ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мне нужно поговорить с этим парнем. Малышом Кристьеном.

Его грубость была намеренной, и результат не заставил себя ждать.

Ле Телье молча проглотил его неучтивость.

– Пожалуйста. – Он глянул на дверь, из-за которой доносился какой-то шум. – Мне нужно идти.

Он ушел, даже не взглянув на Кристьена, который с фальшивой улыбкой повернулся к госпитальеру, притворяясь, что видит его впервые:

– Кристьен Пикар, к вашим услугам, сударь.

Тангейзер окинул его внимательным взглядом. Что бы там ни было у него с гениталиями, это был кичливый маленький плут. Из тех, кто считает, что преимущество на его стороне. И в данном случае Пикар был прав.

– Матиас Тангейзер, граф де Ла Пенотье. Как я понимаю, ты можешь сообщить мне, где проживает моя жена, леди Карла, графиня де Ла Пенотье.

– Да, леди Карла гостит у Симоны д’Обре, – ответил несостоявшийся драматург.

Рыцарь удивился его прямому ответу.

– Я был бы благодарен за адрес, – сказал он.

– Я сам могу вас проводить, сударь, если вы согласитесь немного подождать.

– А кто такая Симона д’Обре?

– Вдова Роже д’Обре.

– Я не знаком ни с вдовой, ни с ее мужем.

– Роже был торговцем и весьма уважаемым пастором у протестантов Парижа.

Кристьен умолк, словно ожидая реакцию Тангейзера на новость, что его жену поселили в дом известного гугенота. С учетом обстановки в городе, факт этот был не очень приятным.

– Продолжай, – сказал иоаннит.

– Роже был убит в прошлом году во время мятежа в Гастине, в Третью войну. Симона взяла торговлю в свои руки. Она возит золотое шитье из Голландии и имеет хорошую прибыль.

– Рад за нее. Почему у нее поселили мою жену?

Пикар по-женски всплеснул руками:

– Они обе прекрасно играют на музыкальных инструментах, как и все четверо детей д’Обре. А поскольку главная тема королевской свадьбы – это религиозное примирение, то их совместное выступление на балу королевы, своего рода музыкальная аллегория, было расценено как превосходная идея.

– Кем?

– Всеми заинтересованными лицами, включая – как мы можем предположить, поскольку она приняла приглашение, – леди Карлу. Но из-за недавних печальных событий бал отменили, а с ним и их с Симоной выступление.

– Кто придумал эту аллегорию?

– Боюсь, мне это неизвестно, – покачал головой Кристьен. – Представьте, сюда пригласили больше тысячи гостей. Мне поручили позаботиться о леди Карле, как и о многих других, кто должен был участвовать в празднествах.

– Это ты решил поселить ее у мадам д’Обре?

– Нет, нет, нет, – с жеманной улыбкой возразил распорядитель развлечений. – Я всего лишь скромный слуга.

– А кто?

– Мне вручили списки и инструкции. Длинные списки. Есть много способов попасть в такой список. Друг, любезность, взятка, долг… Я не могу отвечать за привычки двора.

Матиас потер глаза. День показался ему очень длинным. Малыш Кристьен лгал, а если точнее, то скрывал правду под грудой общеизвестных фактов. Госпитальер не сомневался, что пройдоха драматург следил за ним сегодня днем, но даже представить не мог, по какой причине. Попытка надавить на него, использовав этот факт, вызовет лишь новый поток лжи. Удовлетворительные ответы можно получить только с помощью боли и страха, но здесь эти средства, к сожалению, неприменимы.

– Скажи, где мне найти леди Карлу, – потребовал рыцарь.

– Вы не хотите, чтобы я вас проводил? Через час я буду свободен.

Такая настойчивость показалась Тангейзеру подозрительной.

– Проводник у меня есть, – ответил он. – Хватит и адреса.

Глаза Кристьена забегали, словно он надеялся на чью-то помощь.

– Для Парижа это достаточно просто, – начал он объяснять. – Идите вдоль реки на восток до Гревской площади, которую вы узнаете по Отель-де-Виль[11] и виселицам. Там повернете на север и дойдете до Рю-дю-Тампль. Пройдете мимо старой часовни и маленького монастыря, которые будут справа от вас. Чуть дальше находятся остатки старых городских стен, за которыми расположен сам Тампль. К югу от старых стен, на западной стороне улицы вы увидите три красивых особняка в новом стиле буржуа, построенные не больше десяти лет назад. Ошибиться невозможно – они бросаются в глаза изобилием стекла. Средний дом выше остальных и имеет двойной фасад. Над дверью резная табличка с изображением трех пчел. Это и есть дом д’Обре.

– У виселиц повернуть на север, к Тамплю, и искать трех пчел.

– Да, и вы окажетесь у самой двери. Надеюсь, близость Тампля придаст вам уверенности, сударь. Это крепость рыцарей ордена святого Иоанна.

– А зачем мне потребуется уверенность?

– Я просто из вежливости, сударь. Чем еще могу вам помочь?

– Скажи, как найти коллеж д’Аркур.

Вряд ли это можно было даже назвать ловушкой, но Малыша Кристьена слова Матиаса застали врасплох. Обман был так распространен в Лувре, что правда могла оказаться лучшей из хитростей.

– В городе очень много коллежей, сударь. Боюсь, я почти ничего о них не знаю – разве что почти все они находятся на левом берегу.

– Мне говорили, он где-то рядом с таверной под названием «Красный бык».

– Таверн в Париже в десять раз больше, чем коллежей, сударь.

Тангейзер улыбнулся. Больше он ничего не спрашивал.

Пикар заморгал, словно не понимая, кто кого перехитрил. Он знал, что госпитальеру известно местонахождение обоих зданий, поскольку видел его там. Тем не менее он рискнул не признаваться в этом. Имитация полного неведения, похоже, казалась ему наилучшей тактикой, и Кристьен не отступал от нее.

– Хотите, чтобы я навел справки, сударь? – предложил он.

– Я сам все узнаю, можешь не сомневаться.

В менее людном месте иоаннит приступил бы к дознанию немедленно. Вранье Кристьена подтверждало, что тот следил за Тангейзером до его встречи с Рецем. Вероятно, служитель из коллежа отправил ему посыльного, пока Матиас ел. Что же такого натворил Орланду, чтобы спровоцировать эту слежку? Но любопытство могло подождать. Тангейзеру не терпелось увидеть Карлу, а названный адрес выглядел вполне правдоподобно.

– И последнее, но очень важное, – сказал он. – Ваши обезьяны умирают от жажды.

– Мои обезьяны, сударь?

– Позаботься, чтобы их напоили и покормили. Немедленно.

Кристьен поклонился и отошел на безопасное расстояние, а затем повернулся и поспешил прочь.

Рыцарь же услышал шаги и бряцание оружия.

– Вот где эта свинья! – прозвучал за его спиной чей-то голос.

Повернувшись, госпитальер оказался лицом к лицу с довольно странной компанией.

Четверо одетых в черное гугенотов в угрожающих позах: старший – тот самый забияка со двора, младший, юный подросток, и два шотландских гвардейца в своих красно-зелено-белых мундирах по обе стороны от них. Чуть впереди и сбоку Доминик Ле Телье, злое лицо которого не предвещало ничего хорошего. Один из гугенотов держал Грегуара, обхватив его сзади за шею.

– Столько мужчин на беспомощного мальчишку! – усмехнулся Тангейзер. – Отпустите его.

– Эти благородные дворяне… – начал Ле Телье.

– Пусть эти благородные дворяне отпустят парня.

Гугенот толкнул Грегуара вперед. На его щеке краснел след от удара.

– Все в порядке, приятель? – Тангейзер взял мальчика за плечо.

Тот кивнул.

– Стань за моей спиной, – велел Тангейзер и повернулся к Доминику. – И который из этих доблестных воинов его ударил? Или это решили размяться шотландские гвардейцы?

– Негодяй получил заслуженное наказание. Он меня оскорбил.

– Можешь повторить, что он сказал?

Ле Телье вытаращил глаза.

– Хватит, – прорычал забияка со двора. – Перейдем к делу.

– Подожди своей очереди или вытаскивай меч, – ответил Матиас и снова посмотрел на Доминика. – Грегуар мой лакей. Если его требуется наказать, я сделаю это сам.

Ле Телье склонил голову:

– Я не знал, сударь. Приношу свои извинения.

– Тогда к делу.

вернуться

11

Парижская ратуша.

14
{"b":"254897","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Самая страшная кругосветка
Сильная девочка устала… Как победить стресс и забыть о срывах в питании
Мастер войны : Маэстро Карл. Мастер войны. Хозяйка Судьба
Проклятие демона
Кровь на Дону
Человек и другое. Книга странствий
После ссоры
Без психолога. Самоучитель по бережному обращению с собой
Дело о пропавшем Дождике