ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- О чем ты?

- Скажи, ты знаешь парня по имени Фил Бронсон, или Джордж Уиллингс? А Стива Маркела ты знаешь? – спрашивает Грег, хватая мое лицо свободной рукой. Я пытаюсь вывернуться, но он еще крепче сжимает мою челюсть, и теперь я боюсь шевельнуться. Вдруг он ее сломает? – Думаю, да. Ты знаешь их всех, потому что в школе трахалась с ними после удачного матча по футболу. Когда наша школьная команда выиграла национальный приз…ты так радовалась. А как радовались они, когда ты раздвигала перед ними ноги, - Грег ухмыляется, - Да уж, зрелище было то еще. Я знаю, потому что наблюдал за тобой, Алиша. Я видел все. Даже то, что мне видеть не полагалось. Вы заперлись в мужской раздевалке, ты легла на скамейку…

- Хватит! – кричу я, вырываясь, - Замолчи!

- Неприятно слышать такую правду о себе, а? Да, и мне было неприятно смотреть, как ты делаешь это. Это… - он кривится, - отвратительно. Ты была отменной шлюхой, Алиша, просто отменной. Как и все чирлидерши в то время. Тебе было невдомек, что простой парень с кучей прыщей на лице, может любить такую, как ты. Королева школы Энн-Арбора, мисс Алиша Гаррет! Местная звезда! Местная шлюха!

Он отпихивает меня, назад к кровати. Я пячусь, отхожу. Грег надвигается на меня, и я вся трясусь от страха и слез. Он знает обо мне все. Даже самые грязные подробности моей личной жизни. Боже, нет. Я понимаю, что его слова о том, что его имя Джим Трэтстоун – правда. Только Джим может знать обо мне такое. Но Джим мертв…

- Ты ведь знаешь, что я прав, Алиша, - наигранно мягко говорит Грег и толкает меня на кровать. Я падаю. – Ты знаешь, что не была святой. И знаешь, кто я такой. Не нужно больше этого отрицать, не нужно врать мне. Просто скажи, что помнишь меня.

Я съеживаюсь, плачу и закрываю лицо руками, чтобы Грег не видел этого. Но всхлипы вырываются самопроизвольно. Он бьет меня по рукам, не больно, но я все равно реагирую одинаково на все его удары – закрываюсь. Грег хватает мои руки и разводит их в стороны, чтобы видеть мое лицо.

- Прекрати реветь, - шипит он, - Ведешь себя, как маленькая трусливая девчонка. Скажи! Скажи, что помнишь меня!

Губы дрожат, и я еле-еле шепчу:

- Я помню тебя, Джимми…я тебя помню.

Глава тринадцатая

Я смотрю в его зеленые глаза и вижу торжество. Наконец, он добился от меня заветных слов. Я помню его, это правда. Я помню все до мельчайших деталей. Тот вечер стал самым ужасным в моей жизни. Его мертвенно бледное лицо, его руки, тянувшиеся ко мне, его глаза – пустые, как сейчас. Крики, боль, ругань и снова боль.

Открываю глаза, и слезы высыхают прямо в них. Я больше не хочу плакать – известна вся правда. Он знает, что я все помню, а я знаю, что это действительно он. Джим, не Грег.

- Наконец-то, ты призналась, - выдыхает он, слезая с меня, - Тебе хотя бы стыдно за то, что ты сделала?

- Это была не я, - шепчу я, - Ты знаешь, что это была не я. Это сделал Джон.

- Заткни свой лживый рот! Ты была там! – кричит Джим/Грег, снова подлетая к кровати и тыча в меня пальцем, - Ты все видела, я знаю. Я видел тебя.

- Прости, я…

- Прости? Это все? После всего, что случилось, думаешь, обычное «прости» что-то решит? Нет, будь уверена, ты получишь по полной, за все.

Джим выбегает из комнаты, громко хлопая дверью, и я вздрагиваю.

«Получишь по полной»

«Я видел тебя…»

Кажется, сердце сейчас выскочит из груди. Оно бьется с усиленной мощностью, словно я бегу кросс, и никак не хочет успокаиваться. Зловещее обещание Джима заставляет меня испугаться снова. Синяки только-только зажили, а теперь мне предстоит заработать новые. Я знаю, чего хочет Джим. Мести.

Он хочет, чтобы я страдала, как страдал он.

Я смотрю на свои руки – они дрожат. Боже, мне никогда их не успокоить. Что же делать? Как избежать наказания? Эти вопросы мучают меня сильнее и сильнее с каждой секундой, что я провожу одна, в комнате. Скоро вечер, и мне придется получить по полной. Страх обуревает меня, я вся на нервах, но когда Джим входит в комнату, на его лице спокойное выражение. Или, быть может, он так искусно скрывает от меня ярость.

- Идем есть, - просто говорит он ничего не выражающим тоном, и я подчиняюсь. Иду за ним, вниз по лестнице, и ноги трясутся. «Получишь по полной» - снова проносится в голове, и я пытаюсь отмахнуться от этой мысли. Нет, возможно, он успокоился и теперь не причинит мне боли. А может, я обманываю себя.

Мы попадаем в гостиную, где стоит большой стол, на котором располагаются несколько блюд и столовых приборов. Все чисто, аккуратно и определено. Мое место напротив него.

- Садись, - говорит Джим, а сам садится на свой стул. Я прохожу к другому концу стола и тоже сажусь. Осторожно, оглядываясь по сторонам, будто в любой момент откуда-то может вылететь топор и снести мне голову. Передо мной тарелка, вилка, нож и салфетки. Еще стакан воды. Я беру его и выпиваю до капли. Во рту пустыня. Я нервничаю даже больше, чем перед своим первым сексом. А ведь это просто ужин.

Да, ужин с человеком, которого я уничтожила.

- Мне показать тебе, как нужно есть? – спрашивает Джим, ехидно усмехаясь. Я молча пялюсь в тарелку, а затем поднимаю взгляд на него. Он берет вилку и начинает есть то, что находится на его тарелке. Это, кажется, макароны с мясом. Я не люблю их. Но Джим и так это знает, потому что в моей тарелке салат.

- Джим…

- Не называй меня так, - резко отвечает он, проглатывая порцию макарон. Я делаю вид, что не слышала его, и продолжаю:

- Джим, я много лет жалела об этом…каждый день, поверь. Я не спала ночами, и…

- Я сказал, - произносит он каждое слово отдельно, с яростью, - не называй меня так. Джим Трэтстоун умер. Я – Грег Дэллиган. Уяснила?

- Но зачем тогда ты заставлял меня вспоминать это? – выпаливаю я. Грег или Джим, я не уверена, смотрит на меня. В его глазах я замечаю странный огонек. Ему жутко хочется побить меня, я чувствую это нутром.

- Чтобы ты помнила, что сделала.

- Я ничего не делала, Джим. Ты знаешь это…все, что случилось, не было моей виной.

Он вскакивает со стула и быстрым шагом идет ко мне. Я вскакиваю тоже и пытаюсь куда-то деться, но не успеваю. Грег хватает меня за волосы и тащит к центру стола.

- Хочешь знать, что я буду с тобой делать? – злобно шепчет он, сбрасывая одной рукой всю еду со стола, а второй удерживая меня, - Я буду уметь тебя на этом столе до тех пор, пока ты не уяснишь, что вина на тебе. Ты виновата в том, что случилось, поняла? Ты поняла меня?

Его дыхание на моей шее, и я кричу. Он еще сильнее дергает за волосы и тянет их на себя. Я визжу, отбиваясь, но сил у меня так же мало, как и ума. Зачем я завела эту тему?

- Нет! Прекрати, прошу! – кричу я, но Грег непреклонен. Он молча нагибает меня, и я оказываюсь на столе, почти целиком. Он собирается изнасиловать меня. Боже, нет! – Грег! Остановись!

Грег резко расстегивает ремень моих джинсов и стаскивает их с меня. Я брыкаюсь, пытаюсь задеть его ногами, но не выходит. Он бьет меня по лицу, и я ахаю от резкой боли. Затем слышу треск ткани – это мое белье. Оно летит на пол, вместе с джинсами, и теперь я беззащитна.

- Пожалуйста, - шепчу я, - Прошу тебя, не надо, пожалуйста…

- Заткнись, - Грег упирается ладонями в мои плечи, и они оказываются прижатыми к столу. Я плачу, уже не могу сдерживать себя. Мне больно, и моментом позже становится еще больнее. Грег вонзается в меня резким, грубым толчком. Слезы капают на стол, а я лишь беззвучно открываю и закрываю рот, чтобы позвать на помощь. Но помощи нет, и не будет.

Здесь только он и я.

Грег пронзает меня насквозь, стараясь сделать как можно больнее. Меня тянет блевать. Никогда в жизни я не подвергалась сексуальному насилию, а теперь меня трахают, как шлюху, на обеденном столе. Я не выдерживаю и начинаю просто выть. От боли, страха, отчаяния. Сквозь пелену слез я слышу тяжелое дыхание Грега, шлепки и мерзкое хлюпанье. Боже, в этот момент я просто ненавижу себя. И его.

11
{"b":"254606","o":1}