ЛитМир - Электронная Библиотека

– Отлично! Переговорите с нашими учительницами. А то они лучше спецшкольных учебников и не видели нечего.

– Я могу сейчас же позвонить в издательство!

– Да ладно, успеете. – Я хотела просто поболтать с ней. – Давайте попьем кофе. Идите сюда.

– О, какой у вас уголок! – рассмеялась Алла. – Вы стильная женщина, Марина! Красивая и стильная. И, голову на отсечение даю, сейчас из вашего кабинета вышла та самая любовь, которую вы упорно ставите на последнее место! Ну что, права я?

– Как сказать… Это бывший муж.

– И давно он стал бывшим?

– Давно. Пять лет уже.

– Пять – многовато, – задумчиво произнесла Алла. – А глаза у него такие, как будто только-только…

Глава 29

С замиранием сердца я ждала первого сентября. Вроде бы все получилось: здание готово, ученики набраны, сотрудники рвутся в бой…

А всего не учтешь! Я почти не сомневалась в неизбежности сбоев, каких-то текущих проблем. Другое дело – их масштаб. Какой кровью придется отделаться?

Днем первого сентября мое нетерпение достигло пика. Заканчивалась праздничная часть. Я выступила перед детьми, потом говорил Рыдзинский. Ольга привезла каких-то мужиков с телевидения, они снимали нас на камеру.

– Ты молодец, – шепнула Ольга, проходя мимо. – Сейчас мы спешим. – Она кивнула в сторону мужиков. – Вечером позвоню.

Дети разошлись на уроки, а я поднялась в свой кабинет, села за стол и сидела недвижимо. Ждала, что вот сейчас войдут – и начнется.

Через некоторое время дверь действительно распахнулась и на пороге возник Давликанов.

– Добрый день, Марина Ильинична. Ничего хорошего его внезапное появление не предвещало.

– Давно вы приехали, Степан Владимирович? – спросила я заплетающимся языком.

– С утра.

– То есть как?

– Инкогнито. Постоял в толпе родителей. Послушал речи, пообедал.

– И что скажете?

– Пока есть над чем работать. Ну, во-первых…

Обед, по мнению Давликанова, не соответствовал столь торжественному случаю, на празднике атмосфера была несколько напряженной, учителя и воспитатели чуть ли не побаиваются детей…

– Нужно работать с персоналом! Проводить тренинги, снимать психологический барьер. Вы же у Рыдзинского учились! А в холле что?! Искусственные цветы! Их место – в туалете!..

Дальше он поинтересовался, как обстоят дела с оплатой за обучение, и снова остался недоволен:

– Вы не в благотворительном фонде работаете!

Впрочем, уезжая, оставил зарплату (первую полноценную – значит, я выдержала испытательный срок!) и на прощание поцеловал руку. Я вспомнила, как в первый день сравнила его с русским барином. Давно это было…

В шесть собрала сотрудников на планерку:

– Какие проблемы?

– Да, в общем, никаких… – мялись они.

Я понимаю, что проблем много, просто девочки дорожат местом, боятся, что их уличат в беспомощности.

– Нет, – начала терпеливо объяснять. – Это не ваши личные проблемы, это проблемы школы. Мы будем их решать сообща.

Рассказала о замечаниях Давликанова, потом о своем видении ситуации.

– Цветы в холле заменим на живые, – засмеялась черноглазая Лариса Барышева, художница и историк. – У моей мамы комнатные цветы – хобби. Завтра могу любые принести!

Если б все проблемы решались так легко!

После планерки я пошла к себе, сняла специально купленный для этого дня костюм (прямое светло-серое платье до колен и короткий жакетик), вытянулась на кровати и мгновенно заснула.

Проснулась от телефонных звонков. Ольга, Иза, Анька наперебой поздравляли меня. Только что они видели в новостях репортаж об открытии школы-пансиона.

– Маришка, ты великолепна, – щебетала Анька. – Мои мужики передают тебе огромный привет и тысячу поцелуев!

– Почему они не показали Рыдзинского? – спросила я Ольгу.

– Не знаю. Снимали все подряд. Видно, твое выступление самое эффектное.

Последней дозвонилась мама.

– Мариночка! – Ее голос срывался и дрожал. – Умница! Жалко, отец не видит!

И я вдруг поняла, что для мамы я не только единственная дочь, но и ниточка, тянущаяся от нее к любимому мужу, моему отцу.

– Дочка, – прервала мама мои размышления. – Я хочу поговорить с тобой о вчерашнем.

Да, поговорить есть о чем. Вчера наконец произошла встреча Кости и мальчиков. Мы с мамой еле уговорили их.

– Зачем это нужно? – неожиданно выдал Илья. – Лично мне элементарно жалко времени.

– Где ты набрался таких оборотов? – изумилась я.

– Нам так всегда Пингвин говорит. Педагог по рисунку.

– Ты понимаешь, что он нас предал? – глядя мне в глаза, спокойно спросил Денис.

– Ну, День. Видишь ли… Все гораздо сложнее. Ты не можешь знать наших с папой отношений, тонкостей…

– Ваших – не могу. Ну а мы при чем? Олег, я, Илюшка? Мы – его сыновья, а он на нас плевать хотел.

Я молчала, пораженная. Как ни изворачивалась, каких историй ни сочиняла… А все равно – у детей сложился комплекс!

– И потом, – продолжал Денис, – что ты такого сделала, что надо было бежать от тебя за границу?! Да ты ни на что такое в принципе не способна!!!

Но я все-таки настояла на своем.

– Не хочешь его видеть, просто уступи. Найди какую-нибудь компромиссную линию поведения. Ты же взрослый. Ты – единственный взрослый мужчина, на которого я могу опереться в этой жизни! – Я неожиданно впала в патетику.

Сын хитро прищурился:

– Положим, что не единственный.

Я понимаю, на кого этот намек, и чудовищным усилием воли подавляю желание спросить о нем.

В воскресенье, в полдень, в нашей квартире раздался звонок. Костя забрал мальчишек и повез их в аквапарк.

– Как малолетних придурков! – прокомментировал вполголоса Денис, хотя при других раскладах, думаю, он бы обрадовался.

Я уже знала, что жизнь сильно потрепала Костю. Елизавета Феликсовна оказалась дамой капризной, хозяйство вести не умела, любые суммы таяли у нее в руках как снег на плите. Денег катастрофически не хватало. Костя не мог удовлетворить ее запросов, не мог заработать так много, сразу, в чужой стране. Начались скандалы, уходы из дому. Несколько раз он забирал ее, пьяную, из полиции. Однажды она села за руль соседской машины и разбила ее. .

Мысль вернуться в Россию все чаще посещала Костю. Останавливала только Ева. Но постепенно стало ясно, что из-за Евы проблем не будет. Елизавета Феликсовна все больше привязывалась к бутылке, остальное ей делалось безразлично.

– О, как часто я думал о тебе! – изливал душу Костя за ужином в ресторане. – Я тосовал, рвался. Наша с тобой жизнь представлялась мне сказкой! А ты… вспоминала меня?., хоть иногда?

Я хотела сказать, что при всем желании забыть его мне мешали сделать это его сыновья, о не стала. Решила быть великодушной!

– Да, Костя! Вспоминала вначале. А потом жизнь так закрутила! И знаешь, в какой-то момент показалось: ты не так уж и не прав, что уехал.

К их возвращению из аквапарка мама накрыла стол.

Обед прошел в неловком, напряженном молчании. Только Олег и мама пытались спасти ситуацию. Илюшка, не доев, встал из-за стола и демонстративно убежал в другую комнату.

После обеда мы с Костей вышли на балкон покурить.

– Ты куришь? – удивился он.

– Балуюсь.

– Дети совсем отвыкли от меня, – печально вздохнул Костя.

Мысль вернуться в Россию все чаще посещала Костю. Останавливала только Ева. Но постепенно стало ясно, что из-за Евы проблем не будет. Елизавета Феликсовна все больше привязывалась к бутылке, остальное ей делалось безразлично.

– О, как часто я думал о тебе! – изливал душу Костя за ужином в ресторане. – Я тосковал, рвался. Наша с тобой жизнь представлялась мне сказкой! А ты… вспоминала меня?.. Хоть иногда?

Я хотела сказать, что при всем желании забыть его мне мешали сделать это его сыновья. Но не стала. Решила быть великодушной!

– Да, Костя! Вспоминала вначале. А потом жизнь так закрутила! И знаешь, в какой-то момент показалось: ты не так уж и не прав, что уехал.

45
{"b":"25454","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
451 градус по Фаренгейту
Авантюра с последствиями, или Отличницу вызывали?
Дорогие гости
Нелюдь. Время перемен
Восемь обезьян
Переговоры с монстрами. Как договориться с сильными мира сего
Гадалка для миллионера
Секрет легкой жизни. Как жить без проблем
Жесткий тайм-менеджмент. Возьмите свою жизнь под контроль