ЛитМир - Электронная Библиотека

Затем, сидя на самом краю ст ула и вытянув сцепленные руки вперед перед собой, он напряг каждую мышцу своего тела в том сотрясающем, содрогающем, растягивающем движении, которое включает и ноги, и живот, и шею, и руки, и даже голову. Абигейл уже видела сотни раз, как он это делает.

Воспоминания.

Потом он сложился пополам и начал медленно натягивать ботинки. Наблюдая за ним, Абигейл вспомнила, как однажды помогла ему это сделать.

Он встал. Потянулся снова. Заправил рубашку. Абигейл поднялась и неуверенно встала рядом с ним.

Джесси засунул большой палец за пояс и стоял, глядя на нее.

– Думаю, меня не пригласят на свадьбу, да?

Абигейл поборола дикий стук сердца и улыбнулась.

– Мистер Дюфрейн, вы невыносимы.

Не спуская с нее глаз, Джесси взял куртку со спинки стула и набросил ее на плечи. Абигейл, сцепив руки, наблюдала за каждым его движением.

Куртка была надета. Но вместо того чтобы застегнуть ее, Джесси взялся за отвороты и так и застыл, не делая ни малейшего движения к двери.

– Ну... – произнес он в пустоту. Абигейл улыбнулась и пожала плечами.

– Ну... – повторила она бездумно.

Их глаза встретились. Никто из них не улыбался.

– Можно перед уходом поцеловать невесту? – спросил он хрипловатым голосом.

– Нет! – воскликнула Абигейл слишком поспешно и, отступив на шаг от Джесси, наткнулась на стул позади нее. Джесси протянул руку к ее локтю, чтобы предотвратить ее падение, потянул медленно-медленно на себя, в пушистый отворот куртки. Его руки обхватили затылок Абигейл, удерживая ее рядом, глаза ее закрылись.

Эбби, подумал он, моя маленькая колибри. И точно так же, как сердце колибри, которое бьется быстрее, чем у всех живых существ, Абигейл Маккензи, казалось, хочет вырваться наружу.

Стоя рядом с Джесси, она чувствовала себя совсем по-другому, чем рядом с Дэвидом. Куртка Джесси была толстой, но даже через нее Абигейл ощущала, как бьется его сердце.

– Будь счастлива, Эбби, – сказал он.

Она крепко зажмурилась, в мягкую кожу шеи врезалась пуговица.

– Я буду, – сказала она, уткнувшись в овчину и прислушиваясь к стучащему сердцу Джесси.

Его большая рука зарылась в ее волосах, лаская их, приглаживая вниз к шее, натягивая их, делая почти больно. Джесси прижал Абигейл к себе на последнюю секунду.

Потом он отступил назад, опустил руки, касаясь рук Абигейл, и взял ее за ладони. Испытующе глядя в завороженные глаза Абигейл, он приложил ее ладони к своим щекам, так что большие пальцы Абигейл оказались на концах его черных усов. Глаза Джесси закрылись на мгновение, и веки задрожали. Открыв их, он сказал так тихо, что Абигейл едва смогла расслышать:

– Пока, Эб.

Абигейл вдруг захотелось, чтобы ее руки так и лежали на его темном, теплом лице, кололись об усы, касались его глаз, двигались вниз по его телу, которое она очень хорошо помнила. Но Джесси сжал больно ее руки, она сглотнула и сказала, глядя ему в глаза:

– Пока, Джесс.

Затем он отошел в сторону и встал, глядя на нее все то время, пока медленно застегивал куртку и поднимал воротник. Он подошел к двери. Она открылась, и у ног Абигейл закружился снег.

В тишине, воцарившейся после того, как захлопнувшаяся дверь словно отсекла кусок холода, Абигейл снова прошептала в пустоту слова прощания.

ГЛАВА 23

Когда на следующее утро Эбби проснулась и увидела в зеркале свое осунувшееся лицо, она обрадовалась, что Дэвиду не представится случая увидеть ее в таком виде. Они договорились, что она в течение дня не появится в магазине, так что они встретятся не раньше семи вечера, когда он придет, чтобы проводить ее до церкви, где они устроят репетицию свадьбы.

Глядя на свое отражение, Абигейл пришла к выводу, что лицо ее ужасно, и нервы – на пределе. Надо было срочно что-то делать.

На лицо она наложила ломтики лимона и стала выглядеть намного лучше. Предательские припухлости и тени под глазами удалось уменьшить с помощью пригоршни снега. Приняв ванну и причесавшись, Абигейл почувствовала себя более или менее по– человечески.

Но как же с нервами?

Размышления о Джесси определенно не помогали успокоить их, но отогнать воспоминания она не могла. Абигейл заканчивала прическу. Вчера вечером Джесси был совсем другим.

Забудь о нем, Абигейл Маккензи!

Она заставила себя думать о Дэвиде, о магазине, о фотографе, о вечерней репетиции, о приеме. Медовый месяц. На мгновение ее мысли вновь обратились к Джесси, но она их быстро отбросила.

Пройдись-ка по списку дел, которые надо сделать к приему гостей! Найти кружевную скатерть, выставить тарелки, вилки и чашки. Охладить кексы к чаю, нарезать хлебцы. Погладить мамин свадебный наряд. Разобраться со снегом.

Абигейл выглянула в окно, пурга почти прекратилась. Однако в горах снег еще частенько задерживал поезда, так как не все железнодорожные линии были оборудованы навесами, и поэтому поезда вынужденно простаивали, пока команды расчищали рельсы от снега, выпавшего во время ненастья, вроде вчерашнего. Предположим поезд опоздает или не придет вообще. Фотограф ведь не вопрос жизни и смерти, говорила себе Абигейл. Но в следующую минуту уже смотрела на часы, прислушиваясь к свистку, стуку колес и думала, ох, и почему выпало столько снега.

Джесси – со снегом, таящим в его волосах, на усах...

Забудь о нем! Думай о Дэвиде. Подготовь свой наряд, который надо будет нести в гостиницу.

Свисток поезда 9:50! Наконец-то! Значит Дэмон Смит все-таки приехал и должен установить в гостинице свое фотографическое оборудование.

Может Джесси сядет на этот поезд и уедет?

Ох, да, да, пожалуйста, Джесси.

Вдруг Дэвид выяснил, что Джесси был в городе? Хотя недолго? Не видел ли кто, как Джесси возвращался в гостиницу в три часа утра?

Не думай об этом! Упакуй фату и вуаль, возьми подвенечное платье с вешалки, подготовь туфли. Ты отлично выглядишь, Эбби, кончай глазеть в зеркало! Твое платье восхитительно, все получится отлично, стоит тебе только позабыть о Джесси Дюфрейне.

С запасом в пятнадцать минут мисс Абигейл Маккензи встала перед стойкой для зонтиков возле входной двери с ее прелестным овальным окном. Абигейл бросила взгляд на улицу – стоял безветренный, ослепительный день, укутанный белым снегом, будто в честь ее свадьбы. Свадебный наряд, тщательно упакованный, лежал на сиденье стойки. На верху стопки стояла пара изящных, белых, атласных туфель с заостренными каблуками и вздернутыми носками – свадебный подарок Дэвида.

Из зеркала на Абигейл смотрели решительные глаза, укоряющие Абигейл за ее дурацкие, вызывающие дрожь опасения. Она смотрела, как ее отражение вдело руки в новое нефритово-зеленое пальто с капюшоном, купленное для свадебного путешествия. Абигейл заставила себя не возвращаться в мыслях к деньгам Джесси, на которые оно было куплено. Она, засунула руки в муфту. Он заплатил и за нее тоже.

Подняв глаза, Абигейл подумала: бери! свой свадебный наряд, Абигейл Маккензи, неси его через весь город, чтобы сфотографироваться, выйти замуж за Дэвида и перестать быть жеманной школьной девчонкой. Она подумала, что уже очень давно не проверяла, тугая ли кожа на подбородке. Ей это больше не было нужно, она была не старая. Хотя не была и молодая. Она была среднего возраста и ей не надо уже было думать о замужестве. Дэвид принял ее зрелый возраст почти безразлично, и она сделала так же. Теперь ей не надо было бояться, что жизнь проходит мимо. Теперь в ее жизни был Дэвид.

Эдвин Янг находился за своей парадной стойкой, когда мисс Абигейл вошла в вестибюль гостиницы и, закрыв за собой дверь, слегка потопала ногами, стряхивая снег.

– Прошу сюда, позвольте помочь с вашими вещами, мисс Абигейл, – предложил он, пересекая вестибюль.

– Спасибо, мистер Эдвин, но их не так много.

– Полагаю, это ваш свадебный наряд.

– Именно.

– Плохо, что ненастье разгулялось как раз перед вашей свадьбой.

92
{"b":"25510","o":1}