ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Не помешал? — весело сказал он и потянул носом воздух. — А пахнет-то как вкусно! Готовитесь к встрече родителей?…

— Здравствуйте, — радостно приветствовала его Елена. — Заходите… Мама Иду столько всего наготовила.

— Я только на минуту… И молодой человек здесь? Отлично!

Кваме Араухо приветливо кивнул Евгению и только сейчас заметил скромно стоящего у стены Нхая.

— А ты что здесь делаешь? Почему не в лагере? — строго спросил его начальник особого отдела.

— Он помогал нам убирать дом, — почему-то испугавшись за Нхая, поспешила вмешаться Елена.

— А… — смягчился Араухо и, помолчав, сказал: — Я к вам, молодые люди, по важному делу.

— Что-нибудь случилось? — невольно вырвалось у Евгения.

— Они… не приедут завтра? — почти одновременно выдохнула Елена.

— Нет, не беспокойтесь. С вашими родителями все в порядке, но будет лучше, если мы поспешим: нас ждут… у камарада Кэндала.

Он не договорил и взглянул на часы:

— Уже десять часов, время позднее. Так едем?

И он отстранился, пропуская заторопившихся Елену и Евгения во двор, к «джипу». За рулем сидел человек в форме «фридомфайтера».

— Камарад майор! — Нхаи выбежал следом за ними и обеими руками вцепился в борт машины. — Позвольте и мне с вами… ведь вы же в лагерь. А то сами сказали — непорядок…

Евгений, помогавший Елене забраться в машину, обернулся от удивления: голос старого солдата стал неузнаваем, казалось, просил не Нхай, а деревенский простак, суетливый и перепуганный.

— Ладно, садись, — помедлив, бросил Араухо и шоферу: — Скорее!

ГЛАВА 12

— Рассветает в половине седьмого. Значит, мы должны вылететь в пять утра.

Капитан Коста отодвинул недопитый оловянный кубок и встал из-за стола. Майор Суарес Коррейя не двинулся с места: он уныло смотрел мутными глазами в свой бокал.

Летчики — молчаливые, рослые парни — общались только с капитаном Коста. Так что Майк понял — экипаж подчиняется лично «иезуиту» и укомплектован людьми из контрразведки.

Сразу же, как только стало известно о завтрашнем вылете, летчики принялись устанавливать в вертолете небольшую лебедку с тонким стальным тросиком, оканчивающимся затяжной петлей из широкого ремня.

Майк видел, как они поставили запасные баки с горючим, погрузили ящик гранат.

Капитан Коста стоял, держась обеими руками за спинку стула и пристально глядя на серо-зеленое лицо Коррейя.

— Сеньор Коррейя, судя по всему, плохо себя чувствует, — сочувственно произнес Майк. — Я предлагаю: майору остаться в форте, а мне… — он выдержал напряженный взгляд «иезуита», — лететь завтра с вами, капитан.

Наступило молчание. Затем заговорил Коррейя. Голос его звучал неуверенно:

— Это правда, у меня — печень… и только мой долг солдата… — и замолчал, пряча глаза.

Коста переводил взгляд с одного офицера на другого.

— Если майор действительно так плох… — сказал он, и Коррейя невольно кивнул… — то мистеру Брауну будет весьма полезно еще раз доказать свою верность нашему делу.

Майк сдержанно кивнул.

…К удивлению Евгения, хорошо знавшего окрестности Габерона, «джип» проскочил перекресток, где надо было свернуть в лагерь «фридомфайтеров», и понесся прямо, вдоль лагуны, туда, где километрах в пяти от города размещался порт.

— Шофер не ошибся дорогой? — тронул Евгений плечо сидящего впереди Араухо.

— Нам нужно заехать на военно-морскую базу, — обернулся тот.

У пакгаузов сидели сонные сторожа. Они проводили равнодушными взглядами военную машину, проскочившую в дальний угол порта. Там, у длинного пирса, стояли четыре бронекатера «фридомфайтеров» — первые боевые корабли флота будущей независимой республики Гидау.

«Джип» въехал на пирс, пронесся к головному бронекатеру флотилии. Шофер резко затормозил, распахнул дверцу и выскочил из машины. Ее тотчас окружило несколько человек, соскочивших с палубы катера с автоматами наперевес.

— Выходите! — резко скомандовал Араухо.

Повторять приказание не пришлось. Люди с катера грубо вытащили юношу и девушку из машины, затем вытолкнули оттуда Нхая.

Гроза над лагуной (илл. Л. Хайлова) - pic_27.png

— Обыщите! — так же резко приказал Араухо.

Один из его людей протянул было руки к Елене, но Евгений с силой отбил их и стал между ним и девушкой, сжав кулаки.

— Да не этих, — досадливо крикнул Араухо. — У них ничего нет. Обыщите старого деревенщину, да хорошенько! Они там в буше привыкли таскать на себе целые арсеналы.

Двое мгновенно вывернули Нхаю руки за спину, третий обшарил карманы, вытащил из-под ремня пистолет, злобно ткнул старого солдата стволом в живот:

— Хитришь, папа!

— Я что? Я ничего… — захныкал Нхай. — Отдай, сынок. Мало ли что, приказ. Один я, что ли, не сдал?

— Как это понимать? — шагнул к «джипу» Евгений. — На каком основании…

— …с вами так обращаются? — раздался насмешливый голос со стороны катера, и, обернувшись, юноша увидел на палубе человека в светлом свитере, в руке — короткая трубка.

— Капитан Адесанья к вашим услугам, — издевательски вежливо сказал человек на палубе и пыхнул дымом.

— Нечего разводить церемонии, — крикнул Араухо из машины. — В трюм их! И старого дурака тоже!

Дальнейшее произошло быстро. Крышка люка захлопнулась. Каблуки тяжелых матросских башмаков прогрохотали по бронированной палубе. Потом донеслись неразборчивые голоса, взревел мотор «джипа».

— Кто они? — Елена сжала руку Евгения.

Старый солдат опередил юношу:

— Оборотни!

Снова Евгений удивился перемене в голосе Нхая. Это «оборотни» сказал прежний, смелый и решительный солдат.

Вот уже несколько дней Кэндал писал, правил, переписывал текст своей речи на предстоящей первой сессии Национального собрания Народной Республики Гидау, республики, которая должна быть торжественно провозглашена через неделю в одной из деревень Освобожденной зоны.

Он все время был недоволен тем, что получалось. То это был экскурс в историю, то сухой доклад о задачах молодой республики.

Кэндал писал, перечеркивал, писал снова.

«А что, если… без бумажки, экспромтом? Память подскажет самое нужное».

Кэндал включил магнитофон.

— Братья и сестры, товарищи! Сегодня самый счастливый день, который мы знали за последние четыреста лет, — мы провозглашаем независимость…

Он услышал чьи-то торопливые шаги за дверью и замолчал. Снова шаги, приглушенные голоса, дверь распахнулась, на пороге вырос майор Жоа с автоматом в руках:

— Ни с места! Руки вверх!

Гроза над лагуной (илл. Л. Хайлова) - pic_28.png

«Надо бы выключить магнитофон», — невольно подумал Кэндал.

«Кто его выпустил? Почему он здесь?» — пронеслась вторая мысль.

Автомат заплясал в руках Жоа, глаза его возбужденно блестели. За его спиной толпились вооруженные люди в форме «фридомфайтеров».

— Ты бежал из-под ареста, — стараясь держаться как можно спокойнее, произнес Кэндал. — Это только усугубит твою вину.

— А кто ты такой, чтобы судить меня? — расхохотался Жоа.

— Заговор? — Кэндал склонил свою лобастую голову. — Что ж! Капитан Морис предупреждал меня… А теперь… — Он шагнул из-за стола, расстегивая кобуру: — Бросай оружие!

— Не подходи! — истерично закричал Жоа, отступая. — Я буду стрелять!

— Ты, не застреливший в жизни ни одного туга, будешь стрелять в ме…

Автомат взорвался огнем в трясущихся руках Жоа. Очередь ударила в широкую грудь Кэндала, но он все еще шел вперед, прямо на убийцу.

— Идиот! — Кваме Араухо, вынырнувший из-за спины Жоа, выбил у него из рук автомат. — Он был нужен нам живым. Ты испортил все дело, кретин!

— Тиран должен был погибнуть. Мою руку направляла история! — высокопарно отчеканил убийца и оглядел не смеющих войти в кабинет сообщников.

— Ты всполошил весь лагерь, дурак! У меня не наберется и десятка людей, а здесь сотни «фридомфайтеров».

51
{"b":"254669","o":1}