ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ладно, я тебя уже просил не делать мне одолжений.

Уолли бросил трубку, буркнув еще что-то невнятное. Как видно, возможность любоваться Рондиной не сделала его счастливее.

— Ты, я вижу, попал в хороший переплет, — сказал Эрни.

Я не ответил. Стоял, держа руку на телефонной трубке, и пытался связать концы с концами. Наконец я повернулся к Эрни и заявил:

— Я собираюсь умыкнуть Мартреля из больницы.

— Каким образом?

— Пока еще не знаю, но это необходимо.

— Удачи тебе. Если тебе понадобится что-то особое, дай мне час на подготовку.

— Конечно, приятель. Держи свободной линию на Лондон и следи, не придет ли что-нибудь насчет Валчека. Меня это очень занимает.

— Понял. Поддерживай связь. Ты где будешь?

— В городе. Я позвоню.

— Я буду тут, — сказал он. — Кстати, если понадобится помощь в больнице, у нас там есть два парня, подключенных к этому делу. Высокий рыжий в почтовой комнате — наш человек, а второй обслуживает грузовичок для перевозки продуктов. Полуторатонка голубого цвета с надписью «В.Р. Санитейшн компани», это один из филиалов, которым владеет Грейди.

— Хорошо. Я буду это иметь в виду.

* * *

Я встретился с Чарли Корбинетом за ленчем в маленьком ресторанчике. Я сидел в конце зала и наблюдал, как он взял себе стаканчик выпивки в баре — явно хотел приглядеться и убедиться, что за мной нет слежки, прежде чем подсесть ко мне. Подошел официант, принял заказ и удалился; тогда я сказал:

— Спасибо за помощь.

— Решил, что ты в ней нуждаешься. Я главным образом хотел отрубить хвост, который пришил тебе Рэндольф. Понимал, что ты их засек, но не хотел давать им ни одного шанса. Кто был в такси?

— Парочка киллеров, полковник. Они тоже не хотели давать мне шансов. Что Рэндольф говорил по этому поводу?

Чарли пожал плечами, его обветренное лицо оставалось невозмутимым.

— Он ничего не мог поделать, но, само собой, бесился ужасно. Увидев такси, я сразу понял, что к чему, и убрал его с дороги. Ты просто счастливчик, Тайгер.

— Тебе стоило бы участвовать в этой операции. Такси было украдено?

— За два часа до этого. Таксист зашел перекусить, они угнали машину с того места, где он ее припарковал. Отловить в Нью-Йорке угнанное такси непросто, так что они ни о чем не беспокоились. Они хотели блокировать тебя и взять Рондину, но ты держался о'кей.

Я порылся в кармане и достал фото, которое мне дал Эрни.

— Это парень, который сидел в такси на заднем сиденье. Фото переснято и отретушировано с оригинала, обнаруженного в архиве наци. Крутой тип. Его зовут Спаад Хело.

Откинувшись в кресле, он долго смотрел на меня, потом сказал:

— Это упростит отношения с Рэндольфом. Служба безопасности ищет его долгие годы. Ты это знаешь?

— Угу.

— Его раньше не опознавали визуально.

— Те времена прошли.

— Как тебе удалось?

— Секрет фирмы. Пока остановимся на этом, полковник. Что случилось после того, как вы прижали такси?

— Оба смылись, это было нетрудно. Там рядом вход в метро, они в него нырнули. На платформе полно народу, поезда идут один за другим по расписанию, я не мог их застукать. Коп едва не задержал меня за попытку вызвать аварию. Ушло немало времени, чтобы утихомирить его.

— Следите за Спаадом. Он в городе. Это он убил того таможенника, которого приписывают мне.

— Это не таможенник.

— Что?!

— Я видел рапорт. Тело не опознано.

Мне пришла в голову мысль, от которой стало пусто под сердцем.

— Ты мог бы прислать мне снимок тела этого парня? Достаточно даже головы с близкого расстояния.

— Само собой. Куда послать?

— В «Стэнтон-бар» на Бродвее, пусть оставят у Рона.

— Думаешь что-то раскопать насчет него?

— Возможно. Хочу кое-кому его показать. Если что-то откроется, сообщу тебе. Сделай одолжение, поддержи меня. Нужна верная рука и меткое оружие. Если кто-то из наших людей выйдет из строя, обращусь к тебе.

Глаза его были полузакрыты, пока он слушал меня, и я знал, что он вернулся сквозь время и пространство в прошлое, на годы и годы назад, и он видит во мне то же, что я в нем. Наконец он кивнул, наклонился и похлопал меня по руке:

— Ты достаточно взрослый, чтобы принимать советы?

— Слушаю.

— Оставь Мартина Грейди. Выйди из дела. Хорошо, что у тебя была работа, которую надо делать, и были для этого силы. Хорошо, что ты был один и полон ненависти, но ты изменился, Тайгер. У тебя есть женщина, ты теперь не один.

— Но работу по-прежнему надо делать.

— Пусть ее делают другие. Те, кто одинок и умеет ненавидеть, как ненавидел ты. Они молоды, сильны и обладают всеми способностями, какими обладали мы с тобой. Они достаточно тренированны, опытны и удачливы, они могут заменить нас без особых хлопот.

— Невозможно бросить старые привычки, полковник.

— Если ты их не бросишь, они бросят тебя. Рано или поздно ты станешь думать о Рондине, в то время как тебе надо будет думать совсем о другом, и ты погибнешь. Или погибнет кто-то еще. Я знал такие случаи, знал и ты. Уйди, пока не поздно. Для таких, как ты, всегда найдется место в гражданском мире.

— Не для таких, как я, полковник. Места мне не найдется. Я навсегда останусь в списке "А", за мной всегда будут следить, нравится мне это или нет. Я не смогу перейти ни в одно из ваших агентств из-за таких людей, как Рэндольф. Они не забудут моего прошлого и постараются меня уничтожить. Чтобы оставаться в живых, я должен действовать. Как и ты, друг. Это нечто, чего я не в силах вытравить. В голове у меня имена, места и лица людей, которых я когда-то встречу и распознаю в них врагов, подлежащих уничтожению.

Он не сводил с меня глаз, полных сожаления:

— Ты же собирался уйти до того, как все это началось.

— Так я говорил.

— Но в душе ты так не считал?

— О'кей, я не намерен дурачить тебя или себя. Я написал бы заявление и ушел вместе с Рондиной. Некоторое время мы были бы счастливы, но потом я бы ощутил этот зов, или меня позвали бы, или нашлось бы что-то в еще не закрытом деле — и все рухнуло бы.

— Она этого не примет, ты ведь понимаешь.

— Тогда все будет кончено. Она или примет меня таким, какой я есть, или уйдет. Старый солдат слишком долго служил.

38
{"b":"25532","o":1}