ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Меня интересует Рене Миллс, — повторил я.

— Ты, кажется, в курсе дел. Но какое я имею к этому отношение? Ясно, что я все проделываю за деньги. Радость это небольшая, но я выдержу, пока не найду что-нибудь подходящее. — На какое-то мгновение она забыла о своей ненависти и уставилась в потолок. — Ты, наверное, не поверишь, что когда-то я считалась первоклассной девчонкой. Работала с подругами в Майами и на других курортах, но с тех пор минуло четыре года. Тогда мне было семнадцать, и денег у меня куры не клевали. Вот это были времена!

— Давай все-таки вернемся к Миллсу. Она поморщилась и отхлебнула пива.

— Я тогда здорово поскользнулась, вот он меня и подобрал Меня и Китти. Мы обе тогда находились на краю гибели. Дела шли отвратительно — по сравнению с тем, к чему я привыкла. Но такие минуты, вероятно, бывают у каждого... Так вот, он обеспечил нас квартирой, а мы отдавали ему половину заработка. Должны были рассчитываться. — Она вновь безвольно повела плечами. — Большего нам и не требовалось.

— А почему он вас прогнал?

— Захотел стать большим человеком. Смешно. Вечно носился с какими-то бредовыми идеями — вот его, наверное, и прикончили в связи с этим. Вот он как-то и сказал, что мы можем сматывать удочки, правда, дал нам по сотенной. А у самого ухмылка на физиономии, новые ботинки, часы на руке, которые он стибрил, а потом заложил. Ростовщик Норман заплатил ему тогда восемьдесят долларов за них — должно быть, хорошие часы.

— Почему же он вас выгнал, Роза?

— Откуда мне знать? Неужели ты думаешь, что он объяснил нам причины? Ведь за неделю до этого он выгнал из квартиры и Нэнси Таккио, а ты же знаешь, какие они были большие друзья... Ясно, у него было что-то на уме.

— Почему ты так решила?

Роза протянула руку назад, открыла холодильник и вынула новую бутылку пива, мне не предложила. Откупорив ее, она проговорила:

— Судя по всему, он неожиданно получил деньги, на которые не рассчитывал. Сажу тебе одно: денег он получил много, но не все. Он часто пускался в рискованные операции и повсюду этим хвастался. Но я его знала слишком хорошо и поняла, что на этот раз у него что-то грандиозное. Ведь он не упускал ни цента, если ему представлялся где-нибудь случай.

— И откуда он получил деньги?

Она мгновение помолчала, задумавшись, потом сказала:

— Рене кого-то спрятал в своей квартире. Кого-то, кого он знал.

— С чего ты это взяла?

— Потому что продукты он покупал на двоих, вот с чего. Видела его как-то в магазине, да и старый Поп говорил мне об этом. Вот я и сделала соответствующие выводы. Он там многое покупал. Покупал и водку, которую сам никогда не пил.

— Кого же он прятал, Роза?

— Об этом я его не спрашивала, иначе он залепил бы мне пару оплеух, а при моей профессии...

— Это нежелательно, — закончил я.

— Вот именно.

Я встал и поставил стул на место, а она подняла бутылку и стала пить прямо из горлышка, не сводя с меня глаз. Наконец она спросила:

— Это ты тот легавый, о котором тут сейчас много болтают?

— Возможно.

— Тогда остерегайся Эла Ризе. В последнее время он и Рене здорово прижал. Он знал, что Рене ждал откуда-то деньги. Я видела, как они однажды крупно разговаривали. Слово было за Элом: он знал о Рене что-то такое нехорошее, вот и использовал это в разговоре. Кстати, он тут обо всех все знает. И как только Рене стал сорить деньгами, Эл сразу же пронюхал об этом от своих людей и надавил на Рене... Так что не ошибись в нем. Здесь он только босс квартала, но посмотрел бы ты на его летний домик в Саунде, и на лодку, и на деньги, Которые он тратит на женщин. Размах большой, что твой Аль Капоне. И его здешняя квартира лишь для отвода глаз, чтобы собрать побольше голосов для своей партии, чтобы показать, что он здешний и все его любят. Но знай: у этого подонка пока много влияния и власти.

— Я имею это в виду.

— И он хитер.

— Я — тоже.

— Он жестокий и без совести.

— Я буду действовать сверхжестоко.

— Но он знает о Рене больше тебя.

* * *

Когда я вошел в заведение Донована, там уже собрался кой-какой народ. Главным образом честные граждане и рабочий люд, который любит побаловаться пивком, прежде чем идти домой. Бармен сразу же заметил, как я вошел в зал, и попытался забить тревогу, но брошенный мной взгляд притормозил его прыть. Я направился в дальнюю часть зала, где сидел сам Донован, читая газету. Я отодвинул газету и спросил:

— Где мне найти Эла Ризе?

Его ответ прозвучал спокойно, хотя и несколько натянуто:

— Тут его еще не было.

Я злобно усмехнулся прямо ему в морду.

— Попробуйте справиться у Бенни, — быстро проговорил он и кинул взгляд на часы. — Раньше шести он здесь никогда не показывается.

— Если вы вздумаете позвонить ему и предупредить, что я справлялся о нем, то вам придется пережить несколько неприятных минут. И причем прямо здесь, в ресторане. Поняли, Донован?

— Послушайте, Скаплон...

Я вновь ухмыльнулся, и он меня понял. Выражение моего лица окончательно лишило его мужества.

— Послушайте, ведь мне довольно и своих забот. Не хватает еще, чтобы я...

Я не стал слушать его излияния.

Ресторан Бенни пользовался известностью и находился очень близко. Вы наверняка не раз читали о нем в газетах, если читаете соответствующие разделы. По ночам перед этим заведением стоит дежурный полисмен, а через каждые десять минут мимо ресторана проезжает патрульная машина. Это весьма старое заведение: оно существовало еще во времена сухого закона. Раньше состоятельные мужчины всегда приводили сюда девушек после театра. Ларри и я заработали тут немало долларов, распахивая дверцы машин перед господами во фраках.

Но с тех пор ресторан сильно изменился. Внешний фасад имел впечатляющий вид, перед входом красовался портье, а над входом висел огромный балдахин. На стоянке перед рестораном всегда было много машин, а сейчас особенно. Причина ясна: в Нью-Йорке наступила пора собраний и заседаний, и гости города желали поразвлечься.

Я отчетливо вспомнил, как Ларри высмеивал глупцов мужчин, которые пытались произвести впечатление на своих спутниц щедростью. На этом Ларри тоже немало зарабатывал — на кино ему всегда хватало.

«Вождь краснокожих Бешеный Конь, — подумал я. — Как мне тебя не хватает, брат. Из всей нашей большой семьи твое отсутствие я чувствую болезненнее всего. Эта проклятая война и телеграмма „Пропал без вести“ разлучили нас навсегда. Но ты не много потерял, Ларри. Мир стал совсем отвратительным, и большинство наших общих знакомых уже лежат в могиле. Некоторые ждут своей смерти, а остальные вообще ничего не ждут».

Я вошел в ресторан.

Эл Ризе сидел на табурете в баре, его огромное туловище заняло целый угол. Немного подальше я увидел Лоферта с какой-то симпатичной девчонкой, судя по всему из обслуги бара, а рядом — Уилла Фатера и Стива Лютца. Они молча пили, внимательно рассматривая свои физиономии в зеркале на стене бара. Вечер обещал быть веселым. Собственно говоря, он еще не начался.

Когда я хлопнул его по плечу, он сердито обернулся и хотел было уже наказать человека, осмелившегося нарушить его покой. Но, увидев меня, побледнел.

Я сказал так, чтобы слышали все:

— К стене, жирный мешок с дерьмом! Подними руки, ноги расставь в стороны и никаких лишних движений! Иначе тебя ждут неприятности.

Я показал на кобуру, висящую на поясе, и все поняли, что я не шучу.

После этого я пригласил к стене Лоферта, Фатера, Лютца, и они беспрекословно повиновались, не произнеся ни слова. Я понимал, что все они не носили оружия, но сейчас необходимо использовать все, что возможно. Конечно, завтра Эл Ризе пожалуется в управление, и там поднимется шум по этому поводу, но сейчас я не стал над этим раздумывать. Я хотел доставить удовольствие посетителям ресторана, и я этого добился. Даже служащие открыто смеялись, а Эла Ризе, казалось, вот-вот хватит удар, а я неторопливо и методично ощупал его карманы, затем произвел ту же операцию с другими и наконец отпустил их на свои места. Это привычное для гангстеров дело Элу Ризе было в новинку.

12
{"b":"25536","o":1}