ЛитМир - Электронная Библиотека

— А для тебя это тоже возможность получить собственный титул. Причём, без многолетних мытарств нескольких поколений. Регент наследника, это, фактически, прямой билет в именитые.

— Вот как? А что мешает мне получить титул сейчас, как носителю и генома и эфирной линии? — Прищурился я.

— Противостояние Бельских, в чьём распоряжении сейчас находится титул, и отсутствие тех, кто замолвит за тебя сло… — Вербицкий покосился на свой браслет и побледнел. Что это с ним? А!.. Вспомнил про гриф, и того, кто его поставил на «моём» деле. Бедняга… то-то у него такой вид, словно ему «винчестер» с любимой порнухой форматнули… м-да. Надо спасать дядечку, а то, как бы его сейчас инфаркт не хватил.

— Анатолий Семёнович. — Окликнул я зависшего полковника.

— А? — Полковник перевёл на меня потухший взгляд.

— Я согласен. — Каменная маска на лице Вербицкого дала трещину и «осыпалась», открывая безмерное удивление.

— Почему? — После минуты молчания, хрипло спросил полковник.

— Я был бы идиотом, наживая себе таких последовательных врагов, как род Вербицких. — Пожал я плечами.

— Последовательных? — Явно ещё не веря в мои слова, нахмурился собеседник.

— То упорство, с которым вы идёте к цели, очень многое говорит о семейных чертах характера, и я не думаю, что это свойство распространяется лишь на стремление к титулу. А значит, в случае чего, и противниками вы будете не менее настойчивыми, не так ли? — Я улыбнулся. — Ну, а кроме того, зачем плодить врагов, если есть возможность обзавестись друзьями? Где мне расписаться, Анатолий Семёнович?

— Р-ра! — Полковник взвился над столом и, хлопнув по кнопке селектора, буквально прорычал в него, что абсолютно не вязалось с воцарившейся на устах улыбкой. — Саня, Марию сюда, немедленно!

Надо отдать должное девушке, слова отца о будущем учителе её ещё не существующего даже в проекте ребёнка, Мария встретила стоически. Внешне. Потому как Эфир всё-таки дрогнул от её смущения.

— Учителем… ага. Уже хорошо. — Вздохнув, задумчиво проговорила девушка и взгляд её неуловимо изменился.

— Но-но! За избыток кальция в организме, Ольга нас обоих на электрический стул пристроит. — Фыркнул я, распознав засветившие Эфир эмоции. — А близняшки ещё и помогут зафиксировать, чтоб не дёргались.

— Э-э… — Лицо девушки приняло недоумённое выражение. — А ты с ними, что тоже…

Это называется, фэйспалм!

— И ты туда же?! — Это был стон души, честное слово!

— А, значит, правду про вас в гимназии говорят. — Торжествующе провозгласила Мария, под изумлённым взглядом своего отца. Да чтоб его!

— Маша, предупреждаю, ещё хоть одно слово этого бреда, и учителем твоих детей мне не стать никогда в жизни. — Со свистом выпустив воздух через сжатые челюсти, процедил я. — У покойников детей не бывает, знаешь ли.

— Да ладно-ладно… — Фыркнула улыбающаяся Вербицкая. — Не буду я разбалтывать твои маленькие тайны.

— Кажется, я зря тогда спас тебя от близняшек. — Кое-как успокоившись, проговорил я. И на этот раз, Мария промолчала. Слава богу.

— Вы закончили пикировку, надеюсь? — Осведомился Вербицкий и, вперив изрядно похолодевший взгляд в дочь, отчеканил. — Подобное отношение к будущему регенту наследника Скуратовых и кровному родичу, недопустимо. Я ясно выразился, Мария?

— Да, отец. — Улыбка нашей классной «звезды» поблекла.

— Не надо так строго, Анатолий Семёнович. — Я покачал головой. — Мы не на приёме, а там Мария Анатольевна просто не унизится настолько, чтобы вести себя подобным образом.

— Я… Извини, Кирилл. — После недолгого молчания, проговорила Вербицкая. — Это больше не повторится.

— Очень надеюсь. Не хотелось бы вновь включать в воспитательный процесс, розги. Мне казалось, мы прошли этот этап ещё три года назад. — Вместо меня ответил полковник и, убедившись, что дочь всем своим видом являет одно сплошное раскаянье, довольно кивнул. — Ладно. С этим разобрались. А теперь, Маша, что у нас с ужином?

— Матушка сказала, чтобы через полчаса мы были в столовой.

— Замечательно. Тогда, неси кофе и коньяк. Как раз, успеем чуть-чуть отпраздновать. — Покосившись на меня, проговорил Вербицкий. А что я? От глотка коньяка мне хуже не будет, это точно. Такие новости, вообще-то нужно запивать чем-нибудь успокаивающим… Кстати, о новостях. Пока Мария побежала исполнять приказ отца, я решил уточнить кое-какие моменты.

— Анатолий Семёнович, а если я вопреки всему, вдруг, всё же окажусь виновным в убийстве приказных? Неужели вы, начальник Пятого стола, вот так легко мне поверили?

— Ты прав, Кирилл, я не верю никому и ничему. На слово. Но в полученном мной отчёте наблюдателей, том самом, что под «Короной», есть замечание и о вашем с господином Хромовым, допросе «некоего лица», и подтверждение твоего алиби. — Ухмыльнулся полковник и договорил, — и, кстати, сей могущественный господин, через четверть часа после твоей доставки домой, был зафиксирован на въезде в «боярский городок», который он покинул в шесть семнадцать утра, что также было зафиксировано штатными системами наблюдения…

— И это тоже было в отчете? — Удивился я.

— Представь себе, было. — Хмыкнул Вербицкий. — История с твоим «гостеванием» в Преображенском приказе, только-только начала раскачиваться, а господа приказные уже изображают такое служебное рвение, что только диву даешься. Знают кошки, чьё сало съели. А тут ещё и двойная смерть их коллег. Вообще забегают, как наскипидаренные.

— Ясненько.

— Так что, ты особо не расслабляйся. И не удивляйся, если вдруг снова в изолятор загремишь, как ценный свидетель. Не факт, конечно, но вполне возможно. А уж то, что тебе придётся ко мне на собеседование пару раз зайти, так это я тебе прямо сейчас обещаю. Как бы то ни было, но похищать приказных, это не та шалость, которую легко можно простить. — Неожиданно преподнёс пилюлю мой собеседник.

— Ну, если без карцера и ненадолго, то ладно. — Вздохнул я. В самом деле, индульгенцию мне никто не выписывал, да и… знал я, на что иду. И когда за Переверзевым лез, и когда к Вербицким шёл. Хорошо ещё, что прямо сейчас никто в подавители не закатывает.

— Кстати, а с чего у тебя такая нелюбовь к карцеру-то? — Вдруг поинтересовался полковник, а заметив мой взгляд, напрягся. — Нет, я понимаю, место неуютное и долго там не просидишь, но… два часа-то выдержать можно, разве нет?

— Не два, а двадцать. — Ощерился я. — Вечером доставили, запихнули в этот «кубик», через несколько часов вытащили на допрос и убрали обратно. И только перед тем как выпустить, перевели в обычную камеру, где я и получаса не пробыл. Как результат, купированный дар. Была надежда, что «доплетусь» до воя, а после карцера выяснилось, что новик, мой «потолок».

Вербицкий нахмурился и уже открыл было рот, чтобы что-то спросить, но тут в кабинет вошла Мария с подносом и, довольно улыбаясь, принялась выставлять на стол графин с плещущейся на донышке янтарной жидкостью, пару хрустальных «тюльпанов», кофейный прибор и… пепельницу. Наблюдательная дочка растёт у полковника, хм. Я благодарно кивнул и…

Затрезвонивший на руке браслет заставил меня дёрнуться. Этот сигнал я выставлял только на домашнюю сигнализацию… ЧАСТЬ V. ТЕАТР ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

Глава 1. В тиши кабинетной…

По логике, я должен был бы бросить всё и мчаться домой, выяснять что там происходит и почему сигнализация, подав истошный вопль вдруг заткнулась, а все имеющиеся в доме, фиксаторы отключились ровно через шесть секунд после сигнала тревоги. Должен бы, но… признаю, некоторые стороны политики государственного непотизма мне начинают нравиться.

В общем, вместо меня в Сокольники отправилась группа «специалистов» Пятого стола. Благо, базируются они в «древнем пристанище» Преображенского приказа, а именно, чуть ли не в центре одноименного села. Вообще, весьма характерное соседство. С одной стороны, под боком зимние квартиры Преображенского полка, а с другой, до боярского городка рукой подать. Честное слово, иногда я начинаю думать, что государь неспроста держит такой «набор инструментов» по соседству со своими владетельными подданными. Впрочем, сейчас мне было не до того. Мне очень не нравилась воцарившаяся вокруг меня и моего дома суета и, сидя в уютном кабинете Вербицкого, я пытался понять, кому и зачем вообще могло понадобиться устраивать весь этот переполох. Слежка… попытка давления приказных… и уже второе нападение на дом. Кому и зачем это могло понадобиться? Уточню, для кого эта игра настолько серьёзна, что он… или она… не остановился даже перед смертью двух сотрудников Преображенского приказа, несмотря на опасность обратить против себя государственный механизм, со всеми вытекающими последствиями?

119
{"b":"254680","o":1}