ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она обогнула кровать и села спиной к нему. Он привстал с подушек и поцеловал ее в затылок, просунул руки в расстегнутое платье и нежно обхватил ее груди. Губы его коснулись ее плеча.

– Мне так нравится смотреть, как ты одеваешься, как ты двигаешься в этой спальне. Я так часто воображал тебя здесь.

Она накрыла его руки своими, сквозь красную шуршащую ткань лифа ощутив их силу и тепло, склонила голову набок и закрыла глаза.

– Мне безумно это нравится, – прошептала она, – просто чувствовать прикосновение твоих рук. Руки мужчины так не похожи на женские. Когда ты остаешься одна, без мужчины, – конечно, не хватает секса, но иногда еще больше скучаешь именно по обычному прикосновению рук. Так хочется прижаться к мужскому телу, припасть к тому, кто больше тебя, кто по-другому пахнет, чувствует не так, как ты. Обещай мне, что иногда у нас будут такие мгновения… когда можно просто чувствовать друг друга, не путая это с сексом.

– Обещаю. А теперь ты должна кое-что пообещать мне.

– Что?

– Иногда одеваться передо мной, как только что ты делала – медленно и лениво, а я буду лежать и смотреть на тебя. Минуту назад меня вдруг осенило: кто угодно может видеть, как человек раздевается, но ведь наблюдать за тем, как он одевается, – более интимная привилегия. Ты познаешь, как происходит это таинство, что за чем следует – сначала трусики, потом лифчик, за ним – колготки. Сегодня, засыпая, я буду вспоминать эту картину.

Она вздохнула, откинулась назад, и они начали медленно раскачиваться; руки его все еще были сомкнуты на ее груди, губы касались ее шеи. Умиротворенные, они мечтали о том, чтобы лечь обратно в постель и уснуть. Но в эту идиллию вторгались обстоятельства и обязанности, и ей ничего не оставалось, как нарушить ее.

– Я действительно должна идти. Застегни мне молнию.

Когда он сделал это, она собрала с ночного столика свою бижутерию, надела туфли и молча стояла, наблюдая, как он, скатившись к краю постели, подбирает свою разбросанную по полу одежду. Он застегнул рубашку, запихнул концы ее в джинсы, щелкнул застежкой пояса и – наконец – дернул молнию ширинки.

– Ты прав, – сказала она, подошла к нему, положила локти ему на плечи и взъерошила ему волосы. – Это очень интимное зрелище. Я как-то никогда не задумывалась над этим.

– Я рад, что тебе понравилось, – усмехнулся он, застегивая манжеты рубашки.

– И я еще кое о чем подумала, – сказала она.

– О чем? – Он слегка придерживал ее за талию.

– После близости с незнакомым человеком смотреть на то, как он одевается, невыносимо. Да и неприлично, правда ведь? Но смотреть на тебя, – она коснулась его губ легким поцелуем, – это все равно что читать постскриптум в любовном послании.

Они прижались друг к другу, и их губы слились в восхитительном, дурманящем поцелуе.

Наконец, отстранившись, он сказал, на этот раз очень серьезно:

– Я люблю тебя, Ли.

Она молчала, впитывая эти слова, как живительную влагу, чувствуя, как растекается она по ее телу, омывая пересохшие за долгие годы одиночества сосуды.

– И я люблю тебя, Кристофер.

И на этой высокой ноте завершилась первая ночь их любви.

92
{"b":"25515","o":1}