ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Все равно. Мне нечего вам...

Я перебил его:

— Тогда я просто хочу узнать, что ты думаешь.

Ральф нервно дернулся и с опаской осмотрелся, но в это время в баре никого не было.

— О чем бы, например?

— Ты помнишь тот вечер?

Он пожал плечами и хмуро произнес:

— Конечно, помню, как вы накачались...

— Не совсем так.

— Что значит не совсем так? Я же вас видел...

— Ты видел, что я накачался, а не как накачивался. Есть разница! Ты сам-то помнишь, что мне подавал?

— Еще бы! Две порции виски с джином. И я знал, кто вы такой, потому что ваши портреты до этого частенько появлялись в газетах.

— Две порции виски не могут сделать меня пьяным, старина. А сюда я пришел трезвым. Что ты еще знаешь?

Мои слова ему явно не понравились, и я уточнил:

— На суде ты сказал, что я пил три часа, до самого закрытия. А на самом деле ты видел только две порции виски.

— Слушайте, мистер Реган, пьяные люди — моя специальность. Если я вижу пьяного, я вижу и то, как...

— Да как могло получиться, что я опьянел с двух рюмок, приятель!?

Ну-ка объясни!

Жилы на его шее вдруг вздулись, он покраснел и тяжело задышал.

— Ты что, с ума сошел!? Ты действительно думаешь, я тебе что-то подмешал в виски?

— Я ведь прекрасно помню, как подходил к одному столику. Там я посидел со Стэном-Карандашом, мы говорили о всякой всячине и он даже дал мне несколько толковых советов, а потом подвел к другому столику и познакомил с несколькими твоими постоянными клиентами.

— Нет, не так. Вы сидели с Попи Льюисом и Эдной Роллс. Это люди искусства.

— Я не хуже тебя знаю, приятель, кто они такие. — После короткого молчания я спросил:

— Кто обслуживал этот столик?

— Шпуд... это его столик. Но я уверен, что и он вам ничего не подмешивал, мистер Реган. Старина Шпуд работает в нашем заведении уже десять лет, да и вообще всю жизнь прожил в нашем квартале. Шпуд на такое никак не способен.

— Я никого из вас не подозреваю, Ральф. Я всего лишь навожу необходимые справки. А ты случайно не помнишь ту рыжую женщину, которая подсела к нашему столику?

Ральф недоуменно пожал плечами и заметил:

Кто же обращает внимание на рыжих? Они тут десятками толкутся. Нет, я не в курсе.

— Но эта женщина, оказывается, помогала мне сесть в такси и даже заплатила за меня таксисту сразу за всю поездку. К тому же она не из ваших завсегдатаев.

— Если она не подсаживалась к стойке, я вообще мог ее не заметить.

— Позови Шпуда.

— Прямо сейчас? — Ральф укоризненно покачал головой. Было видно, что ему неприятно. Тем не менее он прошел в конец стойки, заглянул в подсобку и поманил там кого-то.

Через минуту оттуда появился седой официант в засаленном фраке.

Увидев меня, Шпуд улыбнулся и выжидающе замер. Он узнал меня, только взглянув еще раз, и вопросительно уставился на Ральфа. Бармен передернул плечами и кивнул в мою сторону.

— Вы помните меня, Шпуд?

— Да, сэр.

— И помните компанию, в которой я сидел в тот вечер?

Шпуд слегка повел плечом.

— Плохо... Очень плохо. В тот вечер было слишком много народу, просто ужас.

— Но ведь у вас были причины хорошо запомнить именно нашу компанию.

Пусть даже за другими столиками сидели более значительные посетители. Я имею в виду то скандальное дело.

Я замолчал и внимательно посмотрел на него. Шпуд смущенно переминался с ноги на ногу.

— Вообще-то я уже и сам об этом подумывал, — наконец сказал он, еще больше смущаясь.

— Так кто же там был?

Некоторое время он смотрел на меня неподвижным взглядом, после чего сообщил:

— Попи, Эдна, потом еще заявился Майлс Генри с двумя картинами, на которых был нарисован Попи. И он их купил. А потом посмотреть на них к вашему столику подошли еще другие.

— Картины я и сам помню. Но это, кажется, последнее, что я запомнил.

Было совершенно ясно, что седой официант не поверил ни единому слову.

Прищурив глаза, он смотрел на меня с откровенным недоверием.

— Как вам показалось в ту минуту, трезв я был или пьян?

— У меня тогда совершенно не было времени присматриваться к каждому посетителю, а люди, когда целый вечер пьют спиртное, конечно, не становятся трезвее. Глянешь на них раз-другой — и ладно, а то и сам начнешь пить. Как ни откроешь газету, так каждый день: пьяный водитель задавил пешехода, или кто-то под газом убил жену, а то и ребенка... А что касается вас, то я, к сожалению, ничего не могу припомнить. Позднее, правда, мне пришло в голову, что вы были пьяны, но вели себя спокойно, а это как раз тот случай, когда пьяного надо опасаться больше всего. Выпей вы еще немного, вы бы наверняка взорвались. Я уже имел дело с людьми такого сорта, так что теперь я всегда начеку. А потом вы действительно напились, и напились основательно, так что даже на ногах не держались. И все над вами потешались.

Речь Шпуда оказалась довольно длинной, хотя и не очень связной, поэтому мне пришлось некоторое время поразмыслить над следующим вопросом.

— Кто это «все»?

Он снова неопределенно пожал плечами.

— Как можно что-нибудь сказать, когда у столика толпится столько народу?

— Но вы их знаете?

— Стэн-Карандаш ушел в другой ресторан, что-то там связанное со ставками. Попи и Эдна к концу были у шефа. Потом вокруг вас были какие-то люди, я их даже не знаю. Так ведь часто бывает во всех ресторанах приходят с одним, а потом рассиживают совершенно с другим.

— А кто за все расплачивался?

— Каждый за себя. У всех лежали перед собой деньги, у вас тоже.

— А вы не припомните рыжеволосую женщину, у которой сумочка похожа на футляр от бинокля?

— Конечно, помню, — ответил Шпуд, не задумываясь.

Я не стал его перебивать, а дал ему все хорошенько вспомнить.

— Эта женщина выглядела роскошно и буквально висела на вас. А потом, когда мы стали закрываться, она повела вас к такси.

— А кто она такая, вы знаете?

Я почувствовал стеснение в груди, и во рту сразу пересохло. Как можно более спокойно я еще раз настойчиво спросил:

— Кто она такая?

Стеснение в груди тут же исчезло, и я чуть не выругался, когда он, пожав плечами, ответил:

— Понятия не имею. Я видел ее первый раз.

Я вытащил из кармана четыре доллара и дал им обоим по два.

— Ну что ж, спасибо и за это. Но если увидите эту женщину, звоните сразу мне. Телефон в справочнике.

Ральф небрежно кивнул, а Шпуд на секунду задумался, поигрывая деньгами, а потом решительно заявил:

— Мистер Реган!

— Да?

— Я думаю, вы не могли убить того человека.

— Почему?

— Я ведь всю жизнь имею дело с пьяными и прекрасно знаю, когда и на что они способны. В том состоянии вы бы и прицелиться не смогли как следует.

— То же самое я пытался растолковать присяжным, Шпуд.

Но у него, похоже, было еще что-то на душе, и он не знал, как бы ему лучше сказать. Наконец он выдавил приглушенным голосом:

— Мне довольно часто доводилось встречаться с коррупцией в полиции, мистер Реган, и я ненавижу таких полицейских...

— Ну и дальше?..

— Вы брали у Маркуса какие-нибудь деньги?

— Конечно, нет! Мне их просто кто-то подсунул.

На лице Шпуда мгновенно появилась улыбка.

— А какого ответа вы ждали от меня? — поинтересовался я, глядя ему в глаза.

— О, я сразу же заметил бы, если бы вы солгали. И теперь я обязательно позвоню вам, если увижу ту женщину.

Я поблагодарил его, подумав, что друзей можно найти в самое неожиданное время в самом неожиданном месте.

Я проводил Шпуда взглядом, когда он медленно побрел обратно в заднюю комнатку, и направился к подземке.

Глава 2

Мы с Джорджем Лукасом выросли вместе на одной улице, и все говорило о том, что раньше или позже он превратится в настоящего гангстера. Но неожиданно он крепко задумался над своей жизнью и, видимо, пришел к выводу, что риск и издержки профессии гангстера слишком велики. Тогда он бросил такую жизнь и пошел учиться. Хотя учеба и не давалась ему, он приложил все свои способности и максимум усилий и сделался адвокатом. Но вид у него как был, так и остался бандитский, да и вел он себя иногда, как настоящий бандит.

4
{"b":"25544","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Зависимые
Призрак
Один против Абвера
Мечтать не вредно. Как получить то, чего действительно хочешь
Белый квадрат (сборник)
Внутренняя инженерия. Путь к радости. Практическое руководство от йога
Крампус, Повелитель Йоля
Бывший
Пообещай