ЛитМир - Электронная Библиотека

— Билли Нейнс как раз пошел туда, посмотреть.

— Кто привез робота? — задал неожиданный вопрос Хукер.

Троица прошла достаточно хорошую выучку, чтоб не показывать удивления.

— Робота, — проронила Чана, и прозвучало это почти как вопрос.

И тут Мако добил ее окончательно.

— Вы же получили инструкции... координировать все свои действия со мной, — произнес он эти слова холодным и жестким тоном.

— Я думала, ты вышел из дела, — заметила после паузы Чана.

— Так и есть, — ответил Хукер. — Но право выбора осталось за мной.

— Робот — эта идея Компании, — пояснила Чана. — И эта группа будет подчиняться нам. Выполнять все наши приказы.

— Какие именно?

На сей раз Бергер, Ли и Чана одновременно посмотрели на Джуди Дюран и промолчали. Хукер усмехнулся, затем поднялся из-за стола.

— Пусть присутствие Джуди вас не смущает, ребята. Она любого из вас за пояс заткнет. — Он взглянул на свою спутницу и добавил: — Пошли, куколка.

Элли как-то странно глянул на Мако, затем подвел Джуди к столику возле бара и попросил официанта приготовить два кофе вместо обычного пива. Он видел, как в другом конце зала Чана оживленно обсуждает что-то с двумя своими спутниками, но о чем там шла речь, разумеется, не знал.

Джуди заметила этот его взгляд и спросила:

— Какой такой робот?

Элли поставил чашки с кофе на столик, одобрительно подмигнул Мако и отошел.

— Для подводных исследований, — ответил Хукер.

— Зачем?

— Затем, что одно американское Агентство хочет знать, что здесь происходит. Робот спустят под воду, и он начнет передавать телевизионные картинки всего, что творится на дне. На борту у них имеется и другое электронное оборудование, позволяющее следить за всеми движущимися под водой объектами.

Джуди смотрела на него внимательно, по выражению ее лица было ясно, что сказанное Мако ей не совсем понятно. Она отпила глоток кофе, поставила чашку на стол.

— Можно тебя спросить?

— Валяй.

— Ты ведь хорошо знаешь этих людей, верно?

— Только Чану. Но хорошо представляю, что за люди остальные двое.

На лице ее отразилось недоумение.

— Билли говорил... ты вроде бы человек городской?

Хукер молча пожал плечами.

— Ты хороший рыбак. — Он промолчал, и тогда она добавила: — Откуда у тебя эти странные шрамы?

— Я был на войне.

Она сделала паузу, вновь отпила глоток кофе.

— А ты... можешь сказать, на какой именно войне?

— Зачем это тебе?

— Затем, что все вокруг, похоже, рушится. Куда ни глянь, происходят вещи, которых я просто не понимаю...

— Джуди... я агент. Работаю на правительство.

Глаза ее расширились.

— О... — она помолчала, затем спросила: — ФБР?

Он еле заметно улыбнулся.

— Моя работа носила очень закрытый характер. Во всем соблюдалась крайняя осмотрительность, но всего, как известно, не предусмотришь. Наша работа... она порой бывала смертельно опасна. — Хукер перестал улыбаться. Он не сказал ей вроде бы ничего и вместе с тем сказал все.

— Смертельно опасна... — прошептала Джуди.

Мако понял, она думает о шрамах. Наверное, Билли рассказал ей о них.

— Не для меня, — добавил он. — Пока что нет.

Джуди пыталась осмыслить эту информацию, затем спросила:

— Кто ты теперь, Мако?

— Рыбак, — ответил он. — Уже давно расстался с Агентством. А здесь оказался по чистой случайности.

— Но мне показалось... ты говорил со своими друзьями, как главный.

Мако мрачно кивнул.

— Я сказал, что расстался с Агентством. Но это вовсе не означает, что они отпустили меня. Знаешь, в такой работе, как наша, они всегда держат тебя на поводке. И поводок этот, как провод, находится под током. Так что в любой момент они могут вновь привести тебя в действие, хочешь ты того или нет. И это совсем не то, что работать от восьми до пяти, брать отпуск, как все нормальные люди. Это всегда с тобой. Нет, иногда они тебя отпускают, зализать раны. Дают время чуток отдышаться, прийти в себя, а затем снова прибирают к рукам. Когда настанет час, когда ты вдруг им понадобишься, им достаточно лишь подтолкнуть, и ты вновь закрутишься в этом колесе.

— Так ты теперь опять крутишься, да, Мако?

— Ни в коем разе.

— Чем же тогда занимаешься?

— Просто наблюдаю, куколка. Смотрю, прикидываю, что и как. Никто, похоже, этого не понимает, но все игроки вышли на поле, приготовили мяч к большой игре, однако ни один из них не уверен, что эта самая игра началась по-честному. Рано или поздно мяч отскочит от чьей-то ноги, вылетит за пределы поля. Тут-то я его и подхвачу и помчусь вперед, как ветер.

Джуди нахмурилась.

— Что-то я не совсем понимаю...

— Без мяча нет игры, — пояснил он.

— А что представляет собой этот мяч? — спросила она.

— Пока не знаю, — усмехнулся он в ответ. — Но скоро выясню. Первым делом не мешало бы посмотреть на днище лодки Вилли. — Они вышли из бара и направились к пирсу.

Толпа зевак заметно поредела. Вилли и два плотника стояли на поперечных балках и осматривали густо заросшее раковинами и кораллами днище судна, пытались отколупнуть хотя бы часть слоя этих органических образований с правого борта. Никаких следов зубов на днище видно не было, ни характерных царапин через равные интервалы, ни вмятин, ничего. Но в толстом дереве зияла дыра диаметром примерно фута в три. Такое повреждение судно могло получить, лишь напоровшись на некий острый и твердый предмет. Подобные «шрамы» остаются иногда на днище, когда лодку вытаскивают на берег или когда она натыкается на частично погруженный в воду лаг.

Тут Хукер вдруг увидел Билли. Тот вынырнул из-за кормы поврежденной лодки, подошел к Вилли, сунул пальцы в дыру, прощупал ее края. Похоже, удовлетворился увиденным, но на лице все еще оставалась тень сомнения. И вот наконец он заметил Мако, махнул ему рукой, затем перепрыгнул на настил, где стояли Хукер с Джуди.

— Ну, что скажешь, Билли?

— Кто-то ударил старину Вилли.

— Да, согласен. Но кто бы это мог быть?

— Дерево очень гладкое, — нехотя ответил Билли. — Прямо как кожа младенца. И следов от зубов не видать.

— Да забудь ты об этих зубах, Билли.

— Что-то очень большое... тяжелое и крепкое, словно железный якорь. Его протащило вдоль днища.

— Но Вилли не бросал якорь и не поднимал его. Там глубина две тысячи футов, — напомнил ему Мако.

— Да, — просто ответил Билли.

— И якоря не плавают.

— Да, — снова ответил он.

— Может, это отметина от одного очень большого зуба? — шутливо предположил Хукер.

Билли так и просиял. Этот вариант сценария устраивал его куда как больше, и еще он не смотрел знаменитый фильм «Челюсти». — Да, один большой зуб! — радостно закивал Билли.

— Буду иметь это в виду. Ну а сети ты видел?

— Конечно. Вы тоже можете посмотреть. Один большой острый зуб, вот что это было.

Джуди ткнула Хукера кулачком в бок.

— Зачем ты внушаешь ему эти дурацкие мысли?

— Нет, с Билли Брайтом такая штука, как внушение, не проходит. Он знает то, что знает, и никому на свете не удастся его переубедить. Считает, что где-то там плавает монстр, пожирающий лодки, и до тех пор, пока мы не представим ему самые веские доказательства противного, с места его не сдвинешь.

— Как думаешь, хороший получится фильм?

Хукер погладил ее по спине.

— Ты бы против этого не возражала, верно?

— На «Лотусленде» есть все необходимое, чтоб снять такой фильм. Так зачем упускать возможность? Ты бы не упустил, верно?

— Все зависит...

— От чего?

Хукер замедлил шаг, потом остановился и огляделся. Этот благословенный край оставался в девственной неприкосновенности. Программа развития его еще не коснулась. Никаких признаков эксплуатации со стороны американских денежных мешков. Океан тоже чист, не испещрен бесчисленными спортивными яхтами, прогулочными катерами, круизными лайнерами, прочими экзотическими средствами мореплавания с барами, отделанными красным деревом и украшенными гирляндами разноцветных лампочек. Все дышит естественностью, даже каким-то примитивизмом. Да и как может быть иначе в местах, где ручной насос для откачки воды из трюма считается верхом технической мысли. Здесь царит тишина, не гудят автомобили, не гремит из баров и радиоприемников музыка в стиле «рэп». Люди радушны и вежливы, всегда готовы прийти на помощь, а если кто-то из них ведет себя иначе или вдруг совершит неблаговидный поступок, он тут же объявляется островитянами изгоем и должен куда-то переехать, если хочет жить дальше.

24
{"b":"25540","o":1}