ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Hygge. Секрет датского счастья
Все пропавшие девушки
Уроки мадам Шик. 20 секретов стиля, которые я узнала, пока жила в Париже
Билет в другое лето
Омоложение мозга за две недели. Как вспомнить то, что вы забыли
Кишечник и мозг: как кишечные бактерии исцеляют и защищают ваш мозг
Проверено мной – всё к лучшему
Адвокат и его женщины
Черепахи – и нет им конца

– Пойду к Доббсу, а ты собирайся: думаю, через час можно будет отправляться.

Проводив великана, Шелби принялась собирать вещи. Большая сумка быстро наполнилась, и девушка выбежала из комнаты. Найдя свою повозку, стоявшую за театром, она забралась в нее, и вскоре повозка затарахтела по булыжникам мостовой.

Они ехали всю ночь и только к утру остановились в маленьком перелеске, дав отдых лошадям.

– Я ждала кого-нибудь в этом роде, – сказала Шелби, – но никак не могла предположить, что нас догонят так быстро.

– Надо было чуток потрепать его, и он отстал бы, – в меру своих возможностей размышлял Джаспер.

– Нет, нет. Не надо никого обижать. Давайте изменим маршрут. Например, вместо Линкольна отправимся в Милфорд. Попробуем перехитрить его.

Мужчины промолчали. Они были не согласны с Шелби, но не возражали: их задача – охранять девушку, а не давать ей советы.

– Вы оба должны поспать, – распорядилась она. – Если мы собираемся снова ехать ночью, вам нужно отдохнуть.

– А как же ты? – поинтересовался Доббс.

– Я посплю в дороге. Не беспокойтесь, здесь мы в безопасности. Сейчас он отстал от нас.

Джаспер и Доббс подчинились, но не очень охотно. Оставшись одна, Шелби задумалась. Изменение маршрута казалось ей самым разумным выходом из создавшегося положения, и, приняв наконец окончательное решение, она успокоилась.

День незаметно миновал. Дивный закат, успокаивающий и расслабляющий напряженные нервы, угасал. Шелби подбросила в костер, на котором готовила ужин, поленья и решила прогуляться. Она надела плащ и накинула капюшон, чтобы скрыть светлые волосы. Этот парень умен и ловок, поэтому нужно быть настороже. Она и так допустила ошибку, решив остановиться в Беннете, да к тому же выступить в театре!

Шелби углубилась в лес. Вечерний воздух был ласков и тепел, деревья так мирно шелестели, что она совсем забыла об опасности и не услышала осторожные шаги. Неожиданно сильная рука крепко обхватила ее талию, а другая зажала ей рот. – Вот мы и встретились снова, мисс Степлтон. Но на этот раз, – прошептал голос, и она почувствовала теплое дыхание на щеке, – условия буду диктовать я.

Глава 3

Обиду, ярость, затаенный страх читал Бред в глазах девушки. Руки ее были связаны и закреплены у луки седла, а рот завязан носовым платком. Каждый раз, встречая взгляд этих сверкающих глаз, Бред понимал, что решение временно лишить свою пленницу возможности изъясняться вслух было абсолютно верным.

На этот раз Бред предусмотрел все: купил вторую лошадь, был предельно осторожен, подбираясь к лагерю. И вот теперь мисс Степлтон в его сопровождении направляется в Чарльстон.

Едва забрезживший рассвет застал их у въезда в маленький городок, в котором, с отчаянием думала Шелби, Джаспер и Доббс никогда не будут ее искать.

Бред остановился в тени деревьев на окраине города. Он спешился и освободил наконец пленницу от пут.

На Бреда обрушились накопившиеся горечь и ярость.

– Как вы посмели! Я велю вас арестовать! Вас повесят за это!

– Я снова завяжу вам рот, – насмешливо предупредил Бред.

– Эта ошибка будет дорого вам стоить!

– Не думаю.

– Как мне вдолбить в вашу твердолобую голову, что я не Уинтер Степлтон?!

– Ваш отец умолял вернуть домой его дочь. Он страдает, и я думаю, вы должны испытывать угрызения совести.

– Интересно, сколько вам заплатили за это представление? – не унималась пленница. – Это, должно быть, дорого стоит: бравый охотник приносит свою добычу – девушку, и притом не ту, должна я заметить.

– Не сердитесь, мисс, скоро вас обнимут любящие родители. – Бред улыбался, глядя на нее, и эта улыбка привела Шелби в ярость: маленькие кулачки сжались от страстного желания задушить мучителя.

– Я не поеду с вами в Чарльстон.

– Не зарекайтесь, – терпеливо ответил он.

– Говорю вам, вы не смеете тащить меня в Чарльстон, – голос ее сорвался. – Вы горько пожалеете.

– Посмотрим. А пока нам нужно отдохнуть.

– В городе? – В голосе пленницы послышалась надежда.

– Мисс Степлтон, – насмешливый тон означал, что надежда бессмысленна.

– Перестаньте называть меня так. Я Шелби Вейл.

– Пропади пропадом ваше упрямство, – не сдержался Бред.

– Шелби Вейл, – она отчетливо выговорила каждый звук.

– Если вам так угодно, я буду звать вас Шелби. Пожалуйста. Но домой возвращается Уинтер Степлтон. А теперь мы отправимся в гостиницу.

В глазах девушки появились искорки, и Бред понял, о чем она думает.

– Бросьте, у вас ничего не получится. Я не гожусь на роль воспитателя капризных маленьких девочек, но твердо знаю, что вам нужно вернуться домой и немножко подрасти. – Бред с удовлетворением заметил, что искорки сменились колючей злостью. Это состояние ему легче было контролировать, однако роль охотника, выслеживающего дичь, его начинала тяготить.

Прежде чем Шелби ответила, Бред снова завязал ей рот, а на голову набросил капюшон.

Когда они добрались до единственной в городе гостиницы, Бред взял девушку на руки, как ребенка, и, поднявшись по ступеням, толкнул дверь.

Холл был пустынен, только за своей стойкой зевал портье.

– Я очень спешу, – обратился к нему Бред. – Мне срочно нужна комната. Моя жена больна, ее нужно уложить в постель. В вашей книге я запишусь потом.

Впрочем, портье не собирался интересоваться подробностями. Бред заплатил за номер, получил ключ и поднялся по лестнице раньше, чем служащему пришло в голову взглянуть на женщину, которую несли на руках.

В комнате Бред довольно бесцеремонно опустил свою ношу на постель, потом снял с пленницы плащ и развязал руки, но попытку встать пресек безоговорочно.

– Сожалею, но должен сказать, что не доверяю вам, поэтому рот не развяжу и, более того, на время моего отсутствия привяжу вас к кровати. Вы отдыхайте, – усмехнулся Бред. – Поспите, если сможете. Мы отправимся в путь ночью.

Он вышел из комнаты, чувствуя на себе осуждающий взгляд огромных синих глаз.

Для начала Бред побродил по улочкам в поисках известной повозки, но, как он и рассчитывал, беспокоиться было не о чем, и он отправился в ближайший магазинчик. Бред решил закупить здесь все необходимое, чтобы уже до самого Сент-Луиса не останавливаться в городах. Затем все покупки отнес в конюшню, где оставил лошадей, и, договорившись с конюхом, что после обеда придет упаковать вещи, вернулся в гостиницу.

Свою подопечную он нашел в том же состоянии: испепеляющий взгляд был ответом на его приветливую улыбку. Бред присел на краешек кровати и, помолчав немного, заговорил с доступной ему деликатностью:

– Я понимаю, пора вернуть вам свободу, хотя бы в пределах этой комнаты. Давайте договоримся: я развяжу вас, выйду и запру дверь, но вы дадите мне слово не делать глупостей. – Его взгляд был весьма выразителен. – Вы поняли меня?

Шелби с готовностью кивнула головой, и через минуту Бред освободил ее от пут.

– Пока у вас все неплохо получается, но до Чарльстона далеко, – были ее первые слова.

– Да, путь неблизкий, – усмехнулся Бред, – но этот город на нашем пути последний.

– Как вы сами сказали недавно, – девушка впервые улыбнулась, – не зарекайтесь.

– Я жду за дверью, – он подчеркнуто пропустил ее слова мимо ушей, – стукните два раза, когда будете готовы.

Как только дверь затворилась, девушка вскочила на ноги и огляделась. Тихонько подкралась к двери, затаив дыхание, прислушалась. Было тихо. Она бесшумно попробовала открыть дверь – ее не забыли запереть. В задумчивости Шелби прошлась по комнате, и вскоре сосредоточенное выражение милого лица рассеялось улыбкой.

Прошло не меньше получаса, прежде чем Шелби легко постучала в дверь, в ответ сразу щелкнул замок. Возвратившись в комнату, Бред заметил перемену в поведении своей пленницы, как будто за эти полчаса она обдумала свое положение и поняла, что изменить она ничего не может и поэтому должна смириться. Девушка сидела, грустно склонив голову, на уголке кровати. Светлые пушистые волосы, как театральный занавес сцену, скрывали лицо. Воплощенное несчастье и покорность!

8
{"b":"25464","o":1}