ЛитМир - Электронная Библиотека

К тому времени, когда я разделся и лег спать, у меня появились большие сомнения насчет того, надо ли мне ехать на поезде в Сорренто. Стоит ли связываться с такой женщиной? Если я действительно собираюсь занять должность в иностранном отделе и уверен, что Максвелл ничего не выдумал и не пропустил, надо быть сумасшедшим, чтобы пойти на риск остаться без этой работы. Как сказал Максвелл, это был самый лакомый кусочек в газете. Если Чалмерс узнает, что я и Хелен любовники, то я не только потеряю работу, но вообще буду выведен из игры.

«Нет, – сказал я себе, выключая свет, – пусть она сама отправляется в Сорренто. А я не поеду. Пусть поищет другого дурачка. Я поеду в Ишию».

Но через два дня я сидел в вагоне поезда, направляющегося из Неаполя в Сорренто. Я все еще продолжал говорить себе, что я дурак и совсем сошел с ума, но это не давало никакого результата. И мне казалось, что поезд идет слишком медленно.

2

Перед отъездом я около десяти часов заглянул к себе в офис, чтобы в последний раз проверить, все ли в порядке, и заодно посмотреть, нет ли писем, адресованных лично мне.

Максвелла не было, а Джина занималась разборкой почты.

– Есть что-нибудь для меня? – спросил я, присаживаясь на краешек стола.

– Лично для вас – нет, – сказала она, перебирая телеграммы тщательно наманикюренными пальчиками. – Вы еще не уехали? Я думала, что вы отправитесь раньше.

– У меня еще куча времени.

Мой поезд на Неаполь отходил после полудня. До этого я сказал Джине, что еду в Венецию, и имел неосторожность предупредить ее, чтобы она не утруждала себя бронированием для меня места в экспрессе Рим – Венеция.

Зазвонил телефон, и Джина сняла трубку. Я подошел к столу и начал бегло просматривать телеграммы.

– Кто это говорит? – спрашивала Джина. – Миссис – кто? Вы не подождете минутку? Я не уверена, что он здесь. – Она, нахмурившись, посмотрела на меня, и я увидел в ее глазах вопрос. – Вас спрашивает миссис Дуглас Шерард.

Я хотел было сказать, что никогда о ней не слышал и не хочу с ней говорить, когда звуки этого имени тревожным звонком прозвенели у меня в голове. Миссис Дуглас Шерард! Это было имя, которое Хелен использовала, когда снимала виллу в Сорренто.

Стараясь не показать свой испуг, я подошел и взял трубку. Немного повернувшись, чтобы Джина не могла видеть моего лица, я спросил:

– Кто это?

– Привет, Эд. – Конечно, это была Хелен. – Я знаю, что мне не следовало звонить тебе в офис, но дома тебя не было.

– В чем дело? – спросил я резко.

– Тебя кто-нибудь слышит?

– Да.

Вдобавок ко всему в этот момент дверь офиса открылась, и вошел Джек Максвелл.

– Вот так встреча! Ты еще здесь?! – воскликнул он, увидев меня. – Я думал, ты уже едешь в Венецию.

Я махнул ему, чтобы он замолчал, и тихонько проговорил в трубку:

– Я могу чем-нибудь помочь?

– Да, пожалуйста. Ты не сможешь привезти для моей кинокамеры светофильтр номер восемь? Он мне нужен, и я не могу найти его в Сорренто.

– Конечно, – сказал я. – Привезу.

– Спасибо, дорогой. Я с нетерпением жду, когда ты приедешь. Здесь такие восхитительные пейзажи…

Я забеспокоился, что Максвелл может услышать ее голос, и решил закончить разговор.

– Все сделаю. А сейчас до свидания.

Я повесил трубку, и Максвелл с любопытством посмотрел на меня.

– Ты всегда так говоришь по телефону со своими дамами? – спросил он, вороша телеграммы на столе. – Зачем ты так резко, а?

– Я только заскочил, чтобы посмотреть, нет ли какой-нибудь почты лично для меня, – сказал я, закуривая сигарету, чтобы скрыть замешательство. – Сейчас ухожу.

– Ты просто хочешь сделать вид, что ничего не случилось, – сказал Максвелл. – Если бы ты не был таким матерым газетчиком, который умеет держать себя в руках, я бы, глядя на тебя, сказал, что у тебя какие-то крупные неприятности. Не так?

– О, не неси ерунду! – сказал я, не вполне уверенный, что мне удалось скрыть дрожь в голосе.

– Ну! Ты какой-то кислый сегодня утром, а? Я просто пошутил. – И, так как я ничего не ответил, он продолжил: – Ты едешь на машине?

– Нет, поездом.

– Но ты же не один поедешь? – спросил он, выразительно смотря на меня. – Надеюсь, ты захватил с собой какую-нибудь блондинку, чтобы она развлекала тебя, если пойдет дождь.

– Я еду один, – сказал я, стараясь не выдать волнения.

– Держу пари, что это не так! Уж я-то знал бы, что мне делать, если бы у меня был месячный отпуск.

– Может быть, у нас на это разные взгляды, – промолвил я, подходя к Джине. – Присматривай за этим парнем, – сказал я ей. – Не давай ему делать слишком много ошибок и сама не вкалывай от зари до зари. Увидимся двадцать девятого.

– Хорошо провести время, Эд, – промолвила она. Улыбки на ее лице не было. Это обеспокоило меня. Что-то в ней вызывало жалость. – Не волнуйся за нас. Все будет в порядке.

– Не сомневаюсь. – Я повернулся к Максвеллу: – До свидания и хорошей охоты.

– Тебе хорошей охоты, братишка, – сказал он, пожимая мне руку.

Я вышел из офиса и, спустившись в лифте на первый этаж, поймал такси и сказал водителю, чтобы он отвез меня на Барберини. Там я купил светофильтр, снова взял такси и приехал к себе домой. Здесь я закончил сборы, проверил, все ли закрыто, и отправился на вокзал.

Отсутствие машины создавало определенные неудобства, но Хелен взяла свою, а иметь две машины в Сорренто не было смысла. Я не ждал ничего хорошего от путешествия на поезде от Рима до Неаполя. Рассчитавшись с таксистом, я махнул рукой носильщику, который с удовольствием схватил мой чемодан, и мы поспешили к огромному зданию вокзала.

Я купил билет до Неаполя, посмотрел, нет ли у платформы поезда, подошел к киоску и купил несколько газет и журналов. Все это время я поглядывал по сторонам, не увижу ли кого-нибудь знакомого.

Меня очень беспокоило, что, благодаря моему складу характера, я имел в Риме очень много друзей. В любой момент мог появиться кто-то, кого я знал. Так как мне надо было ждать еще минут десять, я прошел к скамейке в углу и сел. Здесь я углубился в чтение газеты, закрывшись ею от окружающих. Эти десять минут доставили мне немало беспокойства. К счастью, на платформу мне удалось пройти, не встретив никого из знакомых. Я не без труда отыскал себе место в вагоне и снова сел, закрывшись газетой.

Пока все идет хорошо, сказал я себе. С этого момента я мог считать себя действительно в отпуске.

Но беспокойство меня не покидало. Мне не нравилось, что звонила Хелен. Мне не нравилось, что Джина слышала имя миссис Дуглас Шерард. Мне не нравилось, что у меня недостало твердости не дать свести себя с ума этой симпатичной блондинке. Теперь, когда мне немного приоткрылось ее прошлое, я понимал, что это женщина не моего типа.

Однако все эти причины были бессильны что-либо во мне изменить. Я понимал, что если и хочу чего-нибудь больше всего на свете, так это провести месяц в ее компании.

3

Местный поезд прибыл в Сорренто с опозданием в двадцать минут. В вагоне было полно народу, и мне понадобилось несколько минут, чтобы выбраться на привокзальную площадь, где выстроились в ожидании пассажиров такси и кабриолеты.

Я стоял на солнцепеке, осматриваясь по сторонам в поисках Хелен, но ее нигде не было. Я поставил чемодан на землю, отрицательно махнул рукой страстно жаждущему усадить меня в машину таксисту и закурил сигарету.

Я был удивлен тем, что Хелен меня не встретила, но, приняв во внимание опоздание поезда, решил, что она решила пройтись по магазинам. Поэтому я встал у вокзальной стены и стал ждать.

Толпа пассажиров постепенно рассосалась. Кого-то встречали друзья, некоторые ушли сами, кое-кто взял такси, и, наконец, я остался один. Минут через пятнадцать, когда Хелен все еще не было, я почувствовал нетерпение.

Может быть, она сидела в каком-нибудь кафе на площади, подумалось мне. Я взял чемодан и отнес его в камеру хранения. Затем, избавившись от излишнего груза, я пошел по улице к центру города.

6
{"b":"254729","o":1}