ЛитМир - Электронная Библиотека

- Я всё пытаюсь доказать, что Ублюдки - рак социума, а сам-то из-за своего сегодняшнего моветона скатился до нравственного уровня их клана, - внезапно признался я и набил рот сгущёнкой, ожидая Олиной реакции. Видимо, она не знала, что мне порой удаётся разговаривать не так односложно, как быдло с неполным общим образованием, поэтому Оля недоумевающе вылупилась на меня и никак не отреагировала на это заявление.

Всё-таки я не перестану ратовать за автономизацию Быдла как отдельного клана. Во-первых, их численность не меньше, чем у Ублюдков. Во-вторых, у них тоже есть свои особые законы и обычаи. В-третьих, они несут меньший вред, нежели Ублюдки и, если всё же умудряются что-то натворить, то делают это случайно в связи со своей недальновидностью. А почему бы и нет?

- Мы все попали в немного странную ситуацию, - констатировала Оля и продолжила после моего утвердительного кивка: - Думаю, надо постараться забыть всё. Просто забыть и стараться жить дальше.

- Признать, что государству, родным и друзьям насрать на наши проблемы, и жить дальше. Осознать, что мы по жизни будем одиноки и беспомощны, и жить дальше. Понять, что если покажешь свою слабость, тебя запинают ногами и посмеются, но жить дальше. Смириться с тем, что наше существование будет развиваться по примитивному, ничем не выделяющемуся из массы сценарию, и жить дальше. Принять тот факт, что до конца жизни придётся пахать на дерьмовой работе, есть дерьмовую пищу и взращивать своих неблагодарных выродков, и...

- Тролль, заткнись! - не выдержала Оля, чей оптимизм за время нашего знакомства я изрядно подорвал. Сначала у неё зарождалась мысль, будто бы я в вечной депресии, но потом она поняла, что это всего лишь описание реальной жизни. Да уж, легко быть оптимистом, когда у тебя есть деньги. К счастью, мне удалось сдержаться от высказывания последней фразы, которая яро рвалась наружу.

- Ты так легко всё это говоришь: "Стараться жить дальше". Жить дальше - удел слабаков. Сильным духом хватает ума засунуть шею в петлю.

- Тро, перестань. Ты коверкаешь мудрую мысль на свой лад.

- У каждого своя правда.

- Мак!

Банка сгущёнки ополовинилась, а к моему горлу подступила тошнота от гигантского количества употреблённого сахара. Ради приличия я всё же покончил с этим рассадником углеводов - не думаю, что кто-то взялся бы доедать после меня, а выкидывать жалко.

- Спасибо, Оль.

- Не за что. И всё-таки ты неправ. Если все будут мыслить, как ты, то человечество вымрет.

- Дай Бог.

- Мак! Лучше жить дальше и бороться.

На последнем слове Оля сделала логическое ударение.

- Вот и борись. А я сегодня уже достаточно поборолся.

- Я не про физическое воздействие, - устало прикрыла она глаза, словно бы говоря: "Как мне надоело объяснять этому тупице элементарные вещи!". - В подростковом возрасте я была панком...

- Окстись, окаянная.

- Мак!

- Идти против системы - так же бесполезно, как и сидеть сложа руки. Я думаю, что если б вы со своими единомышленниками лет десять назад чего-нибудь добились посредством социального протеста, то до сих пор были бы ортодоксами панковой культуры. Не правда ли?

- Дело не в этом! - нервно взмахнула руками Оля. - Просто я выросла из ирокеза и обилия фурнитуры на одежде!

- Любопытно. Тогда как христианин я заявляю, что вырос из церкви и обилия икон.

- Это разные вещи!

- Это одно и то же. Для адептов и того и другого эти системы ценностей строят идеологию и виденье мира. Или как-то так. В любом случае, отречься что от панков, что от христианства - тождественные предательства. Это как общаться с другом и говорить, что он самый лучший, а потом, как шлюха, метнуться к тому, кто тебе в данный момент удобнее.

- Мак!

- Но я что-то заговорился. Мне пора. Ещё раз от души спасибо.

- Уже? А куда пойдёшь?

- Понятия не имею. Но пока точно не домой. Не хочу шокировать маму своим внешним видом.

- Может, подождёшь до утра у нас? Отчима нет - поспишь в его комнате.

Вау. Девушка, которая длительное время меня френдзонит, предлагает остаться у неё дома на ночь. Раньше такой вариант развития событий существовал только в моём воображении. Заманчиво? О да. Согласиться? О нет. Очевидно, я сошёл с ума, потому что отказался лишь из-за неожиданно возникшей и ужасно заинтересовавшей меня мысли. Мне предстояло серьёзно её обдумать, а Оля со своим оптимизмом и борьбой с софизмами будет мешать.

- Извини, но сейчас не могу сидеть на одном месте, - придумал я отмазку и, чтобы избежать лишних вопросов, поспешно вышел в прихожую.

Проходя мимо чуть приоткрытой двери, из-за которой выглядывала четверть Роминого лица, я произнёс:

- Удачи.

И принялся зашнуровывать свои говнодавы. Получилось как-то неловко. В мысле, не с ботинками, а с Ромой. Удачи? Чёрт, зачем я это сказал? Наверное, в его глазах я выглядел круглым идиотом, потому что тот слишком резко отпрянул от своего наблюдательного пункта и закрыл дверь.

- Мак, не надо больше никого бить, ладно? - сказала Оля на прощание.

- Поздно, мне уже понравилось.

- Мак!

За сегодня моё имя произнесли с укоризненной интонацией столько раз, что теперь оно звучит для меня, как оскорбление типа "скотина" или "козёл". Пора уходить из этого дома, иначе даже самые грубые ругательства станут казаться благозвучнее.

- До встречи, что ли, - неуверенно попрощался я и побежал вниз по лестнице, перескакивая по три ступени. Скорее всего, Оля некоторое время стояла на пороге и смотрела мне вслед, потому что хлопка входной двери не было слышно вплоть до того, пока я не покинул подъезд.

Странные деньки выдались. Мечусь между квартирами, районами, домами. Бью людей. Употребляю наркотики. Неуклюже бухаю. А теперь ещё в голову лезут безумные мысли, которые я готов воплотить в жизнь хоть сейчас. Впрочем, прежде нужно с кем-то посоветоваться. И привести себя в порядок прежде, чем возвращаться домой, иначе мама сильно удивится настолько заметной и неприкрытой неопрятности. Я, конечно, свинья в плане гигиены, но в данный момент меня и вправду можно класть в грязевые лужи рядом с боровами. Так, так. Кто живёт ближе всех к Оле?

Гоблин.

Какие там у нас параметры? Уровень воспитания: интеллигентный извращенец. Уровень эмпатии: бесчувственный эгоист. Основное оружие: цинизм и сарказм. Определённо подходит в моей ситуации. Будь у меня проблемы с делами личного характера, я бы и шагу не ступил в его нигилистскую однокомнатную пещеру. Но, думаю, сейчас он единственный, кто способен трезво оценить моё положение и дать совет. Было бы неплохо сначала позвонить Дэну и спросить, может ли он устроить мне аудиенцию. Пусть Гоб живет один и не нуждается в согласии сожителей, но всё равно не любит незваных гостей. А мой сотовый находится дома где-то в залежах грязной посуды, севернее тарелки с чёрствым куском торта и левее горы из носков. Надо выкручиваться...

Если вы хоть раз гуляли по городским улицам ранним утром, то знаете, что в это время прохожих в десятки раз меньше, чем даже поздней ночью. Однако я поставил себе цель во что бы то ни стало отыскать средство связи. В подобных ситуациях жалеешь, что на российских улицах нет телефонных будок. Мне относительно повезло, потому что я помнил номера своих друзей наизусть. Первой моей жертвой оказалась мужская особь неопределенного возраста и неопределенного телосложения, скрытого широкой спортивной курткой и огромными штанами, в которые можно вместить еще и меня. Если он был гопником, то представляю его шок, когда я обратился к нему с просьбой дать позвонить. Первый блин всегда комом, поэтому человек с размытыми очертаниями ускорил шаг и поспешил скрыться с моих глаз. Потом я увидел девушку, цокающую каблуками через парковку перед магазином автомобильных деталей, и решил не приближаться к ней и не делать резких движений - а вдруг подумает, что бородатый парень, нуждающийся в срочном звонке не кто иной, как маньяк?

10
{"b":"254847","o":1}