ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я выбежал из вагона и мгновенно запрыгнул на эскалатор. Сверху я увидел, как Олег с Игорем остановились у эскалатора и о чем-то стали Переговариваться.

Я чувствовал: время еще было. Заметил, что снова все вижу только истинным зрением. Люди, люди. Разные. Плохие, хорошие. Нет, не то слово. Немного хорошие, немного плохие. Одним словом, люди, такие же как я. Но разглядывать их у меня не было времени. Я мчался по эскалатору. У самого выхода остановился. В поле истинного зрения передо мной парило существо, сотканное из Света. Оно имело очертания человека, только не поймешь — мужчины или женщины. Позади трепетали огромные крылья.

— Выбор, — сказало существо и исчезло.

Мне некогда было задумываться над этим. Но едва я вышел на поверхность, как понял, в чем дело. У самого выхода стояли пятеро. На вид бандиты. Высокие, бритоголовые. Истинное зрение снова отступило. От бесконечных перемен истинного и обычного зрения у меня рябило в глазах. Но я снова включил истинное и увидел лишь призрачные человеческие очертания. Так и есть, прозрачные! И еще. В них была Сила, но не Тени или Света и даже не Знания. Мрачная Сила, враждебная всему живому. Древняя, изначальная. И меня словно по голове стукнуло. В одно мгновение я понял, кто такие прозрачные. В истинном зрении предстает душа. У них же ее не было. Это были слуги той Силы, которую бессмертные называют Бездной. Они кого-то ждали, и я знал — кого. Надо было что-то делать. Решение пришло практически мгновенно.

Я вытащил деньги. В кармане у меня было что-то около пяти тысяч пятисотенными бумажками. Я стал сосредоточенно считать, не обращая внимания на странную пятерку, краем глаза видя, что они засекли мои манипуляции. Затем все так же, держа деньги в руках, пошел за угол. Район метро «Орехово» я знал очень хорошо: за углом было довольно глухое место.

Кому бы они ни служили, прежде всего они были людьми. Причем гопниками и бандюганами. И уж наколоть лоха для них было приоритетно. Не удержались. Люди — тут никакая Бездна ничего не могла сделать. Едва я зашел за выход из станции метро, как меня окликнули:

— Эй, закурить не найдется?

— Не курю, — соврал я.

Они приближались. Если честно, то мне было очень страшно.

— Я же сказал, нет у меня сигарет. — Я попытался неловко засунуть деньги обратно в карман.

— Подожди, пацан. Поговорить надо. — Они обступили меня полукругом, и я прижался к стенке.

— Деньги давай!

— Нет у меня денег.

— Давай-давай, не жидись!

— Говорю же, нет.

Меня ударили в челюсть. Надо сказать, не очень сильно.

— Э, ребята, зря вы так. Ладно, отдам.

Они заухмылялись, переглядываясь. Я сделал вид, что достаю деньги, и сам вмазал ногой тому, кто ударил меня по лицу. Я метил в пах, но, к несчастью, промахнулся. Попал по ноге. Но и этого было достаточно. Парень взвыл. Не теряя даром времени, я начал громко орать: «Милиция! Грабят!» Дальнейшие события развивались совершенно непредсказуемым образом.

К нам бежали аж три мента. Парни, похоже, тоже их заметили. Щелкнул выкидной нож. А дальше все происходило словно в замедленной съемке. Я снова все увидел истинным зрением. Рядом со мной мельтешили полупрозрачные тени, через которые было все видно. Как-то разом я видел все: улицу, остановившихся прохожих, бегущих к нам плавно и медленно, как в воде, ментов, а также чью-то руку, отводившую нож от меня.

Я упал.

Надо мной склонилась уже знакомая фигура, сотканная из Света. Я смог разглядеть лицо. Оно улыбалось. Затем в моих глазах все померкло.

Меня растормошил мент. Неужели я от страха потерял сознание?

— Что случилось?

— Да вот грабануть меня хотели. Где они?

— Двое за ними побежали. Протокол будем составлять?

— Нет. — Я без лишних слов протянул менту две пятисотки.

— Ты что, в розыске?

— Нет. Как вас зовут?

— Сержант Васильев. — И, взяв деньги, добавил: — Игорь.

— Игорь, тут очень крутая разборка. Если бы не вы, мне не жить. Но мне надо бежать. Я не в розыске. Я просто студент. Случайно ввязался в эту передрягу. Вот и все. Вот...

Я полез в карман, чтобы достать еще денег.

— Хорош. Я пять лет здесь. Вранье сразу вижу. Как чувствуешь себя?

— Все нормально. Но мне бежать надо. Я посмотрел на мента истинным зрением. Он был самым обычным человеком.

— Слушай, парень, ты скажи, что здесь происходит-то? Я чую: левое это дело.

— Смена эпох, дядя милиционер.

— Шутишь?

— Да уж какие шутки!.

— Тогда беги.

И я побежал. Я даже не знал направления. Словно бы меня кто-то вел. Они шли в парк через пустырь. Их фигуры вдалеке я распознал сразу. Наблюдателя Игоря поблизости не было видно. Что с ним случилось, я так никогда и не узнал.

Погода снова испортилась. Заморосил дождик, и на душе стало как-то погано. Игорь и Олег углубились в парк.

— Здесь, — сказал Олег. Игорь пожал плечами.

— Начнем ритуал.

— Знаешь, у меня такое чувство, — сказал Игорь, — что здесь была битва.

— Может быть, когда-то очень давно здесь и было какое-то сражение. Просто с ритуалом это все чувствуется особенно остро. Наверное, в этом мире нет ни одного места, где когда-нибудь кто-нибудь кого-нибудь не убивал.

— Ну, ты загнул.

— Начнем. Стань напротив меня. Да, вот так.

Олег поставил Игоря прямо перед собой, секунду помолчал и начал говорить довольно громко и, как это ни странно, на русском:

— Слушайте все, во всех мирах сущего. В сей день я ломаю свой Меч и передаю титул Посланника избранному. Да будет так.

Олег опустился на одно колено. Я включил истинное зрение.

— Я разламываю свой Меч. Я больше не Посланник. Я больше не Посланник. Я больше не Посланник.

Он вынул из ножен Меч и разломил о колено, легко, словно тонкую сухую ветку. В поле истинного зрения брызнули серебристые искры, и я увидел, как обломки Меча истаивают на земле будто лед, светясь голубоватым светом.

— Как твое имя?

— Мэрдак.

— Ты отрекаешься от Тени?

— Да.

Все это они повторили трижды.

— Теперь ты — Посланник Абстрактного Добра.

Олег достал из кармана что-то. Скорее всего, булавку. Он уколол палец и дотронулся им до лба Игоря. Я не выдержал и подошел ближе. Теперь терять мне было нечего: мне показалось, что я уже не наблюдатель.

Я стоял буквально в трех шагах от Игоря с Олегом, которые были поглощены ритуалом. Олег помазал окровавленным пальцем лоб друга, кровь мгновенно впиталась в кожу Игоря. Затем он возложил руки на плечи преемника.

— Слушайте во всех мирах. Это новый Посланник. — Олег убрал руки с плеч Игоря. — Настало время ковать новый Меч, ибо старый сломан.

Не было никакого светопреставления. Просто два человека довольно громко разговаривающие в парке, — вот и все. Даже в поле истинного зрения это выглядело довольно буднично, не считая сломанного Меча.

— Нам надо разойтись и отдохнуть, — сказал Олег.

— Пожалуй.

Они медленно пошли к метро. Я плелся за ними, размышляя о том, как буду писать свой последний отчет. Именно последний.

Устройство подслушивания по-прежнему работало, но это вселяло мало надежды. Я так до сих пор и не понял механизма его действия, но меня не покидало чувство, что с нарушением правил я тут же лишился работы. Не знаю, почему я так решил. Может, тому причиной обостренное N35 восприятие мира, а может... Неужели есть наблюдатели за наблюдателями? Или все зафиксировал прибор? По правилам ни во что нельзя было вмешиваться. Но я отлично понимал, на что шел.

Несмотря на то что в этот день Игорь пережил немало, он все-таки поехал куда-то по своим делам. Может быть, так ему было легче. Олег же отправился домой. Я, проводив его, никак не мог смириться с мыслью, что мне предстоит написать последний отчет наблюдателя.. Но что поделаешь!

Я сел за компьютер и очень долго не мог начать писать. Самые странные мысли лезли в голову. Прежде всего мне необходимо было разобраться в самом себе. Какая сила заставила меня рвануть из метро с такой прытью? Теперь, успокоившись, я понимал, что делал все словно по заранее продуманному сценарию. Только кем продуманному и для чего? Ангел на эскалаторе, слуги Бездны у входа в метро, светящаяся рука, отводящая нож, непонятно откуда взявшаяся милиция, которая повела себя довольно дружелюбно. Слишком много совпадений. Как будто специально. И вообще, кого ждала та пятерка бандюганов? Может, вовсе не Игоря с Олегом. Теперь я этого никогда не узнаю, как не узнаю, какую роль сыграл в том, что бессмертные называют Игрой. Не зря великий Омар сказал: «Мы пешки лишь...»

59
{"b":"25435","o":1}