ЛитМир - Электронная Библиотека

- Продать? Почему бы и нет? Захочу – всегда смогу написать другую!

Айви, разумеется, не поверила в нелепое заявление.

- Вы уверены? Это очень, поверьте мне, очень ценная книга! – мягко настаивала она.

- Сто долларов. Наличными. Девушка была просто в ужасе. Ясное дело, эта особа в серьгах из елочных шариков и устрашающем парике понятия не имеет о ценности книги. Соблазн был очень велик. Но нельзя же извлекать выгоду из чьего-то невежества! Это почти что воровство! Старуха потерла руки:

- Давай, красавица, решай. Сто долларов. Если откажешься, снесу ее в книжный магазин в конце улицы. У тебя лишь один шанс. Говори – «да» или «нет», и дело с концом!

- Да! – воскликнула Айви так быстро, что сама толком не осознала своего согласия.

- Отлично. Думаю, тебе понравится.

Лишившись дара речи, девушка смотрела на книгу. На ее книгу. На древнюю бесценную рукопись, заглянувшую в ее магазинчик из Прошлого. Ее рука, казавшаяся такой маленькой и бледной, покоилась на темном кожаном переплете.

- Мисс?

Айви совершенно забыла о даме в парике.

- Мои деньги?

Медленно, как лунатик, девушка выдвинула ящик кассового аппарата и отсчитала пять двадцатидолларовых купюр.

- Развлекайтесь теперь тут с ней, – промолвила незнакомка загадочным тоном.

Раскрыв книгу, Айви стала читать наставления о том, как очистить розовую воду.

Услыхав звон дверного колокольчика, она подняла голову и увидела, как рыжий парик шагнул в волшебный туман, окутывающий улицу.

Айви обессиленно опустилась на стул: она не могла поверить в свою удачу.

Сюзанна из Денбей, 1530. Джулиана Рамсден, 1564. Виткомб-Кип.

Кем были эти женщины, собиравшие и записывавшие рецепты от всяких хворей? Она обязательно все узнает, перероет вверх дном все библиотеки! Она выяснит, где был Виткомб-Кип! А вдруг он и сейчас существует?!

Поглядев в окно, девушка увидела смутные огни витрины расположенной напротив художественной галереи. Ее рука потянулась к телефону, и дрожащими пальцами она набрала номер.

Низкий, хорошо поставленный мужской голос – такие голоса были у героев кинокартин тридцатых годов – сказал в трубку:

- «Артур-Геллери». Чем могу помочь?

- Уинстон? Это Айви из «Очарованного времени». Послушайте, вам непременно надо посмотреть на то, что я только что купила. Поверьте мне, это невероятно. Музейная редкость. Вы можете прийти?

- Пять минут, дорогая, и я у тебя! Удовлетворенная, Айви повесила трубку и погладила драгоценное приобретение, дивясь редкой удаче.

- Глазам не верю. Это неправдоподобно. Беру назад все свои слова насчет зевак. – Уинстон медленно, осторожно листал пожелтевшие страницы, то и дело удивленно приподнимая седые брови.

- Думаете, это не подделка?

- Нет, конечно, глупышка. Мало я тебя, что ли, учил?

Айви вспомнила, сколько вечеров после занятий в колледже она проводила в галерее Уинстона, тщательно изучая предметы старины– дорогую мебель и ковры, которые ее пожилой друг удостоил своим вниманием. Нередко они ходили и на аукционы – там Айви покупала те вещи, что пришлись не по нраву Уинстону. Так она собрала коллекцию для собственного магазина. Да что и говорить, Уинстон Артур неплохо обучил ее.

- Это же можно почувствовать, просто держа книгу в руках, ты же понимаешь! – продолжал Уинстон. – Не представляю даже, сколько она может стоить! Вот в этом я не силен. Впрочем, я всегда говорю, что каждая вещь стоит ровно столько, насколько кто-то хочет ее иметь. По случаю все что угодно можно продать выгодному покупателю.

- Но я ни за что не продам ее! – воскликнула девушка.

- Да, такое временами бывает, – неуверенно промолвил пожилой господин, удивленный внезапной страстностью, зазвучавшей в голосе Айви. – Встречаешь какую-то вещь и вдруг понимаешь, что не хочешь с ней расставаться. Считай, что тебе повезло: ты получила желанную вещь всего за сто долларов. А можно еще чашку чаю?

- Конечно. – Айви бросилась в заднюю комнату, чтобы налить Уинстону его любимого чаю, а он тем временем задумчиво продолжал листать страницы древнего манускрипта.

Девушка размешивала в чае его обычную ложку сахара, как Артур рассмеялся.

- Что там такое? – крикнула она.

- Иди скорее, посмотри! Бросившись к нему, Айви едва не пролила чай на прилавок.

- Так что же там, Уинстон? Усмехнувшись, он поднял на лоб очки.

- Нет, Айви, ты только посмотри. Просто потрясающе! Похоже, одна из леди из Виткомб-Кипа считала себя ведьмой!

Удивленная, девушка осторожно взяла в руки книгу и, нахмурившись, стала читать.

- Та-ак… Чтобы изменить погоду…– медленно начала она, с трудом разбирая витиеватые буквы, –…надо встать лицом к западу и произнести следующие слова…

- Ну, продолжай же, – торопил ее Уинстон. – Они очень поэтичны!

Девушка медленно прочитала:

Маревом ль знойным воздух пылает,
Снегом ли ветер дома заметает,
Птиц гомон весенний,
Иль ливень осенний –
Пусть все изменится, повелеваю!

- Если это написала не ведьма, то поэтесса, – заметил Уинстон.

Айви дотронулась до страницы, раздумывая о женщине, записавшей эти строки в книгу. Интересно, когда это было? Неужто она и впрямь верила, что наивное заклинание может повлиять на природу?

- Поздравляю тебя, – заговорил вновь Артур. – Ты купила настоящее сокровище.

- Правда? – Девушка медленно села, чувствуя, что зарделась от удовольствия.

Некоторое время они сидели молча, попивая ароматный чай, вдыхая запах корицы и елки и наслаждаясь уютом «Очарованного времени», а из магнитофона лилась песня в исполнении Бинга Кросби, мечтающего о белом Рождестве.

Айви погладила свою драгоценность. Вот удача так удача! Ей невероятно повезло. У нее было удивительное чувство, что когда она дотрагивается до книги, то почти физически ощущает свою связь с давно умершими женщинами, словно они были ее предками, ее семьей.

Девушке было так хорошо в своем чудесном магазинчике, в котором воплотилась ее давняя мечта об уютном, спокойном прибежище. И у нее был друг – Уинстон, настоящий старомодный Джентльмен, который помог ее мечте осуществиться…

- Господи, у меня теперь есть все, что я хочу, – взволнованно проговорила Айви. – Я – самая счастливая женщина на свете.

- Не стану спорить, – согласился с ней Артур, – твое приобретение и вправду на редкость удачно. Но ведь есть еще множество других вещей…

- Каких, например? – смеясь, перебила его Айви.

- Ну всяких… Всяких пустяков… Существуют счета в Швейцарском банке… Или путешествия, поездки в Европу… Можно иметь хороший дом… Да мужа и детей, в конце концов!

Они оба расхохотались.

- Может быть, когда-нибудь… Но пока дела идут слишком хорошо, чтобы менять что-то, – возразила девушка.

- Только не затягивай с этим, – посоветовал Уинстон серьезным тоном, хотя на губах его все еще играла добрая улыбка, – а то останешься… старым холостяком, вроде меня. – Поставив чашку на стол, он взял свое пальто и перчатки. – Я, пожалуй, пойду, а то еще чего доброго опоздаю на концерт – сегодня играют мою любимую симфонию. Ну, а ты…

Повернувшись к окну, он изумленно застыл на месте. Айви проследила за его взглядом.

Шел снег. Это был внезапный, сильный снегопад, о котором даже не заикались синоптики. Казалось, на землю обрушилась белая лавина, сквозь которую едва проступали размытые огни уличных фонарей. Мостовые, машины, деревья – все скрылось под снегом. Даже огромный каменный лев, караулящий галерею Уинстона, казалось, нацепил на себя пышный белый парик.

…А Бинг Кросби по-прежнему желал им белого Рождества…

Уинстон удивленно приподнял брови от такой неожиданной перемены погоды.

- Жаль, что ты поставила эту кассету перед тем, как читать заклинание. Пожалуй, нам надо было послушать «Апрель в Париже» или что-нибудь еще более теплое!…

3
{"b":"25469","o":1}