ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Они продолжили движение очень осторожно, пока наконец не стало ясно, что на них не кинется нечто, притаившееся у самого корпуса катера. Надо было быть полными психами, чтобы лезть на этот корабль, который, казалось, готов в любой момент рассыпаться.

— Кому это принадлежит? — спросил Кобурн.

— Мне, — ответила Хонор. — Я унаследовала его после смерти отца.

Кобурн практически ничего не знал о морских судах любого размера. Но он достаточно долго прожил на побережье Луизианы, чтобы распознать рыболовецкое судно.

— Твой отец ловил на нем креветок? — спросил он Хонор.

— Мой отец жил на нем, — просто ответила она.

Судно выглядело таким же надежным плавсредством, как брошенная на воду сломанная спичка. Оно стояло наполовину на берегу, наполовину в воде небольшого канала, который, по словам Хонор, впадал в результате в Залив. Но с их наблюдательного пункта канал выглядел, как стоячее болото.

Кобурн догадывался, что катер несколько лет не спускали на воду. Его корпус оплела виноградная лоза. Краска, которой была выкрашена рубка, — точнее, то, что от нее осталось, — потрескалась и облупилась.

Остекление — там, где оно сохранилось, — потрескалось и было покрыто таким плотным слоем грязи, что вообще почти не напоминало стекло. Металлическая рама, поддерживавшая огромный садок, была изогнута под углом сорок пять градусов, напоминая сломанное крыло огромной птицы.

Но главным было то, что судно было брошено, возможно, забыто, и этим отлично им подходило.

— Кто знает, что катер здесь? — поинтересовался Кобурн.

— Никто. Отец поставил его сюда, чтобы спастись от «Катрины», а потом решил остаться. Он жил здесь, пока не заболел и состояние его не стало стремительно ухудшаться. Тогда я перевезла его в хоспис. Отец пробыл там меньше недели и умер.

— Как давно это было?

— Всего за несколько месяцев до аварии с Эдди. И от этого после смерти мужа мне было еще тяжелее, — Хонор невесело улыбнулась. — Но я рада, что отец не дожил… не увидел меня вдовой. Это очень бы его расстроило.

— А твоя мама?

— Умерла за много лет до отца. Именно тогда он продал дом и переселился на катер.

— А твой свекор знает про этот корабль?

Хонор замотала головой:

— Стэн не одобрял образ жизни отца. Считал его чересчур… богемным. И Стэн не поощрял визиты к нему. Особенно ему не нравилось, когда мой отец общался с Эмили.

— Вот как? Он считал, что богемный образ жизни заразен?

— Да, наверное, так Стэн и считал.

— Знаешь что, — прокомментировал Кобурн. — Чем больше я слышу о твоем свекре, тем меньше он мне нравится.

— Уверена, что он думает то же самое о тебе.

— Да уж. Сон я по этому поводу, пожалуй, не потеряю.

— Вот уж в этом ни минуты не сомневаюсь! — Хонор сердито откинула волосы со лба, затем, посмотрев несколько секунд на катер, тихо сказала: — Стэн хочет как лучше.

— Уверена в этом?

Кобурн невольно коснулся больного места.

— А какое тебе вообще дело? — вспыхнула Хонор.

— В данный момент мне есть дело до того, станет ли мистер Джиллет разыскивать нас на этой посудине.

— Нет.

— Спасибо.

Открыв дверцу, Ли выбрался из машины. Возле его сапога тут же прошелестела змея. Кобурн тихо выругался. Не то что бы он очень уж боялся змей, но как-то предпочитал с ними не сталкиваться.

Открыв заднюю дверцу, Кобурн потянулся за Эмили, которая уже успела отстегнуть свой ремень безопасности и теперь доверчиво протягивала к нему ручки. Ли взял девчушку на руки, обошел вокруг машины и передал Эмили матери.

— Не ставь ее на землю, я видел… — он осекся, прежде чем произнести вслух.

Глаза Хонор расширились от ужаса.

— Щитомордник? — переспросила она так, чтобы Эмили ничего не поняла.

— Я не спрашивал, — угрюмо буркнул Кобурн. Он достал из кобуры пистолет, но быстро вложил его обратно, когда Эмили обернулась в его сторону.

— Кобурн!

— Что?

— А у нас все еще приключение?

— Думаю, можно назвать это так.

— Мне мама сказала.

— Тогда точно — приключение.

— А мы можем играть в это приключение подольше? — попросила девчушка. — Мне очень весело.

«Да уж, веселее не придумаешь», — подумал Кобурн, идя впереди Хонор и Эмили по направлению к судну. Название катера едва можно было прочесть, но Ли сумел его разобрать. Он бросил через плечо многозначительный взгляд на Хонор, которая сделала вид, что ничего не заметила.

У катера были довольно низкие борта, и Кобурн легко поднялся на палубу, хотя сапог его тут же увяз в находившемся там мхе и мусоре.

Опытным взглядом он посмотрел вокруг, ища признаки недавнего пребывания человека, но нетронутая паутина и налетевшие из леса обломки сучьев цсно указывали на то, что никто не ступал на эту палубу довольно долгое время, может быть, с тех пор, как отца Хонор перевезли в хоспис умирать.

Довольный тем, что они здесь одни, Кобурн ногой откинул с деревянного пола пласт мха, освобождая место для Эмили, которую как раз передала ему Хонор.

— Не двигайся, — приказал он, ставя девчушку на палубу.

— Хорошо, Кобурн, не буду.

С тех пор как малышка преодолела какой-то внутренний барьер, мешавший ей называть его по имени, она пользовалась любой возможностью, чтобы произнести это имя вслух. Наклонившись, он подал руку Хонор, помогая ей забраться на палубу. Оказавшись на катере, она растерянно огляделась. Кобурн заметил, что лицо ее стало грустным. Но Хонор быстро взяла себя в руки и резко произнесла:

— Вон туда!

Она взяла дочку за руку и велела ей смотреть под ноги, затем, обойдя вокруг рубки, подвела их к закрытой двери, перед которой остановилась, и посмотрела на Кобурна:

— Может, лучше войти первым тебе?

Обойдя вокруг Хонор, он открыл дверь, которая сопротивлялась, пока Ли не навалился на нее как следует плечом. Внутри рубка была не в лучшем состоянии, чем палуба. Приборную панель покрывал видавший виды брезент, в складках которого собрались озерца дождевой воды. Сук дерева проник в одно из окон так давно, что на его коре успел вырасти лишайник.

Хонор оглядела все с нескрываемым отчаянием, но произнесла только:

— Вниз.

И указала кивком головы на узкий проход со ступеньками.

Ли потихоньку спустился, пригибаясь, чтобы не удариться головой о косяк, и протиснулся через овальное отверстие в каюту с низким потолком. Пахло плесенью и гниением, морской водой и дохлой рыбой, моторным маслом и марихуаной.

Кобурн взглянул через плечо на Хонор, стоящую на ступеньках:

— Он курил травку?

Хонор подтвердила его предположение кивком головы.

— Не знаешь, где старик держал запасы?

Хонор обожгла его взглядом, но Ли только улыбнулся в ответ и снова переключился на осмотр небольшой каюты. Здесь была двухконфорочная газовая плита, затянутая паутиной. Дверь небольшого холодильника раскрыта настежь. Сам холодильник пуст.

— Электричество? — спросил Кобурн.

Тут был генератор. Но не знаю, работает ли он. Кобурн сильно в этом сомневался. Он открыл

кладовку для припасов, где обнаружил на совершенно пустых полках мышиный помет. В каюте были две койки, разделенные проходом не больше фута в ширину.

— Туалет? — Кобурн указал на дверь в задней части каюты.

— Да, — кивнула Хонор. — Но не рекомендую. Я избегала им пользоваться даже тогда, когда папа еще жил здесь.

В общем, в пользу катера говорило только одно: воду он вроде бы не пропускал. На полу творилось бог знает что, но при этом он был сухим.

— Мы можем остаться здесь? — спросила Хонор.

— Надеюсь, это потребуется всего на несколько часов, — ответил Кобурн.

— А что будет потом?

— Я работаю над этим.

Он подошел к одной из коек и приподнял лежавший на ней матрац, проверяя, нет ли под ним насекомых. Не обнаружив их, он повернулся к Хонор и протянул руки навстречу Эмили. Когда девочку положили на матрац, она нахмурила носик:

— Здесь плохо пахнет!

— Не плохо, а резко. Сиди здесь и не спускайся на пол.

36
{"b":"254633","o":1}