ЛитМир - Электронная Библиотека

     — А из старых, да поздних, — не выдержал Янош. — Простите, Стас.

     — Ничего, я не возражаю.

     — Вероятно, ты просто не вошел в возраст, — засмеялся Вацлав. — Из молодых да ранних уже вышел, а до старых и поздних еще не дошел. Хотел бы я знать, какие лучше.

     — Думается мне, что хороша, как и всегда, золотая середина. Приедем в Медвенку, выступлю за основание партии умеренных. Вступите, Вацлав?

     — Только если ты введешь как непременное условие членства в партии неукоснительное соблюдение температурно-градусной кривой.

     — Договорились.

     Милан снял со сковородки жареную колбасу и положил жариться сложные бутерброды с ветчиной и сыром.

     — Надоел сухой паек, видеть уже его не могу, — с чувством произнес молодой человек, раздавая тарелки.

     — Выпей коньяка, — посоветовал Вацлав. — Холодно.

     — Да, холодно, — вздохнул Милан и полез за коньяком.

     — Кажется, Милан, вы брали уроки путешествий не у того учителя, — усмехнулся Станислав. —  Кстати, Вацлав, а почему вы не хотите познакомиться с этим любопытным господином?

     — Некоторые вещи хороши исключительно в пересказе. Если хочешь в этом убедиться, попроси Яноша пересказать роман о бедной, но честной девушке, а потом попробуй его почитать. Причем это ты сможешь сделать не далее, чем на границе.

     — Напрасно вы так, Вацлав, — улыбнулся Милан. — Если бы вам довелось попутешествовать с ним, у вас бы остались впечатления на всю жизнь.

     — Мне хватит того, что я путешествую с тобой.

     — Копия никогда не сравнится с оригиналом.

     — Да, но некоторые ученики превосходят собственных учителей.

     — Стараюсь, как могу, заменить вам вериги и власяницу. Кстати, Стас, а вы почему одеты не по форме?

     Стас засмеялся.

     — Это вышло из моды лет так сто назад, Милан. Сейчас модно давать обеты. Один мой знакомый, вы знаете его, Вацлав, это Родован, так он поклялся не пропускать ни одного приключения. Трудно сказать, куда завела его клятва, но ко времени моего ухода, он еще не вернулся.

     Милан бросил быстрый взгляд на Вацлава.

     — Как я понял, отсюда многие не возвращаются. Правда, я пока не понял почему. Что именно здесь, в Трехречье, настолько привлекает верхневолынских ученых, что они остаются, позабыв про семьи и родину? Я пока ничего настолько привлекательного не заметил. Наоборот. Стас, а какой обет дали вы?

     Стас в свою очередь глянул на Вацлава.

     — К тому времени, когда я собрался в Трехречье, пропало несколько экспедиций подряд, и князь Венцеслава запретил новые экспедиции, пока не будет выяснено, куда подевались старые. Тогда двое-трое проскочили с обетами разузнать о своих предшественниках. Ну и я в том числе.

     Милан хмыкнул.

     — Прямо таки поиски Святого Грааля в изложении М. Твена.

     Стас хохотнул.

     — А какой обет дали вы, Милан?

     — Я при начальнике.

     — А ваш начальник?

     — У него спросите.

     Стас перевел взгляд на Вацлава. Тот пожал плечами.

     — Мой обет еще не выполнен, Стас, а он такого рода, что мне не хотелось бы распространяться о нем раньше срока.

     Вацлав заметил опасливый взгляд Стаса и засмеялся.

     — Это просто может сильно затруднить его исполнение. А ты уже выполнил свой обет? Узнал что-нибудь о наших предшественниках?

     Стас прожевал колбасу и обратил пристальное внимание на закипающую в кипятке воду.

     — Не совсем, Вацлав. У меня появились кое-какие догадки, но я не успел их проверить.

     Милан раздал горячие бутерброды и всыпал в котелок заварку.

     — На ночь укутайте лица шарфами. Холодает на глазах. Хорошо еще, что вы купили палатку, Вацлав.

     — Может быть, лучше было бы дойти до гостиницы? — неуверенно спросил Янош.

     — Поздно уже, — возразил Вацлав. — Ничего, завтра встанем пораньше и к завтраку будем в городе.

     — Вы хотели сказать к обеду, — уточнил Стас.

     — Да, конечно. Давайте ложиться, что ли. Я подежурю первым.

     Милан и Янош быстро организовали три постели.

     — Дежурный перебьется, — приговаривал Милан. — Меньше будет соблазна заснуть. Впрочем, какой тут соблазн — ночевать на снегу!

     Милану досталось последнее дежурство. За ночь ощутимо похолодало, и Милан суетился за троих, таская к костру хворост, чтобы хоть немного согреться и приготовить утром горячий завтрак. Наконец, он решил, что уже достаточно рассвело, и поставил греться воду. Через полчаса он уже будил своих спутников. Все ж таки даже на походе приятно проснуться, когда прямо в постель подают горячий завтрак. Вот только прямо из теплой постели вылезать на мороз, об этом же подумать страшно! В конце концов, если уж Вацлаву взбрело в голову путешествовать зимой, то мог бы пойти куда-нибудь в более теплые края. И нашли же эти волхвы, где обосноваться!

     Город действительно оказался совсем рядом. Через час путники подошли к большому камню, на котором полуметровыми золотыми буквами переливалось слово Истоки.

     — Первое название, которое я вижу в Трехречье, — отметил Милан.

     — И единственное, насколько я знаю, — отозвался Стас.

     В пятидесяти метрах за камнем начинался обычный городской квартал. Тропинка плавно перешла в дорогу, и путешественники перешли на тротуар.

     Что ж, город и город. Широкая улица, тротуары, вот у какого-то магазина разгружается упряжка, вот куда-то спешат деловитые люди. Еще бы им не спешить на таком-то морозе! Ветерок донес сладкий запах горячей сдобы. Янош с упоением вдохнул и повернулся к Стасу.

     — Я что-то не понимаю, Стас. Где истоки, где резиденция?

     — В центре. Все в центре. Идемте, вы все увидите. Там есть что-то вроде монастыря.

     Вероятно, летом в Истоках было очень красиво. Город буквально утопал в зелени. И сейчас заснеженные деревья создавали какую-то сказочную атмосферу.

     Сквозь ветки деревьев показались высокие белокаменные монастырские стены. Утоптанная дорожка вела к тяжелым литым узорчатым воротам. Путники вошли через боковую дверцу и остановились при входе под высокой аркой. Действительно, самый настоящий монастырь. Вот храм, вон, вероятно, жилища братьев, с другой стороны еще какие-то жилища. А может быть трапезная?

     — М-да, табличек не хватает, — проговорил Вацлав.

     — Пойдемте, Вацлав, нам в храм, — поторопил Стас.

     — Подожди, — Вацлав внимательно оглядывал строения.

     Милан то оглядывался по сторонам, то смотрел на начальника. Ему здесь не нравилось. От зданий веяло какой-то недоброй волшбой. Может, ему просто так казалось, а может, он и правда научился распознавать магическую энергию. Но если маги ощущают ее так, то какой дурак стремится продлить неприятные минуты? Или так они ощущают только энергию, скажем, противоположно направленную? Или наоборот так же... Тем не менее, Милан, дай ему волю, ушел бы отсюда и даже осматриваться особо не стал. И что Вацлав медлит?

     Милан снова посмотрел на Вацлава. За время путешествия по Трехречью худощавый маг еще более осунулся. Сейчас он напоминал не то волхва, не то пилигрима с картинки в книжке.

     — Ну что ж, в храм, так в храм, — вздохнул Вацлав.

     — Не забудьте снять шапки, — сказал Стас и заранее снял свою. Милан посмотрел на него. Русые вьющиеся волосы, голубые глаза, курчавая бородка, здоровяк — здоровее Яноша будет. Если Вацлав напоминал сказочного волхва, то Стас больше походил на кузнеца из той же сказки.

     Путники подошли к храму и вошли внутрь. В храме было чисто и пусто. Где-то невидимые от входа певчие пели службу, откуда-то раздавался голос, читающий псалом Давида.

     — Господи! услышь молитву мою, внемли молению моему по истине Твоей; услышь меня по правде Твоей.

     Не входи в суд с рабом Твоим, потому что не оправдается перед Тобой ни один из живущих.

51
{"b":"254822","o":1}