ЛитМир - Электронная Библиотека

     Вацлав, который дремал последние полчаса, открыл глаза.

     — Будем проезжать Светлый Яр, Горислав, обрати внимание на городской герб.

     — А что на нем изображено?

     — Женская рука. Со скалкой.

     Милан засмеялся.

     — Видите ли, лет двести назад в городе случилась такая история. Один почтенный человек — купец, член городского совета и ярый приверженец неортодоксальной церкви, как и ты, Горислав, лет так в сорок пять надумал жениться. Шляться по девочкам ему надоело, да тут у него еще и мать умерла, которая ухаживала за ним, как за болячкой. Так вот, он решил устроить все дела сразу, так сказать, убить двух зайцев одним ударом. И женился. А чтобы гарантировать покорность жены, взял себе молоденькую. Да, говорят, позволял себе учить ее время от времени. В целях придания ей большей покорности, надо полагать, ну и для умерщвления плоти. Девочка пожила с ним месяц, другой, полгода, и ей надоело. Однажды, когда он снова взялся за свое богоугодное упражнение, она схватила скалку и врезала ему по голове, да так, что он упал. Она посмотрела — жив — и принялась обрабатывать его этой же скалкой по другим частям тела. С целью умерщвления плоти, вероятно. А, может, и еще с какой. Основательно выдохшись, она поклялась, что пусть он, де, только посмеет ее не то, что тронуть, посмотреть косо, она ему яйца отрежет и скормит ему же на завтрак, сваренными в мешочек. Говорят, еще через полгода дом было не узнать. Все, что надо — прибито, все, что надо — вымыто. Купец, правда, похудел. Да оно и понятно. Похудеешь тут, бегая взад вперед по лестницам, да подавая жене завтрак в постель. Кстати, с тех самых пор неортодоксальная церковь одобряет разводы.

     Милан боялся, что Горислав, дабы нагнуть упущенное утром время, будет ехать всю ночь. Он на всякий случай заранее смирился с этой перспективой и подготовил несколько аргументов в пользу ночлега, буде случится дискутирование этого животрепещущего вопроса. Как оказалось, ему не следовало волноваться на этот счет. Горислав остановился еще до захода солнца в первом попавшемся трактире и сказал, что зверски устал. Милан удивленно посмотрел на него, потом перевел взгляд на Вацлава. Тот усмехнулся, пожал плечами и отправил Милана устраиваться в гостинице, наказав заплатить за корм лошадей.

     На следующее утро Милан проснулся еще до рассвета, быстро собрался — чтобы ни в коем случае не заставлять себя ждать, и вышел в общий зал. Его спутников не было. Милан взял стакан чая и какой-то журнал и приготовился ждать. Через полчасика подошел Вацлав.

     — Доброе утро. Позавтракал?

     — Пока нет.

     — Тогда закажи что-нибудь на двоих. Я заходил к Гориславу, он сказал, чтобы мы завтракали без него. А он, де, не имеет такой мерзкой привычки.

     — Думается, он рассчитывает на пирожки в вашей корзине, — сказал Милан. Вацлав хмыкнул.

     Хотя путники выехали на этот раз в более приличное время, проехали за день ровно столько же. Сначала спустило колесо у коляски. Горислав о починке знал только то, что она стоит пять мечей. Вацлав пожал плечами, взял насос из багажника и молча принялся накачивать колесо.

     Милан удивился — а он-то тогда зачем нужен, и сказал:

     — Позвольте мне.

     — Если хочешь, — улыбнулся маг и уступил место.

     Не успели они продолжить путь, как начала подозрительно трещать ось. Горислав хотел было остановиться и посмотреть, но Вацлав сказал, что он в осях ничего не понимает, зато видит, что одна лошадь захромала. Вероятно, потеряла подкову.

     Милан удивился. Как можно поехать в дальний путь на неисправном экипаже и, не проверив лошадей? Он даже задал такой вопрос Гориславу.

     — Знаешь, такой я человек. Я в этих делах не разбираюсь, я — наездник. Едет экипаж – и, слава Богу.

     Милан оглянулся на Вацлава, тот ему ехидно улыбнулся, и Милан слегка покраснел. Он ведь и сам придерживался таких взглядов, хотя и в более умеренной форме.

     — А вы умеете подковывать лошадей? — поинтересовался он у Вацлава.

     Тот неопределенно пожал плечами.

     — Для этого нужно специальное оборудование.

     — Какое?

     — Ну, сам подумай, как подковать лошадь, если не видно где у нее какая нога, и вообще может это и не нога вовсе, а хвост. Да и подкова должна иметь столько же измерений, что и лошадь. Это же касается и упряжи, но здесь все еще сложнее. То, чего касаются руки возницы, должно иметь в четвертом и выше измерениях бесконечно малые размеры.

     — А какое нужно оборудование?

     — Оптические приборы, проецирующие многомерное изображение в двухмерное, которое способно воспринять наше зрение. В более совершенных моделях еще и отмечается красным цветом линия совмещения.

     — Магия, — неодобрительно пробурчал Горислав.

     — Магия, — согласился Вацлав. — Точнее, инженерная магия, а еще точнее — оптическая.

     — Магия вся одинакова, — ворчливо возразил Горислав. — Нечестивая наука, которой занимаются погрязшие во грехах люди, мнящие себя учеными.

     — И плодами которой без зазрения совести пользуются праведники, — добавил Вацлав. — Говорят, до второго пришествия люди и, правда, отрицали магию как науку и как силу. Вместо магической силы использовали механическую. Сами знаете, к чему это привело.

     — К пришествию антихриста.

     — Ну, можно и так сказать. Ладно уж, тормози, горе мое! Видишь впереди станция техобслуживания? Кстати, при ней должен быть трактир.

     — Вы здесь бывали? — полюбопытствовал Милан.

     Вацлав покачал головой.

     — Простая логика. Как правило, комплекс принадлежит одному хозяину, а тот привлекает клиента, как может. Один мой приятель, кстати, владеет подобным комплексом в дне пути от столицы.

     — Жаль, что не здесь, — заметил Горислав. — Можно было бы устроиться подешевле.

     — Подешевле — вряд ли, вот получше — наверняка.

     Горислав лихо затормозил у трактира. Завидев повозку, оттуда вышел служащий.

     — Не хотите ли остановиться, господа? Время уже позднее, до следующего порядочного трактира несколько часов пути. Самое лучшее, что вы можете сделать, это у нас поужинать, а там — пообедать.

     — Мы, пожалуй, там тоже поужинаем, — пробормотал Милан. Вацлав хмыкнул.

     Из трактира вышел высокий, представительный господин, примерно тех же лет, что и Вацлав, с коротко подстриженными, вьющимися, светло русыми волосами. Увидев компанию, он остановился, затем с поклоном подошел.

     — О, Слободан! — воскликнул Вацлав. — Здравствуй. Какими судьбами? Ты меня еще помнишь? Я — Вацлав.

     — Здравствуйте, Вацлав. Рад видеть вас и ваших спутников.

     — О, на этот раз я сам — спутник. Горислав любезно согласился довести нас с Миланом до границы, да вот — лошадка захромала.

     — То-то я смотрю, что упряжка не в вашем стиле!

     — С каких пор ты говоришь мне вы, Дан?

     Слободан улыбнулся.

     — Вероятно с тех самых, когда ты начал напоминать мне свое имя, Венцель.

     — Я не напоминал, — отозвался Вацлав.

     Слободан внимательно посмотрел на него.

     — Значит, ты все же решил отправиться в Трехречье... Слушай, брось ты это дело! Нет, в самом деле, что ты надеешься там найти?

     — Честно говоря, я и сам не знаю. Но на чем-то же основываются все эти слухи!

     — Знаешь, Вацлав, я как-то не могу представить, что ты начнешь приносить в жертву младенцев.

     — Думается, Дан, что как раз эти слухи сильно преувеличены.

     Слободан принялся было рассматривать собственные ботинки, но спохватился:

     — Да, Вацлав, надеюсь, вы остановитесь у меня?

     — Значит, ты и есть хозяин этого заведения? — засмеялся Вацлав.

     — Да, а что?

     — Понимаешь, мне говорили, что твой трактир в дне пути от столицы, а мы ехали два...

     — Да? — Слободан восхищенно уставился на Горислава. — Ну, на это нужен немалый талант!

5
{"b":"254822","o":1}