ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Старуха. Ну, вы тут приберите покеда.

Степан. Хорошо бы маслобойку нам поставить. (Уходит со стариком.)

Луша. Пущай она, я с вами. (Уходит со старухой.)

Марьяна (некоторое время стоит неподвижно, потом с отчаянием). Чево же это такое?! Ай сон?.. Не то правда?.. Ай из смерти люди приходют… Пашенька, иде ты?! Пашенька, родной мой! Как бирюки… только бы жрать ды как нажить… кромя у них ничего нету. Хуже кротов: глазами глядят, а свету божьего не видют, людей не видют… Пашенька, тянут меня назад, а я не хочу… не могу… Пашенька, возьми меня отседа… (Рыдает.) Спаси, Пашенька, – погибель моя! Господи, ды што я за разнесчастная… али незамоленный грех за мной?.. Пашенька, откликнись, иде ты?.. Кабы не ты, Пашенька, минутки бы не ждала, наложила б на себя руки.

Во дворе слышны голоса, говор возвращающихся Степана, старика, старухи, Луши.

Марьяна (вытирает слезы, спокойно). Ну, хорошо. Уйду от них, уйду. Батрачкой наймусь… где-нибудь буду жить… Может, когда и встречусь с Пашенькой.

Старик, Степан, старуха, Луша входят.

Старик. Сено энто, которое продадим зимою, большие деньги выручим. Просорушку опять выгодно поставить… Оно и маслобойку выгодно, ну только совет зараз заберет в обчество, вот оно што.

Степан. Ишь ты, совет. На-кось, выкуси! А мы, батенька, давай совет к рукам приберем. Голь оттуда долой, а туда выберем степенных хозяйственных крестьян с достатком, ну, и по-нашему будут все делать.

Старуха. Марьяна, Лушка, чаво же вы, кобылы, посуду не убрали? Мать не сделает, так они не подумают.

Луша. Я спать хочу. (Укладывается в углу.)

Старик со старухой в сенях. Марьяна убирает посуду.

Степан. Марьяна! Вот соскучился по тебе… А ты меня дюже вспоминала? (Хочет обнять.)

Марьяна (отстраняясь). Будя… не трожь!..

Степан. Ты чево?..

Марьяна (отстраняясь). Не трожь меня, Степан.

Степан. Да ты чево?.. Ты чево… чево морду-то воротишь?.. Ай барыней стала?.. Тебе какого рожна-то надо?.. Чем же я плох стал? За меня у немцев сватали, а сами богатые, всего…

Марьяна (отстраняясь). Нет, не трожь…

Степан. Да ты вспомни, как жили с тобой, Марьянушка… Любила ты меня, во как любила… И ты у меня все в думках была: во приду… Ай я плохой стал…

Марьяна. Я тебе не жена, ты мне – не муж, чужие мы с тобой.

Степан. Што-о?! Ай белены обтрескалась!

Марьяна. Не мучь меня, не неволь… Все одно ничево не будет… Любила тебя, вот как любила, резать себя на куски за тебя дала бы, а теперя ты мне чужой, как вон с улицы пришел…

Степан. Я из тебя дурь-то повыбью! Полюбовничка небось завела!

Марьяна. Слышь, Степан? Христом богом я тебя прошу, брось меня, не жена я тебе. Сколько девок на деревне, кажная с радостью великою за тебя пойдет! Красивше тебя нету на деревне, и богатые вы. Счастье у вас будет. Со мной счастья не будет. Будем грызться, как собаки. Держите меня батрачкой, буду работать из сил, а нет – пойду к другим наймусь.

Степан. Молчи, тварь!.. Убью!.. Забыла, што ль: жана ты мне законная, што хочу, то и сделаю.

Марьяна (помолчав, раздельно). Ну, так ежели хочешь знать, люблю человека, а хто он, не скажу, хочь режь!.. Ну, только краше ево нету. Кубыть на высокую гору меня привел, и все оттуда видать, всю жисть… Словами меня взял. Ишь как его все слухали, слова не пророняли. Што мы такое? Бессловесными жили, бирюками, один на одново, – только б зубами вырвать из горла друг у дружки побольше мяса, только бы нажраться, а он глаза нам всем разул. Пошел голову свою молодую класть за людей, за трудящих, за счастье ихнее. А ты ни бе, ни ме, бирюк бирюком.

Степан. А-а, заговорила, паскуда!.. Ну, так ладно, мясо с костей спущу, не пожалею ременных вожжей… Остатний раз спрашиваю!

Марьяна (кричит). Не трожь меня!.. Не замай!.. Ежели хочь пальцем, не жить тебе!.. Слышь, не жить тебе!

Подымаются на шум старик, старуха и Луша.

Луша. Степан, ты чаво?.. Ай белены объелся!..

Старуха. Сказывала, не давай ей воли…

Степан (сдергивает со стены вожжи, собирает на руке). Нну, сука!.. Ох, как же я тебя буду возить… как пороть… без передышки… покеда замолчишь, покеда кричать перестанешь, покеда шкура будет мотаться кусками!..

Старик. Постой!.. Степан!.. Успеешь ешшо… Постой, для первого-то разу… только што пришел.

Луша. Степан, не смей! (Злобно, сквозь слезы.) Зверюга!..

Марьяна (со страстной ненавистью). Так будь же ты проклят!.. Штоб ты в своей жисти покою не знал, ни дня, ни ночи… штоб у тебе детей никогда не было… штоб ты, как домовой, по ночам бродил… (Отталкивает Степана, бросается к двери и убегает.)

Степан за ней с вожжами. В отворенную дверь лунный свет. Слышен задыхающийся голос Степана: «Я те покажу… я те…»

Старик. И чево не поделили?.. Только што пришел, и для первого разу эвот взбулгачились…

Старуха. Сказывала, воли ей не давай. Обратай, покеда малая порося… Степушки не было, хочь бы слезинку сронила…

Луша. Вот так и выйди замуж, а он зачнет измываться. Ды ни в жисть не пойду… штоб они все передохли, окаянные!..

Старик. А все Красная Армия: подводами заездили, сено позабрали, и народ весь разнуздался: што бабы, што девки, што парни, – удержу нету.

Молчание.

Степан (входит, швыряет в угол вожжи). Убегла!..

Старуха. Сказывала я тебе, Степушка…

Степан (злобно). А всё вы!.. Ели ее тут поедом, она на стену и полезла…

Старуха. Степушка, родной ты мой! Ды рази мы не жалели ее! Ды што она вздумала, ягодка наша! Али хто ее обидел? Али неласковое слово сказал? Али мы не любили ее, сладеньким кусочком не кормили? Дочечка ты наша!..

Занавес.

Именины в 1919 году*

Комедия-сатира в одном действии

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Жена адвоката, Екатерина Ивановна, 32 лет.

Бывшая помещица, Марья Евгеньевна, 40 лет.

Дама декольте (глубокое), кокетливая, Елена Александровна, 28 лет.

Советская барышня, завитая.

Бывший адвокат, Александр Эрастович, 42 лет.

Бывший помещик, Софрон Андреевич, 45 лет.

Рундуков Евсей Евсеевич – бывший владелец огромных домов и магазинов, ныне спекулянт, 50 лет, топорный, кряжистый.

Профессор, Герасим Иванович, 52 лет.

Артист, Николай Николаевич, 35 лет.

Литератор, щуплый, козья бородка, в очках.

Художник.

Балаболов, служит в военном комиссариате, 27 лет; френч, галифе щегольские.

Служащий.

Инженер, Станислав Константинович, 31 год, с бородкой, спокойный, сдержанный.

Столовая; посредине протянулся белоснежный стол; цветы. В сторонке уютный уголок, маленький диванчик, заставленный пальмами и японской ширмочкой. На стене картины. Портреты Ленина и Маркса.

В комнате жена адвоката, Екатерина Ивановна.

Жена адвоката (считает приборы, нервно схватывает один, звонит. Вошедшему служащему). Уберите этот прибор, товарищ!

Служащий. Тогда не хватит: тринадцать персон будет.

Жена адвоката. Число несчастное, уберите!

Служащий берет прибор и уходит. Входит инженер, Станислав Константинович.

Инженер. На дворе пасмурно, а у вас тепло и уютно. (Целует руку.) Позвольте поздравить вас, Екатерина Ивановна, со днем вашего рождения…

Жена адвоката. Нет, нет, мое рождение через год только. Сегодня мой ангел.

Инженер (подает в футляре медальон)… поздравить с днем вашего ангела и пожелать… ну, чего бы вам пожелать?..

85
{"b":"254863","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Элла покинула здание!
Сердцеедка с острова соблазнов
Академия оборотней: нестандартные. Книга 3
Ария для богов
Аромат счастья сильнее в дождь
На службе Его Величества
Последнее письмо от твоего любимого
Когда кругом обман
Сеятели ветра