ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

ЭН поманил Рея пальцем и, не отрывая немигающего взгляда от его глаз, сказал совсем тихо:

— На пленке нет ничего, кроме записи вашего разговора.

— А что было со связью?

— Ничего. Аппаратура в полном порядке. Но отключена… Понимаешь? Он сам все отключил, — ЭН кивнул в сторону Стива. Зеленый медальон на груди кибера светился ярче обычного.

* * *

Разговор со Стивом не рассеял сомнений Рея. Конечно, все это было очень похоже на галлюцинацию. Стив уверял, например, что отвечал на голоса. Его «ответов» пленка тоже не зафиксировала. И однако что-то настораживало… Стив очень опытный космический пилот. Они летают вместе уже давно. Никогда ничего подобного с ним не случалось. Впрочем, и в четвертом столетии космической эры космос продолжает задавать людям загадки и остается Великим Неведомым… Немало знаменитых асов вынуждены были навсегда отказаться от космических полетов. Диагнозы медиков в таких случаях звучали по-разному, но смысл оставался один и тот же: боязнь Неведомого… Она возникала неожиданно, в самых различных ситуациях, и, вероятно, именно она была истинной причиной многих загадочных катастроф в космосе. Поэтому медики были безжалостны: при первых же признаках этого странного заболевания космонавтов дисквалифицировали навсегда. Похоже, что и Стиву теперь не избежать дисквалификации. Какая, в сущности, несправедливость! Споткнуться на пороге такого открытия. Виноват, конечно, он — Рей. Не следовало посылать Стива одного в этот последний полет. Его возбуждение и стычки с ЭНом говорили сами за себя. Лететь должен был он — Рей…

И он полетит, должен полететь, несмотря на то что Электронный Наставник возражает против еще одного сближения с загадочным обломком. Но голограммы недостаточно. Рей должен увидеть все вблизи сам, своими глазами. Кроме того, надо извлечь обратно зонды радиомаяков с минеральными пробами. А может, удастся даже осуществить и высадку… ЭН утверждал, что она очень опасна, и Стив подтвердил это. Однако люди Земли смогли проникнуть так далеко в космос именно потому, что рефлекс поиска у них был сильнее инстинкта самосохранения.

Есть, правда, параграф Космического устава: «В случае серьезного заболевания одного из космонавтов планетолет с экипажем из двух человек должен немедленно направиться на ближайшую стационарную базу». Ближайшая стационарная сейчас на Ганимеде. Сделали они немало, даже если исключить последнее открытие. Но именно это последнее — самое поразительное. Как же остановиться теперь на полпути… Никогда еще за три с половиной столетия космической эры перед людьми Земли не возникал так зримо довод, что они не одиноки в бесконечной Вселенной. Если, конечно, сама форма обломка является таким доводом. Вещественный состав может оказаться вторым доказательством. Но для этого надо извлечь обратно зонды или высадиться на фрагмент.

А как быть с тем параграфом? Стив, правда, твердит, что он совсем здоров, что страх, испытанный в полете, и обморок — глупые случайности. Кроме того, их все-таки трое: ЭН — полноправный участник экспедиции. Действующий Космический устав утверждался более десяти лет назад. Тогда еще не существовало кибернетических интеллектов, подобных ЭНу. Ки. беров предыдущих поколений устав не принимал во внимание. Но ЭН не обычный кибер. Как же теперь с этим параграфом? Сознательное нарушение Космического устава тоже грозит дисквалификацией. Как он должен поступить?

Мысли возвращались словно по кругу, гоня сон. А отдых был необходим, Рей чувствовал это. Выскользнув из своего спального «кокона», он прошел в душевую. Пробежал взглядом программы, выбрал голубую, которой никогда не пользовался. Под кнопкой этой программы была надпись: «При крайнем возбуждении. Предельно успокаивает». Однако и после успокоительных водно-воздушных процедур голубой программы заснуть удалось не сразу.

Они вылетели вдвоем с ЭНом, оставив Стива одного на планетолете, зависшем в ста километрах над голубым овоидом. До самого старта разведочной ракеты ЭН продолжал настойчиво отговаривать Рея от полета. Только заняв кресло второго пилота в тесной кабине ракеты, он наконец умолк и, вложив пальцы левой руки в специальные гнезда на панели управления, словно бы отделился от Рея, хотя теперь они сидели совсем рядом. Локтем правой руки, лежавшей на поручне кресла, Рей ощущал сквозь ткань эластичного комбинезона гибкий и подвижный локтевой сустав кибера. Взгляд ЭНа был устремлен вперед, в иллюминатор прямого обзора. Показания приборов на панели управления не интересовали его. Подключившись к электронному мозгу ракеты, он сам стал контрольным огнивом сложнейшей электронно-вычислительной аппаратуры маленького космического корабля.

Падение ракеты к поверхности третьего кольца было недолгим. Золотистая, медово-перламутровая окраска кольца потемнела, и почти тотчас проступили все оттенки видимой части спектра. Цвета, подчеркнутые тенями и чернотой промежутков, стали контрастными и резкими. Голубоватое пятно овоида потерялось в фантастической пестроте красок.

Только теперь Рей по-настоящему оценил поразительное искусство Стива, сумевшего отыскать в этом разноцветном хаосе единственно нужную крупицу с умолкнувшим радиомаяком. Смогут ли они повторить головоломное решение? Рей с сомнением взглянул на своего спутника.

Электронный Наставник сидел совершенно неподвижно. Казалось, он вслушивается в журчащие напевы электронной аппаратуры корабля. Рей видел только античный профиль, обрамленный золотистой бородкой, и зеленый глазок медальона, который светил спокойно и ровно.

— Вы отклонились в сторону, — послышался с одного из экранов голос Стива. — Ваша поправка…

— Все в порядке, Стив, — спокойно сказал ЭН, — уже подсчитана. Через несколько минут мы выйдем к тому фрагменту. Ориентируемся по твоим голограммам. Держу их в памяти и сопоставляю с реальной картиной. Не все голограммы хороши, но пользоваться ими для общей ориентировки можно.

Лицо Стива на экране искривила не то усмешка, не то гримаса, но он промолчал.

— Передать тебе управление? — спросил Рей, бросив быстрый взгляд на Электронного Наставника.

— Уже принял — через автопилота, — спокойно ответил ЭН, не повернув головы.

«Феноменальная конструкция! — мелькнула мысль в мозгу Рея. — А впрочем, почему «конструкция»? Ассоциативное логическое мышление, необъятная память, практически мгновенные тормозные реакции… Значит — и воображение, и сила, способная его обуздать. Что, собственно, нас различает? Он даже совершеннее меня. Ему не нужен воздух для дыхания и специальная пища. Достаточно небольшой подзарядки, в крайнем случае прямо от солнца, через солнечные аккумуляторы. Если мы осуществим высадку, он может без скафандра выйти в космос, даже минуя шлюзовые камеры, и оставаться там неограниченно долгое время. Люди сами создали этот искусственный интеллект, может быть более совершенный, чем их собственный. Если он еще и не совершеннее нас, то рано или поздно сможет достичь совершенства, и тогда… Не они ли придут нам на смену в созданной нами же технологической цивилизации?»

— Мы над этим фрагментом, Рей, — послышался спокойный голос Электронного Наставника. — Ты по-прежнему хочешь осуществить высадку?

Рей окинул взглядом экраны. На одном застыло напряженное лицо Стива. На остальных медленно смещался разноцветный хаос каменных глыб, из которых состояло третье кольцо. Они были всевозможной формы и размеров: одни округло сглаженные, другие угловатые, с зазубренными краями, иссеченные глубокими, зияющими трещинами. Размеры бесконечно варьировали — от огромных скальных обломков, поперечником во многие десятки метров, до небольших камней, которые можно было взять в руку. Все это разноцветное крошево медленно двигалось по каким-то своим законам.

— Ты видишь его? — спросил с экрана Стив.

— Кажется, да, но не вижу наших зондов.

— А что в эфире?

— Твой голос и… обычные помехи.

— А эхо?

48
{"b":"254798","o":1}