ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты наелся?

— Еще бы. Я все же городской житель.

— Ты на него не похож.

— А на кого я похож?

Лили медленно осмотрела меня с ног до головы, а потом — с головы до ног, и ее взгляд остановился на моей физиономии. Сначала во взоре ее читалось простое любопытство, но потом глаза ее вдруг расширились и стали совсем бездонными от какого-то полузабытого неутоленного чувства, в одно мгновение сменившегося безумным страхом. Взор ее погас, и она деланно рассмеялась:

— Ты славный парень, Майк. Я давно не встречала таких приятных людей. Многие из тех, кого я знала, такими только казались.

— Хочу тебя предупредить, Лили. Я не считаю себя сентиментальным, но временами сам себе удивляюсь. Сейчас ты очень мне нужна, и я веду себя как добрый папочка. Только не выходи никуда из дому, иначе, тебе придется познакомиться и с другими сторонами моей натуры.

— Не считай меня за дурочку.

Я кинул окурок в пустую чашку и произнес:

— Вот так я и становлюсь стариком. Когда все время возишься с подобными делами, трудно сохранить молодость.

— Майк...

Я сразу понял, что она собирается сказать, и перебил:

— Я сейчас уйду, Лили. Сам не знаю, надолго ли. Сюда никто не должен прийти, но на всякий случай не отвечай ни на звонки, ни на стук. Если же в замке повернется ключ, то это я. Но не снимай с двери цепочку, пока не убедишься, что это действительно так.

— А если зазвонит телефон?

— Не подходи. Если вдруг ты мне понадобишься, я свяжусь со швейцаром и попрошу его два раза позвонить в дверь. А потом наберу твой номер телефона.

— Идет. — Вот и отлично! Ну, я пошел. Сиди спокойно и жди меня.

Лили дружески подмигнула мне и послала воздушный поцелуй. Она выглядела очень привлекательно — светловолосая куколка с большими удивленными глазами. Да, она слишком многое испытала и слишком многое видела. Но сейчас она была счастлива.

Я спустился вниз и поймал такси. Водитель домчал меня до “Тексана” на десять минут раньше условленного срока, и я стал прогуливаться у входа, поджидая Вельду. Наконец к тротуару подкатило такси, и из него появилась она.

Красиво вылезти из такси дается далеко не каждой женщине. Но к Вельде это не относится. Она даже не старалась, но все у нее получалось как надо. Ничего лишнего не было видно, и при этом любой мужчина ясно понимал, что этой девушке есть что показать, и готов был смотреть на нее, даже зная, что надеждам его не суждено сбыться.

Вельда одарила меня приветственной улыбкой и взяла под руку. Ее пальцы нежно стиснули мой локоть в знак того, что она рада меня видеть. Стоявший за моей спиной парень с пакетами вздохнул и пробормотал, что, мол, дуракам везет.

В баре мы расположились за самым дальним столиком. Я заказал завтрак для Вельды и пиво для себя, после чего Вельда вынула из сумочки конверт и протянула его мне.

— Здесь все, что я сумела получить. Это обошлось мне в две сотни и плюс обещание всяческого содействия. В случае чего...

— Твоего содействия?

Она на мгновение нахмурилась, но тут же улыбнулась:

— Твоего...

Я достал из конверта несколько листков. Один из них был копией истории болезни Берги Тори, на остальных излагалась ее биография. Вельда отлично выполнила поручение. Последний листок заканчивался списком имен. В нем фигурировало и имя Эвелло. Там же упоминался конгрессмен Джефри, последним значился Билли Мист.

Я ткнул пальцем в эту строчку, и Вельда пояснила:

— Она время от времени встречалась с ним. Но там, где они появлялись вместе, в центре внимания всегда оказывался он, а не она.

— О, разумеется, — тихо проговорил я. — Билли всегда оказывается в центре внимания. А картинка-то получается довольно гнусная.

— Майк, — Вельда выбила пальцами дробь на крышке стола, — а кто такой Билли Мист? Я вытащил сигарету и закурил.

— Это давняя история. Когда-то он звался Билли-малыш, и ствол его пистолета, наверное, весь был испещрен зарубками, если у молодчиков подобного рода еще в чести обычай отмечать зарубкой каждую жертву. Перед самой войной он остепенился и стал выглядеть вполне благопристойно, по крайней мере внешне. Известно, что он принимал участие во многих грязных делах, но, к сожалению, против него нет улик.

— И что же?

— Известно, что он связан с мафией. И тоже большая шишка.

Вельда вдруг побледнела.

— Вот это да! — пробормотала она.

— В чем дело?

— Сегодня утром Эдди Коннели угостил меня кофе в ресторане “Тоскайо”. Он вместе с другим репортером заинтересовался делом Берги Тори и весьма в этом преуспел. Того материала, что они нарыли, уже вполне достаточно, чтобы поставить всю общественность на уши, но им не дают опубликовать эти материалы. Они были просто в бешенстве. Так вот, Эдди назвал имя Билли Миста и даже показал мне этого человека. Он как раз подошел к стойке бара, и я повернулась, чтобы взглянуть на него. Но вышло так, что мы обернулись одновременно. Билли увидел, что я на него смотрю, и явно истолковал это превратно. Не допив свой бокал, он направился ко мне и сделал мне такое ужасное и гнусное предложение, какого мне еще никто никогда не делал. Я в ответ выдала ему нечто, чего не должна произносить настоящая леди. Эдди с приятелем изменились в лице, а Мист чуть не лопнул от злости. С этого момента Эдди больше рта не раскрыл, только допил торопливо свой кофе, расплатился и ушел.

Я невольно скрипнул зубами и задержал дыхание.

— Успокойся, Майк, — проговорила Вельда. Я выплюнул окурок и некоторое время молчал. Билли Мист, красавчик с прилизанными волосами! Крутой парень, привыкший получать все, что захочет, по первому требованию. Бывшая уличная шпана, обзаведшаяся большими деньгами и мощными связями.

Немного придя в себя, я взглянул на Вельду:

— Оказывается, не у одного меня есть привычка влипать в разные истории.

— Это плохо, Майк?

— Да, ситуация достаточно неприятная. Мист ничего не забывает. А особенно — покушение на его мужские достоинства.

— Ничего. Я и сама смогу за себя постоять.

— Милая, ни одна женщина не может постоять за себя, в том числе и ты. Будь осторожна.

— Ты очень беспокоишься, Майк? — — улыбнулась Вельда.

— Конечно.

— Ты любишь меня?

— Да. Я обожаю тебя, но если Мист тебя хоть пальцем тронет, я не стану тебя слушать, а поговорю с ним, — улыбнулся я. — Но ведь и ты совсем не похожа на романтическую героиню.

— Не важно.

Вельда сидела напротив меня, широкоплечая, прямая и стройная. Ее черные волосы рассыпались по плечам, как струи водопада, мерцающие ночью в лунном свете. В ней всегда чувствовалось что-то звериное: за внешней мягкостью и грациозностью таились сила и непреклонность. Ее глаза были такими бездонными, что, глядя в них, мне всегда казалось, будто я падаю в пропасть.

— Не важно, — повторял я снова и снова, всякий раз по-разному, и тогда она протянула руку, и наши пальцы встретились.

Парню вроде меня трудно выдерживать долго такой взгляд.

Я мотнул головой, убрал руку и снова взглянул на бумаги, которые дала мне Вельда.

— Не будем отвлекаться, — бросил я. Она тихонько рассмеялась, но я знал, что она чувствует то же, что и я.

— Три имени уже кое о чем говорят. А как насчет трех других?

Вельда склонилась над столом, и я поспешно отвел глаза.

— Николае Раймонд, вероятно, тоже ее старая любовь. Она был близка с ним перед войной. Он погиб в автомобильной катастрофе.

Немного, но все-таки кое-что.

— Откуда эти сведения?

— От Пата. Полиции довольно много известно о Берге Тори.

— Пат и правда роет носом землю, да?

— Следующую фамилию в списке тоже назвал он. Уолтер Мак-Грат — следующий ее любовник. Он содержал ее около года во время войны. Она жила тогда в квартире на Риверсайд-Драйв.

— Он из местных?

— Нет, из другого штата, но частенько бывает здесь, в городе.

— Делец?

— Торгует стройматериалами и сталью. Ему приходилось иметь дело с полицией... — Мои брови вопросительно приподнялись. — Уклонение от уплаты налогов, два ареста за хулиганские действия и одно предупреждение за незаконное ношение оружия.

13
{"b":"25523","o":1}