ЛитМир - Электронная Библиотека

     — А какую специальность ты хотел получить? — заинтересовался Вацлав.

     — Фармацевта.

     — Почему? — удивился маг.

     — Трудно объяснить. Мне казалось, это интересным приложением моего образования. Собирался проверить некоторые фундаментальные идеи на практике.

     — Хорошо, что я помешал этому благородному занятию.

     — У меня еще все впереди.

     — Но ты не объяснил, почему ты так отрекомендовался.

     — Объяснил, — пожал плечами Милан, — Я уверился, что мое образование никому не нужно, и решил представиться никчемным бездельником. Думал, что если меня возьмут для мебели, то уж в этом случае знания мне только помешают. Кому нужна образованная мебель?

     — Да, действительно, — засмеялся Вацлав.

     — А ты... Я ведь не знал, что ты князь, когда устраивался к тебе на работу. А знал бы, так не подошел бы к тебе и на пушечный выстрел. Счел бы, что с моей стороны это слишком смело. Честно говоря, Вацлав, я даже расстроился, когда понял, что ты это ты. Уж князю то Венцеславу для мебели я никак не нужен, а если бы ты был тем, кем представлялся мне, когда брал на работу, то я бы мог рассчитывать на легкий заработок и дальше.

     — Понятно, — пробормотал Вацлав, допил коньяк и встал.

     — Пойдем спать, мой мальчик.

     Милан увидел протянутую ему руку, поставил бокал, встал и обменялся с Вацлавом рукопожатием. У Вацлава не было привычки пожимать руки. Сейчас он, вероятно, хотел скрепить таким образом их уговор. Быть хорошими друзьями, пока для этого есть возможность.

     — Спокойной ночи, Вацлав.

     — Спокойной ночи.

     Вацлав вышел, Милан проводил его глазами, взял свой бокал с остатками коньяка, с удивлением убедился, что бутылка странным образом опустела, подошел к окну и стал любоваться ночным парком, подсвеченным многочисленными фонарями. Он и в самом деле хорошо относился к Вацлаву. И он не видел в нем только князя. Может быть потому, что он сначала узнал самого Вацлава, а потом уже догадался, что он может быть только Венцеславом. А за время знакомства он успел полюбить его просто, как человека, как друга. Милан вздохнул и поставил недопитый бокал на подоконник.

     — Что ж, спать, так спать, — прошептал он и ушел в свою спальню.

     Наутро его разбудил веселый голос Яноша.

     — Ого, — говорил он. — Да на таком ковре я бы тоже не отказался поспать. Почему вы не сказали мне, Вацлав?

     — Еще чего не хватало, — засмеялся тот, — Стоило мне снимать два номера, чтобы потом все укладывались спать в моей комнате на ковре.

     — А где Милан?

     — Спит еще.

     — Пойду, разбужу. Хотя, как я уже сказал, я его прекрасно понимаю.

     — Ага, понимаешь. Как же! Его даже я не понимаю. Вот возьми самый простой случай — вместо того, чтобы выпить бокал коньяка, он таскает его по всему номеру, и забывает на подоконнике.

     Милан улыбнулся и с удовольствием потянулся.

     Дверь его комнаты открылась, и он увидел Яноша.

     — Милан, тебе не кажется, что это профанация хорошей идеи?

     — Какой?

     — Когда в номере такие ковры, кто же ложится на кровати? Я не понимаю, какой дурак сюда ее вообще поставил?

     — Ты просто не пробовал прилечь на эту кровать, Янчи. Я уже минут пять, как проснулся, и никак не могу решиться встать.

     — Попробуй, — посоветовал Янош, — Все уже встали, кроме тебя.

     — Хорошо, встаю.

     Милан встал, оделся и вышел из спальни. Черт побери, Вацлав уже совершенно готов и ждет его.

     — Прошу прощения, я сейчас. Не ждите меня.

     — Собирайся, Милан. Янош, бери Стаса, и идите вниз, закажите что-нибудь на завтрак. Мы сейчас подойдем.

     Милан пошел умываться. Когда он вышел из ванной, Вацлав спокойно сидел в кресле и листал журнал.

     — Готов? Идем.

     — Не надо было меня ждать, — виноватым голосом проговорил молодой человек.

     — Интересно, как ты меня ждал, так мне даже ни разу в голову не пришло извиниться.

     — Все ж таки я у тебя на работе, а не наоборот.

     — Не бери в голову, мой мальчик. Я тебя нанял, это верно, но я никогда не имел в виду, что ты должен быть идеалом в последней инстанции. Более того, я раньше думал о тебе с точностью до наоборот. Но я говорил тебе об этом не далее, чем вчера вечером. И с какой стати я должен думать, что ты не можешь проспать с устатку? Тем более, что я сам напоил тебя коньяком, а это всегда способствует хорошему сну. Ладно, Милан, пойдем завтракать. А то если Стас и на завтрак взял блины, то ведь их лучше всего есть с пылу с жару. Идем.

     На завтрак и вправду были блины, помимо всего прочего. Стас не страдал отсутствием аппетита, и Янош тоже, поэтому они заказали довольно обильный ассортимент. У Вацлава фантазия редко выходила за рамки яичницы, сыра и икры. А сейчас они увидели завтрак в том же стиле, каким их, бывало, угощал Володимир.

     Милан подцепил на вилку блин, положил сверху масла и икры и вздохнул.

     — Пива бы выпить, — тихонько прошептал он.

     Вацлав подозвал официанта.

     — Подайте нам холодного пива, — он повернулся к Стасу и Яношу, — Будете? Значит четыре литра.

     Официант отошел, и Стас решился спросить:

     — Похмеляетесь? С чего бы?

     — С настроения, — хмыкнул Вацлав. — У Милана появилось желание попить пивка, я решил составить ему компанию и вам предложил.

     Милан сочувственно посмотрел на Вацлава. Тот, кажется, не преувеличивал, когда говорил об издержках высоких чинов. Вацлав перехватил его взгляд и улыбнулся.

Глава 32

Эх, дорога

     За завтраком компания просидела довольно-таки долго. Когда верхневолынцы спустились вниз, было уже около десяти утра. Милан посмотрел на часы.

     — Слушайте, ребята, я чувствую себя страшно виноватым. По моей вине, вместо полдевятого мы выезжаем в десять.

     — Ну и что? — спокойно возразил Вацлав.

     — Как, что?

     — Ну, прибудем мы в Рязань на полтора часа позже. Что из того?

     Милан улыбнулся.

     — Да, в общем, ничего. Давай я сяду на козлы.

     — Садись, — согласился маг и спокойно уселся на козлы сам.

     — А вожжи?

     — Перебьешься, — невозмутимо отозвался Вацлав, — По крайней мере, ты мне всегда так говоришь, когда хочешь сказать, что я перебьюсь.

     Милан засмеялся.

     — Тогда поехали.

     Вацлав правил лошадьми целый день. Милан с удивлением заметил, что передвигались они очень быстро. Вацлав был лучшим возницей из всех, каких он только видел. Вацлав вез их в небрежной манере, через пару часов сделал остановку, чтобы попить пива, потом, в Чемодановке, сделал солидные привал на обед, в Старожилово остановил сани, чтобы попить чаю со свежими пышками.

     Милан только восхищался.

     — Вацлав, ты не научишь меня так править?

     — Здесь нечему учиться, мой мальчик. Просто нужно не давать уставать лошадям. Не гнать, где не надо, и останавливаться время от времени. Вот, возьми вожжи, посмотришь.

     Милан взял вожжи.

     — Через пару часов будем в Рязани, — сообщил Вацлав, — Я слышал, что там, на масленицу, строят снежную крепость. Посмотрим на нее завтра утром. А на последний день масленицы они устраивают взятие этой снежной крепости. Это называется проводами зимы. А эти многочисленные блины, которые мы потребляем, означают, что мы поедаем изображения солнца. Это как-то связано с языческими, еще дохристианскими верованиями местных жителей. Кстати, судя по их языку, мы с ними в довольно близком родстве. Ты не находишь, Милан?

     — Да, пожалуй.

     — Значит, надо полагать, и у нас в старину были схожие верования. Но наши предки оказались слишком рациональны и не сохранили подобные истории. Кстати, у нас же даже и посты не в моде. Да и блины принято подавать по мере желания, а не раз в году на масленицу. Правь ровнее, Милан, нельзя так гнать. Все равно, раньше девяти в Рязань не попадем. А будешь гнать, так и к девяти не попадем.

79
{"b":"254822","o":1}