ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Элли, не раздумывая, подошла ко второму «блейзеру» и забралась на заднее сиденье. Адвокат предпочел переднюю машину. Ему не очень хотелось продолжать осмотр в компании Малколма и Гранта. Зоолог, видимо, придерживался аналогичного мнения, поэтому, не говоря ни слова, разместился рядом с Элли, но на переднем сиденье.

— Я, пожалуй, поеду с доктором Сетлер, — сообщил Грант, провожая глазами Малколма.

Он испытывал двоякое чувство по отношению к этому человеку. С одной стороны, Малколм ему нравился своей прямотой и открытостью, с другой — вызывал постоянное раздражение удивительной способностью совершенно игнорировать очевидные вещи. Столь странная комбинация могла вывести из терпения кого угодно, а Грант, в общем-то, и не был особенно уравновешенным человеком.

Он едва успел сделать несколько шагов по направлению к машинам, как дорогу ему загородил Тим.

— Я читал вашу книгу, доктор Грант, — объявил мальчишка таким тоном, что Гранту тут же захотелось пожать ему руку и благоговейно прошелестеть: «Спасибо, что потратили свое драгоценное время, сэр». «Сэр» подразумевалось непременно. Однако он переборол в себе это и спокойно применил излюбленный прием, которым частенько пользовался, дабы избавиться от чересчур назойливых собеседников.

Глядя в сторону, Алан совершенно механически кивнул и буднично, безо всякого интереса, заметил:

— Это замечательно.

Тим либо намека не понял, либо удачно сымитировал это:

— Вы, действительно, считаете, что динозавры — предки птиц?

«Господи, — подумал Грант. — Этот скаут-палеонтолог сейчас сметет меня потоком аргументов. Или вопросов. Или и того, и другого. Они будут сокрушающе умны. Они просто не могут не быть сокрушающе умны, ибо вырваны из тех же книг. Этот парнишка быстро начнет горячиться, и тогда остановить его будет вообще невозможно. А может быть, аргументы, — опять же, вырванные с кровью и мясом из контекста, — окажутся так же сокрушающе глупы. Алан мог поспорить на все сокровища мира, что именно так все и случится. Ему стало невообразимо скучно, ибо книги, из которых Тим мог надергать свои доводы, Грант прочел давным-давно, и ничего нового мальчишка ему сказать просто не мог. Только старое, читанное-перечитанное, думанное-передуманное, тщательно просеянное через его, Гранта, мозги, разложенное по полочкам в один ряд со всем остальным умным и ценным, что есть в этих книгах, через которые Тим, наверняка, еле-еле продрался. Вот в чем все дело-то. Скука»

— Так как? — вновь настырно спросил мальчишка. — Вы действительно так считаете?

— Знаешь… Ну, в общем, есть такая теория. Действительно, — вздохнул Грант.

— На мой взгляд, они на птиц совсем не похожи, — безапелляционно заявил Тим.

Алан вдруг сообразил, что происходит нечто гораздо более неприятное, чем то, о чем он только что думал. А именно: мальчишка, похоже, начал все-таки излагать свои взгляды.

— Я слышал, вы недавно занимались раскопками где-то в Мексике? — продолжал тем временем Тим.

Вместо ответа Грант сам задал вопрос:

— Скажи-ка, Тим, в какой машине ты собираешься ехать?

— Это уж вам решать, — быстро откликнулся тот и продолжил экзекуцию: — Скажите, доктор Грант, а вы читали работы Амми Бейкера?

«Сейчас он убедительно докажет мне, что я — полное дерьмо и что все, чем я занимался до сих пор, ничуть не лучше, — с тоской подумал Грант. — За что? Почему бы этому юному людоеду-палеонтологу не перекусить собственным дедушкой? Чем он заслужил покой?»

Алан обернулся и зашагал к первой машине под пулеметную трескотню Тима.

— Он тоже изучает останки динозавров.

— Да что ты говоришь? — вяло «удивился» Грант, даже не стараясь, чтобы вопрос прозвучал убедительно.

— Да. Так вот, он вовсе не считает, что динозавры — предки птиц. У него своя теория…

— Интересно…

— Да, кстати, мой учитель рассказывал мне еще об одной книге…

Грант предупредительно открыл дверцу «блейзера», пропустил Тима вперед и, убедившись, что тот забрался на сиденье, с грохотом захлопнул ее, упиваясь этой нелепой, жалкой, мелкой, но все-таки местью. Чувствуя, как улыбка растягивает его губы, он с невыразимым облегчением обернулся и… тихонько застонал.

Лекс, стоя перед ним, смотрела ему в глаза, серьезно и озабоченно. Она не могла не заметить, как вытянулось его лицо.

— Доктор Сетлер сказала мне, что я должна ехать с вами, — пояснила девочка, — потому что вы боитесь.

Уже не сдерживая страдальческую гримасу, наползающую на лицо, как волна на песок, Грант взглянул в сторону второй машины.

Элли, лукаво улыбаясь, наблюдала за ними. Она прямо-таки лучилась от удовольствия. Грант вздохнул и обреченно кивнул головой.

* * *

Джон Хаммонд вошел в главный операционный зал, толкнув дверь пухлой рукой изо всех сил, вымещая таким образом скопившееся в груди раздражение. Однако легче ему не стало и, прогрохотав по стальным ступеням, он спустился непосредственно к пульту контроля, за которым разместились Сол Броуфстайн, равнодушно созерцающий «блейзеры» на голубоватом мониторе, Арнольд Кеймен, плотный, крепко сбитый негр, в идеально отутюженном хрустящем халате, набирающий команды на клавиатуре компьютера, и Деннис Хоупер, устроившийся чуть сбоку, жующий гамбургер, лениво-кошачьими жестами проверяющий файлы системы защиты парка.

— Что у вас? — спросил Хаммонд, стараясь, чтобы голос звучал выдержанно и ровно. — Какие-нибудь новости?

— Да, и не очень приятные, — Кеймен оторвался от работы и повернулся к боссу.

— Естественно, — вздохнул тот.

— Национальная служба погоды сообщила о тропической буре в девяноста километрах к западу от нас.

— Это серьезно?

— Они утверждают, что очень. Говорят, будет сильный шторм.

— Шторм меня не волнует. Я боюсь, как бы эта буря не помешала экскурсии.

— Очень возможно, — согласился Кеймен. — Очень возможно.

— Ладно. Будем надеяться, что она пройдет стороной, как в прошлый раз, — Хаммонд подошел к пульту, посмотрел на монитор, вздохнул и осведомился: — Они готовы?

— Да, все уже заняли места в машинах.

— Ну ладно, тогда начнем.

Сол спокойно откинулся на спинку кресла и скрестил могучие руки на груди.

Хаммонд повернулся к нему:

— С рептилиями все в порядке?

— Угу, — Броуфстайн кивнул. — Один из стегозавров опять заболел.

— То же самое?

— Да, обычное дело.

— Будем надеяться, что нам это не помешает.

На лице бородача появилось слабое подобие оживления.

— Ладно. Хорошо. Арни!

Арнольд вновь занял свое место у пульта. Пальцы его отплясывали на клавишах компьютера быстрый танец.

— Готово.

— Начинайте.

Деннис дожевал гамбургер, отпил пива из высокой банки, сыто рыгнул и покосился на них заплывшими свиными глазками. Улыбка тронула его пухлые губы. Смахнув с подбородка капельку соуса, он весело сообщил;

— Хоть сейчас.

— Всем приготовиться! Экскурсия началась!

Арнольд щелкнул тумблером, наклонил к себе микрофон, торчащий на гибкой суставчатой «ноге», и радушно объявил:

— Добрый день, дамы и господа. Наша экскурсия начинается!

* * *

Малколм осмотрел кабину. Лицо его выразило нечто, способное сойти как за удовлетворение, так и за разочарование.

— «Назад в будущее», часть вторая, — констатировал он. — Господи, помоги нам вырваться живыми из лап инженеров и компьютерщиков.

— Добрый день, дамы и господа, — проворковал вдруг крохотный динамик, спрятанный в мягкой обивке кабины. — Наша экскурсия начинается. Голос, который вы сейчас слышите, принадлежит Арнольду Кеймену. Я буду вашим гидом на протяжении всего маршрута. Интересующую вас информацию относительно парка вы можете прочесть на дисплее компьютера, размещенного на передней панели автомобиля. Она выводится автоматически. Итак, экскурсия начинается.

«Блейзеры» мягко тронулись и, набирая скорость, покатили от гостевого корпуса. Иногда машины вздрагивали на стыках. В такие моменты Малколм ухмылялся. Грант, сидящий между Элли и Лекс, смотрел в окно, откровенно наслаждаясь природой парка. Наступало время «последней волны», предсумеречный час, когда животные и птицы, бодрствующие днем, в порыве странного отчаяния начинают галдеть и резвиться, торопясь прожить оставшиеся крохи солнечного дня. В розово-оранжевых лучах, все больше заливающих этот причудливый экзотический мир, они мелькали среди деревьев, кувыркались в ало-голубом небе, вспархивали с качающихся ветвей. Обезьяны перелетали с дерева на дерево над самыми крышами машин и высоко, у самых верхушек пальм. Сумрак мягким серым ковром уже начал стелиться по траве, но до настоящей темноты было еще довольно далеко, и это обстоятельство радовало Гранта. Он подумал о том, что адвокат и Хаммонд были правы: динозавры на фоне заката должны представлять футуристическое, удивительное зрелище. Они — часть природы, пусть даже искусственно созданной людьми, но от этого не ставшей менее прекрасной. Парк был великолепен в кроваво-красном величии заката.

21
{"b":"254761","o":1}