ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Возможно, так оно и было?

— Потому что среди них находился преступник!

— Или просто потому, что все они немного любили Сесиль Луазен.

— Короче говоря, вы не считаете, что в ее смерти виновен кто-то из них?

— О! Мсье Феррьер, я хочу только одного — арестовать убийцу.

— В таком случае он может спать совершенно спокойно!

— Чтобы успокоить вас, скажу, что он вовсе не спит спокойно, а скорее всего совсем не спит.

Короткое путешествие прошло безо всяких приключений. Я ненавидел Сессье за его наглую уверенность. В течение всего пути мы не обменялись и двумя словами.

Выйдя из здания вокзала, я протянул руку своему спутнику.

— Прощайте, мсье Сессье, не думаю, что мы еще когда-нибудь встретимся.

— Кто знает?

Папаша Жаррье встретил меня не так, как я рассчитывал. Когда я вошел в гостиницу, он стоял в вестибюле.

— А, это вы…

— Да, я!

— Ну что, нашли убийцу?

— Нет.

Он хмыкнул.

— Я бы очень удивился, если бы вы сказали что-то другое.

— Что вы имеете в виду?

— Ничего… В конце концов меня эта история не касается, у меня и так достаточно неприятностей… Надолго приехали?

— Мое присутствие вас смущает?

— Честно говоря, да!

— Ну что ж. Пойду поищу приюта в другом месте.

— Вы очень меня обяжете.

— Жаррье… Я полагаю, мы расстаемся, но сохраним хорошие отношения?

— Возможно.

— Что же произошло за время моего отсутствия?

— Много чего.

— Что же?

— Другие, более сведущие люди расскажут вам об этом. Прощайте!

Выйдя на улицу, я столкнулся с мадам Жаррье, которая шла из магазина.

— Мишель! Я так рада вас видеть! Но что это вы таскаетесь с чемоданом?

— Ваш муж выставил меня за дверь!

— Это еще что такое? Выставил за дверь? Кто ему дал право?

— Он хозяин в своем доме.

— А я, кто я тогда? Идемте.

Последовавшее объяснение было коротким и бурным. Жаррье, чувствовавший себя не очень уверенно, покорился. Я получил номер, закрылся в нем и сразу заснул.

Меня разбудил телефонный звонок. Прежде чем снять трубку, я посмотрел на часы: шесть часов вечера.

— Алло!

— Не кладите трубку, — холодно произнес Жаррье, — с вами будут говорить из комиссариата.

Я услышал характерные щелчки соединения.

— Мсье Феррьер?

— Да.

— Здравствуйте, это полицейский Маллеран.

— А, Маллеран… Как дела, старина?

— Отлично, мсье Феррьер, а у вас?

— Так себе. Чем могу служить?

— Не мне, комиссару.

— Что случилось?

— Он хочет, чтобы вы пришли к нему.

— Прямо сейчас?

— Если вас не затруднит.

— Ладно. Только немного приведу себя в порядок.

— Спасибо, мсье Феррьер.

— Почему он сам не позвонил мне?

— Я полагаю, он очень занят.

Показалось ли мне? На самом ли деле он был чем-то смущен? Глупости… Глупости… Почему он должен быть смущен, если Пьер занят?

Дежурный полицейский проводил меня в кабинет Пьера, и я очень удивился, увидев, что Сессье сидит рядом с Вириа. Сандрей встал:

— Мишель! Счастлив тебя видеть. Как доехал?

— Ей-Богу…

— Ладно, садись.

Я сел на стул, на который он мне указал.

— Итак, Мишель, расскажи о своем путешествии в Сен-Клод.

— Ты вызвал меня затем, чтобы послушать рассказ о моих прогулках по Сен-Клоду? Боюсь, что не смогу рассказать ничего нового. Сессье, вероятно, уже ввел тебя в курс дела?

— Ты забываешь о том, что я не имею права ему приказывать. Он мне не подчиняется.

— Ба! Следить за подозреваемым — услуга, которую друзья вполне могут оказать друг другу.

— Ты считаешь себя подозреваемым?

— Не я, а он.

— Не нервничай!

— Разве я похож на человека, который нервничает?

— Ты взволнован… Кричишь… Сессье еще не говорил мне о тебе. Видишь, твой рассказ я услышу первым. Ну, давай, я слушаю.

Что-то мне тут не понравилось. Казалось, Пьер, как и Жаррье, стал относиться ко мне не так, как раньше. И все-таки я как можно подробнее рассказал об изысканиях, которые провел в Сен-Клоде. Когда я закончил, Пьер объявил:

— Бедный Мишель, боюсь, твое путешествие было совершенно бесполезным. Никто из этих людей, очевидно, не является убийцей Сесиль Луазен.

— Что ты можешь об этом знать?

— Сессье проверил их алиби. Они безупречны.

— Но…

Сандрей взял листок бумаги, лежавший у него на столе, и стал читать вслух:

— «В ночь преступления Гастон де Ланкранк находился в Морезе, Жорж Бенак был в гостях у друзей, Франсуа Лалоб играл в кеч[1] и за недостойное поведение был задержан службой порядка, что же касается Хюбера Виже, то в девять часов вечера он давал последний в этот день урок музыки».

Я был в ярости. Они смеются надо мной!

— Почему Сессье не рассказал мне об этом?

— Ты ведь так хотел сам вести расследование, он не стал тебя переубеждать… Кстати, в чем ты так хотел убедиться?

— Ну и вопрос! Во-первых, что убийца, как и жертва, приехал из Сен-Клода…

— Дело в том, Мишель, что мы совершенно не уверены в этом. Вероятно, убийца — житель Уайонакса.

— Уайонакса? Ты с ума сошел! Если бы у Сесиль была назначена встреча с кем-нибудь из местных, она не стала бы ждать его в кафе! И потом, если этот тип из Уайонакса, то он поехал бы за ней в Сен-Клод.

Двое других молча смотрели на меня. Их вид повергал меня в отчаяние.

— Я полагаю, — тихо продолжал Пьер, — мы все допустили одну и ту же ошибку — соединили в одном лице соблазнителя и убийцу.

— Что?

Сандрей успокаивающе махнул рукой.

— Подумай, Мишель… Сесиль Луазен ждала мужчину, он не пришел, и, я думаю, ты прав, он живет не в Уайонаксе. Но, раз он не встретился с Сесиль, откуда ему было знать, в какой отель ты ее отвел? И откуда он мог знать о том, что в этом отеле есть дверка, ведущая в сарай? Нет, очевидно, убийца не тот человек, которого Сесиль ждала в кафе. Совершенно ясно, что он постоянный клиент отеля, в котором вы остановились.

— Это ни в какие рамки не лезет! Зачем ему убивать Сесиль, если они вообще не были знакомы?

— Возможно, она немного знала его, иначе не открыла бы дверь.

— Ничего не понимаю.

— Повторяю, любовник и убийца не одно и то же лицо.

Сессье встал и подошел к двери. В тот момент я не обратил на это внимания.

— Послушай, Пьер, давай рассуждать логически… Только отец ребенка, которого искала Сесиль, мог быть заинтересован в том, чтобы избавиться от нее.

— Но никак не мог встретиться с ней в отеле.

— Тогда, может быть, ты мне скажешь, зачем человеку, у которого не было ничего общего с Сесиль, убивать ее?

— Я не сказал, что он решил ее убить…

— Я не совсем тебя понимаю. И потом, не забудь: я не отходил от Сесиль с того момента, как она вышла из кафе, а отель, насколько мне известно, она не покидала.

— Она не выходила из отеля, Мишель.

— Ну, так каковы твои выводы?

— К сожалению, я давно уже пришел к определенным выводам, старина.

Почему такой тон? Почему он сказал: «К сожалению, старина»? И тут я понял, что Сессье стоит позади меня. Я дрожал как осиновый лист. Пьер встал, подошел ко мне и положил руку на плечо.

— Успокойся, Мишель.

— Пьер… Ты ведь не думаешь… что это… что это я?..

Он сочувственно посмотрел на меня и скорее прошептал, чем произнес:

— Да.

Все поплыло у меня перед глазами, и я вцепился в стул, чтобы не упасть.

— По… почему? Зачем мне убивать женщину, которую я никогда раньше не видел?

— Она была похожа на Луизу.

— Она была похожа…

— Либо ты решил, что она похожа на Луизу, либо — что она Луиза…

Вириа не отводил от меня глаз, очевидно, готовый в любую минуту броситься на меня. Повернувшись к двери, я увидел Сессье. Они заманили меня в ловушку. Я схожу с ума… Я не убивал Сесиль! Я уверен, что не убивал Сесиль!

вернуться

1

Вид американской борьбы.

15
{"b":"254605","o":1}