нашим врагам не так просто попасть.

— Ты прав, — вздохнул Тильво, — но что обо мне подумают эти люди? Решат, что бог, которого они ждали, бежит от врагов.

— Тебе-то какая разница, что о тебе подумают. Ты лучше о мире подумай, да и о себе. Ведь ты тоже запросто можешь на Небо попасть, если твоё смертное тело погибнет.

— Рандис, я не… — Тильво замялся, — спасибо тебе, друг.

Краска схлынула с лица Меча Неба. И на нём появилась растерянность.

— Что ты сказал?

— Я сказал, спасибо тебе, друг.

— Теперь мне и умереть не страшно, — Рандис еле заметно улыбнулся, — за всю мою жизнь меня мало кто считал своим другом. И может, это правильно? Не заслужил я этого. Сам знаю. Но вот считаться другом бессмертного бога — это действительно почётно. За это и умереть не жалко. Я же говорил этому дикарю, что служить богам — это великая радость и великая скорбь одновременно.

— Нет, отец! Я же воин!

Тильво и Рандис обернулись. Рядом с Гэленом стоял какой-то паренёк лет пятнадцати и что-то ожесточённо доказывал вождю.

— Ещё один дурак, — усмехнулся Рандис. — Папаша ему жизнь хочет сохранить, чтобы он род вождей продолжил. А он туда же, как и ты. Умереть геройски хочет. Пошли, Тильво, объявим Гэлену волю бога.

Когда певец и Меч Неба подошли к вождю и его сыну, то они тут же замолчали.

— Слушай, вождь, волю бога, — сказал Рандис, и Тильво на секунду показалось, что на самом деле бессмертный не он, а Меч Неба.

Вождь и его сын застыли, словно истуканы, и уставились на Рандиса.

— Битва с Небом не терпит отлагательства. Поэтому бог Тильво вместе с одной из своих слуг уходит из крепости. Меня же он оставляет в крепости своим наместником и командующим над твоими воинами. Для тебя, вождь, это не позор, а великая честь. Ибо на службе у бога мне стало ведомо многое о военном искусстве, чего не знают простые смертные. Ты же, вождь, будешь моим ближайшим помощником. Кстати, ты послал гонцов в долину?

Вождь кивнул.

— Вот и хорошо. Чтобы нам уберечься от колдовства наших врагов, бог начертит на стенах крепости знаки Силы и скрепит их своей кровью. Так что у нас есть все шансы на победу. А своего сына ты правильно отсылаешь. Если случится так, что ты погибнешь в битве, твой сын продолжит род вождей.

— Мой вернейший из слуг донёс до тебя мою волю, Гэлен, — тихо сказал Тильво.

Певец почему-то решил посмотреть на мальчика и увидел, что у того от обиды текут по щекам слезы. Тильво был очень близок к такому же состоянию. Сейчас он, как трус, бежит с поля боя, обрекая своего спутника на верную смерть. Но, как ни крути, Рандис был прав, и ему придётся оставить крепость и идти к башне.

— Как твоё имя? — обратился певец к мальчику.

— Гаррэт, — прошептал он.

Тильво подошёл к вождю и снял у него с шеи цепочку с массивным кулоном в виде солнца.

— На время, пока твой отец будет помогать моему слуге, ты будешь вождём всех Верных. Такова моя воля. — С этими словами Тильво надел цепочку с кулоном на шею Гаррэта.

Мальчик смотрел на певца, и на его лице было нетрудно прочитать неописуемый восторг. Как же, сам бог сделал его вождём. Пускай и на время.

— Тебе нужно торопиться, — прошептал Рандис Тильво в самое ухо. — Кончай играть в детские игры.

Тильво согласно кивнул.

— В крепости есть краска? — спросил певец у Гэлена.

— Да, — ответил вождь.

— Прикажи принести краску и кисть, Я буду рисовать на стене знаки, которые помогут защитить крепость от врагов. А сейчас позволь мне наедине поговорить со своим слугой.

Вождь и его сын тут же отошли, оставив Рандиса и Тильво наедине.

— Не люблю я этих всех прощаний, — проворчал Меч Неба. — Рисуй знаки да уходи. Может, ещё и встретимся.

— Самое главное, чтобы это не произошло на Небе, — попытался пошутить Тильво.

— Да уж. Ладно, я пойду заниматься обороной. Времени у нас мало. А ты поскорее уходи. — Сказав это, Рандис повернулся к Тильво спиной и пошёл догонять вождя.

ГЛАВА XIX

Мать-предстательница проснулась. Все её тело сковывало какое-то странное сонное оцепенение. Она открыла глаза и с трудом приподнялась с земли. Было раннее утро. Небо едва начало наливаться яркими красками. Костры давно потухли. А вокруг спали Дети. Это рыло очень странным. Матери-предстательнице даже показалось, что увиденное не что иное, как обычный, лишённый всякой логики сон. Ведь не может быть, чтобы абсолютно все Дети Великой Матери, половина из которых всегда должна бодрствовать по её приказу, спали. Мать больно ущипнула себя за руку и вскрикнула. Нет, это был не сон.

Старуха попыталась вспомнить события, предшествующие сну. Кажется, она сидела недалеко от походного шатра и разговаривала с кем-то из Детей. Она огляделась по сторонам. Так и есть. Она заснула на том месте, где и сидела. И что самое удивительное, те двое, с кем она вела беседу, лежали рядом и мирно сопели. От внезапной догадки старуха вздрогнула. Неужели?

63
{"b":"25434","o":1}