ЛитМир - Электронная Библиотека

Определенно Роуз не позволила бы им ехать в этом поезде, если бы знала, что придется путешествовать в таких жутких условиях. Но толпа фермеров с семьями погрузилась в вагоны не в Чикаго, а когда они пересекли границу Висконсина. Кондуктор извинился перед Тиффани и Анной, объяснив, что теперь поезд функционирует как экспресс для переселенцев. Им просто не повезло, что в восточных штатах объявили об освоении новых земель в Монтане, что привлекло сотни, если не тысячи желающих перебраться туда и начать новую жизнь. Такой приток людей должен был способствовать развитию территории[2], нуждавшейся в рабочих руках, но превращал поездку в сущее мучение.

– Нет худа без добра, – заметила Тиффани, когда им подали еду. – Поскольку поезд больше не останавливается на каждой станции, чтобы взять пассажиров, мы приедем на пару дней раньше. Мама говорит, что дом на ранчо большой и благодаря ее усилиям прекрасно обставленный. Она уверена, что мы будем чувствовать себя, как дома, когда доберемся до места.

Прочитав последнее письмо Фрэнка, Роуз сказала:

– Они уже начали строительство твоего дома на спорной земле – и чуть не подрались. Глупо было думать, что они смогут работать вместе до того, как состоится свадьба. Но таков твой отец, безнадежный оптимист.

Она произнесла это с таким любящим выражением на лице, что в голове Тиффани возникли самые разные идеи, включая ту, которую она лелеяла в детстве, прежде чем ожесточилась: свести родителей вместе.

Поставив на стол блюда, официант склонился к Тиффани и прошептал:

– Извините, мисс, но из-за большой очереди мы не успеем обслужить всех желающих пообедать, если не заполним все места за столиками.

Это был не первый случай, когда Тиффани и Анне приходилось обедать с посторонними. Если бы поезд не превратился в экспресс, чтобы справиться с потоком желающих получить землю, они могли бы воспользоваться услугами ресторанов на железнодорожных станциях. А так, за двадцать минут остановки, если не меньше, они едва успевали размять ноги. Хорошо еще, что в составе имелся вагон-ресторан, пусть даже набитый битком.

Тиффани кивнула, выразив согласие. Анна вздохнула. За столик, хмыкнув, села молодая женщина по имени Дженнифер, с которой они познакомились накануне. Белокурая, смазливая, она была одета, как Тиффани, но без модного шика. Тем не менее она явно была горожанкой, а не одной из фермерских жен, облаченных в платья из выцветшего ситца. Дженнифер, похоже, путешествовала в одиночестве, что, по мнению Тиффани, было довольно храбро с ее стороны.

Спустя мгновение к ним присоединился молодой фермер в рабочем комбинезоне и бесформенной шляпе, которую он не снял. Официант поставил перед ним и Дженнифер тарелки и поспешил назад, на кухню. Фермер не сказал ни слова, ограничившись коротким кивком, и принялся за еду. Судя по низко склоненной голове, он, наверное, стеснялся, оказавшись за одним столом с незнакомками, или опасался, что они будут недовольны, если с ними заговорит незнакомый мужчина. Поскольку Анна вполне могла возмутиться, Тиффани решила, что его молчание даже к лучшему.

Дженнифер, напротив, оказалась разговорчивой особой.

– Вот мы и встретились снова, – сказала она, обращаясь к Тиффани. – Раз это превратилось в традицию, наверное, мне следует представиться. Дженнифер Флеминг из Чикаго. Экономка по профессии. Мое агентство направило меня в Нэшарт на год… или дольше, если мне там понравится.

Глаза Тиффани расширились при воспоминании о том, что сказала мать, помогая паковать вещи. «Зачем мне брать новую одежду, мама? – спросила она. – Вряд ли она понадобится мне на ранчо». «Понадобится, – возразила та. – Не нужно менять свои привычки только потому, что ты оказалась в Монтане. Я привила твоему отцу городские привычки, пока была там. Он привык к дому, полному слуг, официальным обедам и другим вещам, украшающим жизнь. Даже если после моего отъезда он деградировал, тебе нужно только напомнить ему, к чему ты привыкла, и, не сомневаюсь, он сделает все, что нужно, если еще не сделал. Он написал мне, что нанял экономку из Чикаго, чтобы ты чувствовала себя, как дома».

Поскольку ничего такого в последнем письме не было, Тиффани предположила, что отец писал об этом в одном из более ранних писем, которое Роуз ей не показала. А что, если эта молодая женщина, сидящая рядом с ней, та самая экономка? Сколько экономок может ехать из Чикаго в такой маленький городок, как Нэшарт?

Тиффани рассмеялась.

– Ну и совпадение. Интересно, это случайно не мой отец нанял вас? Франклин Уоррен?

– Он самый!

– Но я полагала, что вы уже прибыли на ранчо, – заметила Тиффани.

– Так и планировалось. Но мне пришлось уговаривать своих родных и жениха, который хотел, чтобы я подождала, пока мы сможем поехать вместе. Это была его идея – начать нашу совместную жизнь на Западе, и хотя он предпочитает Калифорнию, но не против того, чтобы дать шанс Монтане, если мне там понравится. Тем не менее он возражал, чтобы я ехала одна. Но я не могла упустить эту работу, предложенную в агентстве, потому что она очень хорошо оплачивается. Ваш отец, должно быть, довольно богат.

Тиффани не представляла, богат ли ее отец, и только улыбнулась вместо ответа. Анна смерила Дженнифер неодобрительным взглядом. Она повидала немало экономок, как и Тиффани, если уж на то пошло. Но они никогда не встречали такой болтливой и такой молодой, как Дженнифер. Впрочем, они встретились в необычной обстановке, путешествуя в душном, переполненном поезде, направлявшемся в удаленную часть страны, которой едва коснулась цивилизация. Это могла быть нервная болтовня. Кроме того, Дженнифер еще не приступила к обязанностям экономки и, возможно, не считала нужным, пока не начнет работать, переходить на официальный тон с дочерью нового хозяина.

Дженнифер продолжала болтать. Фермер не проронил ни слова, даже не представился, уткнувшись в свою тарелку. Было крайне неприлично, что он вообще сидит за их столиком, но вполне объяснимо, учитывая, что поезд переполнен и число женщин превышало число мужчин. Анна не скрывала своего неодобрения, по крайней мере от хозяйки, бросая на нее выразительные взгляды и покачивая головой. Тиффани едва сдерживала смех, наблюдая за ее гримасами, но поняла послание, которое пыталась передать ей горничная: быстрее покончить с едой и уйти. Тиффани так и сделала, и, попрощавшись с Дженнифер, которая пообещала навестить их позже в вагоне, они вернулись на свои места, где их ждал Томас Гиббонс, отставной маршал Соединенных Штатов, которого Роуз наняла, чтобы сопроводить дочь до Нэшарта.

Это был мужчина средних лет, не слишком дружелюбный на вид. Из того немногого, что сообщила о нем Роуз, прежде чем они встретились в Чикаго, следовало, что его рекомендовало агентство Пинкертона. Гиббонс иногда работал на них, если задание вело в Скалистые горы, где он обосновался. Он ел два раза в день, за завтраком и ужином, и поэтому не пошел обедать со своими подопечными. Хотя Гиббонс серьезно относился к своей работе, он позволял Тиффани и Анне свободно перемещаться по поезду. Но стоило им покинуть поезд, как он оказывался рядом, держа правую руку на револьвере, который красовался у него на бедре.

В данный момент они находились на длинном перегоне между двумя городами. Прибытие в следующий город ожидалось не раньше вечера, и Тиффани даже не знала, будет ли там остановка. Предполагалось, что переселенцы сойдут с поезда утром, что сулило им с Анной относительную тишину и покой на несколько оставшихся часов путешествия.

Гиббонс встал и шагнул в проход, чтобы пропустить дам к их местам у окна. Он галантно занял место с краю, где ему приходилось терпеть толчки пассажиров, которые проходили мимо, покачиваясь на ходу. А поскольку их вагон располагался в середине поезда, через него постоянно шли люди, направляясь в вагон-ресторан и возвращаясь оттуда.

– Нам следовало подождать, пока рассосется очередь, – посетовала Анна, пробираясь к своему месту.

вернуться

2

Административно-территориальная единица США, не имеющая статуса штата.

5
{"b":"254722","o":1}