ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Конечно, он был очень занят. Чувство огромной ответственности и волнения последних дней отодвинули на дальний план все остальное. И если быть совсем откровенным, немалую роль сыграла Ода… Как ни странно, встреча с тоненькой голубоглазой русоволосой девочкой из маленького кафе в Моусоне помогла ему преодолеть боль утраты, которую он носил в себе. Достаточно было вспомнить Оду, и все становилось простым и легким… И он возвращался к этим воспоминаниям, как к лекарству. Он был почему-то твердо убежден, что с Одой ничего не могло случиться, что они еще встретятся, хотя Моусон разрушен, а о судьбе Оды он ничего не знает. Просто удивительно, что эта девочка почти вытеснила Ирму из его воспоминаний.

Но вот сейчас здесь, на Гуаме, Ирма снова возвратилась так зримо. Он, конечно, был несправедлив к ней. Очень. Он просто не имел права забывать дней, проведенных с ней на Гуаме. Да разве только Гуам!..

Утро словно потускнело от этих мыслей, небо стало блеклым, и зелень уже не казалась такой яркой и свежей, как в начале пути, когда они только что отъехали от аэропорта.

Тяжелый вздох вырвался из груди Ива, и он закрыл глаза.

— Не волнуйся, Ив; твоей сестре лучше, — сказал Мики, не оборачиваясь. — Я говорил с врачом перед вашим прилетом. Он считает, что главная опасность миновала.

— Спасибо, — пробормотал Ив, чувствуя, что краснеет.

— Ее надо как можно скорее переправить в Москву, — сказал Вилен. — Сразу, как станет возможна транспортировка.

— Там уже целый консилиум медиков из Москвы, Токио, Сан-Франциско, — ответил Мики. — Все должно быть хорошо.

«Но дельфины погибли», — подумал Ив. Он хотел рассказать об этом, но почувствовал, что сейчас не может.

Мики убавил скорость и повернул с автострады на одно из ответвлений. Через несколько минут электромобиль остановился возле небольшого кубического здания из темного стекла и металла, расположенного в глубине старого парка.

— Прошу вас, — сказал Мики, распахнув нажимом кнопки все дверцы машины. — Поговорим немного здесь, а в восемь ноль-ноль общее обсуждение у академика Тора. Он прилетел вчера, остановился в соседнем отеле.

— Значит, и Тор приехал, — удовлетворенно кивнул Вилен. — Это превосходно…

— Прибыли все, кого вы называли, — сказал Мики, протягивая руку в сторону стеклянных дверей виллы.

— Превосходно, — повторил Вилен.

Повинуясь жесту Мики, двери бесшумно раздвинулись.

Ив бросил взгляд на свои часы. Они показывали семь тридцать две местного времени. «У нас всего двадцать минут», — подумал Ив, входя вслед за Виленом в прохладный сумрак холла. В холле Мики снова приветствовал их низкими поклонами, по древнему обычаю своей родины. Вилен очень серьезно повторил ритуал изысканной древней вежливости, и Ив вынужден был последовать его примеру.

— Итак, — вопросительно начал Вилен, когда они втроем устроились за низким столиком, на котором был сервирован легкий завтрак.

— Ни одна проба воды и воздуха не показала присутствия каких-либо ядовитых субстанций. Только обычное загрязнение, — тихо сказал Мики.

— Но ореол отравления расширяется?

— Ореол губительного воздействия на живые организмы, по-видимому, несколько расширяется, — подумав, ответил Мики. — Но по-прежнему никто не знает, что это такое.

— Вы говорили об утечке неизвестного очень токсичного газа, Учитель, — заметил Ив.

— Одна из гипотез, — кивнул Мики.

— А что достоверно?

— Положение эпицентра, радиус зоны, в пределах которой все живое уничтожено, ширина пустынной зоны, откуда все живое мигрировало, — перечислял Мики. — Кроме того, ориентировочный радиус зоны, куда не заходят больше косяки рыб; радиус зоны, которую перестали посещать дельфины. По нашим данным, радиусы трех последних зон увеличиваются, из чего мы заключаем о продолжающемся распространении опасности.

— Так что же это такое?

— Пока никто не знает.

— А что в эпицентре?

— Какое-то крупное сооружение под защитной полусферой. Полусферу раздавило давлением воды, может быть, только в этом году или немного раньше. Вы увидите кадры подводных съемок.

— Глубина?

— Около шести километров.

— А размеры этого сооружения?

— Диаметр защитной полусферы сто двадцать метров. Несмотря на такие размеры, ее не удавалось до сих пор обнаружить, ибо она служила не только для защиты сооружения, но, по-видимому, и для маскировки.

— Так что же это все-таки такое? — снова воскликнул Ив.

Мики молча пожал плечами.

— Это мы и должны прежде всего выяснить, — задумчиво сказал Вилен, терябя свою бородку.

— Но в такой ситуации возможны любые неожиданности.

— Неожиданности? — поднял брови Мики. — В нашей работе не должно быть неожиданностей, Ив. Неожиданностью может быть только собственная смерть. И то не всегда… Все остальное надо предвидеть.

— Что же ты предлагаешь? — спросил Вилен.

— Прежде всего смиренно умоляю закончить завтрак. Через десять минут нам следует быть на общем обсуждении. У меня есть предложение и, с вашего разрешения, выскажу его, если не найдется лучшего.

— Тогда поехали, — сказал Вилен, поднимаясь.

* * *

Обсуждение, на котором председательствовал академик Тор, затянулось. Мнения разделились. Представители высших планирующих органов и большинство членов Всемирной Академии во главе с Тором считали, что обнаруженный опасный объект должен быть возможно скорее уничтожен подводным термоядерным взрывом. Ученые биологи, химики и большинство сотрудников КОВОСа, присутствующих на обсуждении, настаивали на проведении дополнительных исследований. Вилен только отвечал на обращенные к нему вопросы, но мнения своего не высказывал. Прикрыв ладонью глаза, он, казалось, безучастно слушал выступавших. Даже когда на большом экране замелькали объемные кадры подводных киносъемок, Вилен не изменил позы. Вероятно, он уже смотрел эти фильмы не один раз. Ив сидел за спиной Вилена. Молчание старого академика удивило и расстроило Ива. Когда они летели на Гуам, по отдельным репликам Вилена можно было заключить, что глава КОВОСа везет готовый план действий. А теперь он не только не принял участия в споре, но даже не пытался парировать откровенных и, как казалось Иву, несправедливых упреков.

Кончил выступать один из академиков, и слова попросил Мики.

— Я внимательно выслушал всех уважаемых ораторов и постараюсь быть кратким, — сказал он. — Я согласен с теми, кто говорил о продолжении исследований. Необходимо уточнить потенциал опасности. Но сгущение сети наблюдательных пунктов и применение новых, более совершенных методов анализа, предлагаемое коллегами — химиками и биологами, кажутся мне недостаточными. В наших руках прекрасная, совершенная автоматика. Но еще никто не создал автомата более совершенного, чем сам человек. Я предлагаю рекогносцировку. внутри объекта. Я готов выполнить ее, если уважаемые коллеги доверят мне эту честь.

Мики поклонился и сел. Воцарилось глубокое молчание.

«Он опередил меня, — подумал Ив. — Ведь я думал именно об этом, с того самого момента, как узнал о подводной лаборатории. Я только ждал, что скажет Вилен». Он взглянул на старого академика, но Вилен продолжал сидеть молча, прикрыв рукой глаза.

Постепенно зал заседаний как бы оживал. Присутствующие начали тихо переговариваться. Потом послышался спокойный голос Тора:

— Отдает ли коллега себе отчет в том, что его предложение равнозначно самоубийству? В нашем распоряжении пока нет скафандров, способных надежно противостоять опасности. И мы не можем создать их, пока не будем точно знать, с чем имеем дело. Мы уже установили, что вся документация, касающаяся этой странной лаборатории, была уничтожена во время событий две тысячи пятого года, когда революционные народы выступили против милитаристов. Документ, обнаруженный Дари Маклай, — единственный сохранившийся и сам по себе ничего не дал бы, если бы не ее поразительная интуиция историка. Но ее судьба вам известна. А также судьба тех, кто уже после нее отважился проникнуть во вторую зону — зону миграции. Вы же предлагаете исследование эпицентра опасности.

96
{"b":"254798","o":1}