ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Семейная кухня. 100 лучших рецептов
Мисс Вареничная. Любимые и необычные вареники, пельмени и кое-что еще
Кристалл преткновения
Ешь правильно, беги быстро. Правила жизни сверхмарафонца
Кровососы. Как самые маленькие хищники планеты стали серыми кардиналами нашей истории
Основы Теории U
В постели с чужим мужем
Как я провел лето (сборник)
Государь

Планета поворачивалась, выплыл огромный континент, увенчанный заснеженными горами.

– В район выведет автопилот, – объяснил друзьям Клейн. – Теперь держитесь крепче, начинаем посадку.

– Будет страшно? – быстро спросил Лоэ.

– Закройте глаза, и всё обойдётся, – посоветовал Клейн.

Лоран лежал в амортизирующем кресле катера и смотрел на экран. Планета приближалась, заполняя поле зрения, и Лоэ с любопытством вгляделся в обрастающий деталями континент.

– Красивая, – сказал он.

Клейн промолчал, его значительно больше интересовали сейчас выводы автопилота. Он хмуро наблюдал за приборами, должно быть, предпочёл бы лично управлять посадкой. Лоэ повернулся к вампиру.

– Вам нравится, Смит?

– Впервые вижу что‑либо подобное! – искренне ответил вампир.

– Да и я тоже.

– Вы родились в большом мире, а я попал в него внезапно.

Лоэ хотел, спросить, как это случилось, но из опасения или деликатности воздержался.

Берены задали примерный район посадки, и ввели программу в автопилот, так что новоявленным исследователям осталось лежать в креслах и наслаждаться путешествием. Что они и сделали.

– Как вы думаете, Клейн, берены прослушивают наши разговоры? – спросил Лоэ, устав от долгого молчания.

Клейн поглядел на Лоэ, на Смита, помедлил, собираясь с ответом, но Лоэ заговорил первым.

– Я ведь сразу понял, – сказал он. – Эта мелодрама с разведывательным рейдом слабо вяжется с характером наших друзей. Они до ужаса прагматичны. Мы приманка, наживка, нас бросили в воду, чтобы посмотреть со стороны, что клюнет и как. Хочется даже оглянуться и посмотреть: вдруг следом за нами тянется леска. Ну что вы улыбаетесь, Клейн? Если я и сгущаю краски, то самую малость.

– Я согласен, – сказал Клейн.

– Объясните тогда, зачем вы в это полезли.

– Смит пытался вас отговорить, если помните.

– Я не о себе, Клейн. Моя беспросветная глупость – это моя беспросветная глупость, сейчас речь о вашей.

Клейн поглядел на Смита, но вампир хранил молчание, предоставив ему возможность отвечать за обоих.

– А вас беспокоит прослушка, Лоэ?

– Ничуть. Меня теперь ничего не смущает, я даже могу сказать то, что прежде опасался выговорить. Обстоятельства вынудили вас обоих открыть, что вы не люди, и теперь вы считаете прямым долгом доказывать свою человечность.

Лоэ помолчал и, поскольку друзья внимательно слушали, продолжил.

– Что же касается моих побуждений, то в них, конечно, велика доля страха. Я боюсь остаться один, без вас, в такой сложной ситуации, но есть и другое. Мне вдруг впервые пришло в голову, что доказывать свою человечность – обязанность каждого разумного существа, независимо от видовой принадлежности, и эта обязанность, может быть, важнее всех прочих. Есть Бог или нет – науке пока неизвестно, и именно поэтому следует иметь совесть.

Лоэ перевёл дыхание, он волновался.

– Мы почти сели, и что ждёт далее – неизвестно, следовало промолчать, но хочу, чтобы вы поняли, почему я принёс извинения. Простите меня, пожалуйста, а берены пусть слушают, возможно, и они что‑то поймут.

Поверхность планеты приближалась, и Лоэ закрыл глаза, чтобы отгородиться от новой волны страха. Ладонь Смита легла на предплечье, и от дружеской поддержки сердце ровнее забилось в груди. Лоэ вспомнил, как отчаянно цеплялся за вампира в тупичке возле лифта, когда только‑только выбрались из темницы. Недавно было, а как много изменилось с тех пор. Лоэ приоткрыл глаза и сказал:

– Ввиду возможных грозящих неприятностей, Смит, дайте мне официальное разрешение хвататься за ваше плечо всякий раз, когда возникнет насущная необходимость.

– Это право заслужено вами в бою, – хладнокровно сказал вампир.

Клейн поглядел чуть удивлённо, хотя почти сразу выражение его лица изменилось, и он усмехнулся. Лоэ и прежде догадывался, что друзья общаются между собой невербальным способом, теперь убедился окончательно.

Сейчас ему, откровенно говоря, трудно было сосредоточиться на деталях: планета приближалась. Присутствие рядом абсолютно спокойных соратников ободрило, и Лоэ стоически перенёс резкое торможение и довольно грубую посадку. Убедившись, что судёнышко прекратило двигаться, окончательно открыл глаза.

Клейн включил панорамный экран. Вокруг катера во все стороны простёрлась равнина: каменистая, скудно чем‑то поросшая, пустая. Наверху раскинулось белёсое небо.

– С орбиты всё выглядело как‑то живее, – задумчиво сказал Клейн, – но атмосфера пригодна для дыхания. Выйдем, осмотримся?

Смит сразу поднялся. Он пренебрёг защитной одеждой, в отличие от товарищей, которые не только надели лёгкие скафандры, но и, на всякий случай, закрыли шлемы. Смит первым легко спрыгнул на грунт, постоял, потом сделал несколько шагов вперёд. Клейн и Лоэ выбрались следом. Камни под ногами лежали как камни: каменные, твёрдые. Между ними скопились скудные островки плодородной почвы. Растительность, если это была растительность, напоминала лишайники или бархатистые натёки мха. В более глубоких ложбинках приютились крошечные кустики.

Смит нагнулся, поднял камень с прицепившимся к нему комком живого вещества, пальцы бережно изучили это бледное, серо‑зелёное нечто, вампир едва заметно нахмурился.

– Неудачное место. Скверное.

– Почему? – быстро спросил Клейн.

– В определённое время здесь дует сильный ветер. Насколько сильный, опасно проверять. Мы можем переместиться в долину?

– Без проблем. Занимайте места.

Равнина представляла собой обширное высокогорное плато. Клейн повёл судно на юг, и вскоре внизу зазеленел каньон. По светлой гальке змеился ручей или даже небольшая река. Клейн снизился, и несколько минут катер летел над руслом, затем, приметив отмель, Густав посадил судёнышко на сухой островок посреди потока.

Друзья снова вышли наружу. Под ногами заскрипела слегка влажная галька. Вода весело бежала вниз, и омытые ею камешки блестели ярче и наряднее чем сухие. По берегам стеной стояла растительность. Кустарник – густое переплетение мохнатых ветвей различных оттенков зелёного с примесью местами синего, местами жёлтого цвета, на скалах пламенели оранжевые пятна мха. В целом картина оказалось приятной для глаз.

– Красиво, – констатировал Лоэ.

Клейн промолчал. Смит оттолкнулся от гальки и взлетел. Поднявшись над потоком, вампир заложил вираж, крылья взмутили воздух над косматой порослью. Почти сразу Смит резко сменил направление, крылья широко раскинулись, последовал ещё один стремительный разворот, и через минуту вампир стал рядом с товарищами. Лоэ, наблюдавший с завистью и восхищением, глубоко вздохнул. Клейн, как всегда, продемонстрировал полное отсутствие сентиментальности.

– Там проблемы?

Смит оглянулся на заросли, затем посмотрел в небо. Вампиру потребовалось время, чтобы собраться с мыслями и заговорить.

– Тревожно. Кусты выглядят безопасными, а лететь над ними неприятно. Почему – объяснить затрудняюсь, просто впечатление. Я привык со вниманием относиться к мелочам и именно поэтому ещё существую.

– Мне тоже беспокойно, – пробормотал Клейн.

Лоэ хотел сказать что‑нибудь в том же роде, но его страх отступил, разгорелось любопытство. Пришлось промолчать.

– Останемся здесь или полетим дальше? – спросил Клейн.

– Дальше, – сказал вампир.

– Но ведь нужно, наверное, взять пробы, анализы, – забеспокоился Лоэ, – как‑то это делается.

– Катер справится, – успокоил его Клейн. – Нуждайся берены в одних анализах, послали бы автоматический зонд.

– Надо полагать, послали, и немалое количество.

Лоэ нагнулся, вынул из потока самый яркий окатыш.

– На память об этом красивом месте, – сказал Лоран.

Брови Смита удивлённо приподнялись, вампир сделал несколько шагов по отмели, сильные пальцы покопались в гальке, извлёкли камешек, дальше ещё один. Через пятнадцать минут Смит принёс горсть невзрачных на первый взгляд обломков, высыпал в ладонь Лоэ.

– Что это? – спросил Лоэ.

21
{"b":"254823","o":1}