ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Византийская принцесса
Кровь, пот и пиксели. Обратная сторона индустрии видеоигр
Мечтать не вредно. Как получить то, чего действительно хочешь
#Карта Иоко
Любовница без прошлого
Будь одержим или будь как все. Как ставить большие финансовые цели и быстро достигать их
Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса
Брачный контракт на смерть
Академия черного дракона. Ведьма темного пламени
A
A

— В общем, не волнуйся, я сам его вздул. Но проверь, все ли на месте. Педерастам нельзя доверять.

— Хорошо.

Я хлопнул его по плечу и бросил брезгливый взгляд в сторону дежурного. Тот отвернулся с нервным смешком. Все мои вещи оказались на месте, но видно было, что их трогали. Ничего, я потом разберусь с этим парнем, да так, что у него навсегда пропадет любопытство.

Я позвонил вниз, успел застать Эймса, пока он еще не ушел, и попросил соединить меня с Питером-псом. Тот был в полусне, и я минуты две втолковывал ему, что именно мне нужно. Я хотел, чтобы он сообщил моим друзьям о похищении Карин Синклер из больницы. Нью-Йорк — город большой, что бы вы ни делали, всегда кто-то это видит, трудно лишь собрать показания очевидцев и сложить их в единую картину. Среди этих очевидцев наверняка есть верные мне люди. Питер обещал все разузнать, после чего я повалился на кровать и погрузился в сон.

Когда я проснулся, шел дождь. Мои часы показывали десять минут шестого; в эти дождливые сумерки учреждения уже начинали пустеть, и вечерняя публика заполняла такси и метро. Я умылся, побрился, оделся и направился к Гранд-Каньону.

На углу я купил газету и на ходу просмотрел ее: меня интересовало, не нашли ли труп Флая. Я готов был поспорить, что нет, и, судя по отсутствию какой бы то ни было информации на этот счет, был прав. Я подобрал какую-то коробочку, упаковал туда найденный накануне героин и послал по почте Ньюболдеру (на адрес полицейского участка). Надеюсь, им не составит труда по налипшим на пакетик крошкам кофе определить, откуда это взялось. У них там есть специальные ребята для такой работы, пусть покажут, на что способны.

Киоск Питера-пса мог служить ему прикрытием для чего угодно. Он всегда знал, кто под колпаком, кто и где прячет краденое, и если кто-то из его знакомых скрывался от полиции, он всегда был готов переправить ему весточку. Наш брат заботится о себе подобных. Я увидел его в тот момент, когда он вышел из киоска купить себе в ближайшей закусочной бутерброд. Я примостился на табурет рядом с ним.

— Какие новости, Пит? — спросил я и заказал себе кофе.

— Судя по всему, тебе попалась на этот раз крупная рыба. Хорошо еще, Ирландец, что у тебя есть друзья. Ты помнишь Милли Слейкер?

— Конечно, она все прежним занимается?

— Да. Так вот, она как раз уходила от клиента, и в этом месте они остановили свою «скорую помощь». Она видела, как эти парни оттуда вышли и подались на угол, где другая машина их ждала. Милли снова ушла в подъезд, потому что парни эти ей очень не понравились, но оттуда она слышала, как один другому сказал, что надо остановиться у «Биг Топа», что-нибудь перекусить и уже потом возвращаться. Тогда только Милли наконец ушла, но я говорил с ребятами из «Биг Топа», и Максин Чу их вспомнил, потому что оба они иностранцы. У Максина работает официантка, которая немного понимает по-польски, и она говорит, что вроде они упоминали заведение Мэта Кавольского, внизу у моста. И они еще будто бы спорили о том, идти ли им сейчас и подсчитать свои расходы или еще подождать. Потом она отошла прислуживать, а когда вернулась, то они уже обо всем договорились и ушли. Я еще посылал Бенни к Мэту, но к тому заходит много моряков с иностранных судов, и поэтому он не примечает новых людей, к тому же он всегда занят по горло и ему некогда с ними разговаривать.

— А ты не просил Милли их описать? — спросил я.

— Что я, немой, что ли? — возмутился он. — Конечно просил. По ее словам, один из них совершенно обыкновенный парень, ничем не отличающийся от других, кроме того, что у него отрезано пол-уха. Максин, наверное, видел его с другой стороны. Другой же выглядел сущим бандитом: грубый, с переломанным носом и так далее. Понимаешь?

— Кажется, да.

— И пойдешь туда?

— Ночью. Постарайся послать туда кого-нибудь из наших.

— Обязательно. Их, правда, придется поискать, но я уж постараюсь. Но только долго не тяни. Им ведь всем тоже надо зарабатывать себе на жизнь, а на чужой территории, сам знаешь, ничего не сделаешь.

Я посмотрел на часы:

— Уже пора спешить, — и бросил доллар на стойку. Вдруг Пит схватил меня за локоть:

— Послушай, Ирландец, а что, Большой Степ вроде помягчел?

— То есть?

— Карин сказал, что он ослабил контроль за Флаем. Может, он не злится больше на него? Ведь Мартино был поставлен у его квартиры, чтобы Флай не мог попасть домой, а теперь Мартино исчез.

Я мысленно стал складывать кусочки, и картина начинала вырисовываться. Наутро, придя в кофейню, Тарбуш обнаружил там труп Флая и тут же связался с Эрни. Конечно, они заметили пропажу героина, но у них не было времени на размышление. С помощью Большого Степа они переправили труп в квартиру самого Флая, чтобы его нашли именно там. При дневном свете это была задача не из легких, но вполне выполнимая. И как раз сейчас Эрни остался наедине с проблемой исчезновения его наркотиков. Жалко, что в спешке я не успел обчистить этот склад поосновательнее.

— Ты ошибаешься, дело совсем не в том, что он перестал злиться. Ну ладно, пока. Увидимся попозже, — сказал я.

— Пока, до встречи.

К тому времени, когда я добрался до притона Кавольского, уже совсем стемнело. Здесь, на перекрестке неподалеку от реки, было грязно, пахло канализацией, несвежим пивом и просто сыростью, но зато место было очень удобное, и сюда приходили все: и сотрудники близлежащей газеты, и портовые моряки, и рабочие с расположенной поблизости стройки. Я не бывал тут уже лет пять и не рисковал быть узнанным кем-либо из завсегдатаев, а сам Мэт старого приятеля никогда не подведет.

Я заглянул на кухню и застал там Мэта одного. Не было никакой необходимости рассказывать ему все сначала. Прежде чем я задал свои вопросы, он сказал:

— Голубой фургон и седан последней модели — около типографии Морта Гильферна.

— Это тот, что издает какую-то коммунистическую газетку?

— Да, и раздает ее морякам бесплатно, нарочито нарывается на неприятности, призывает к забастовкам в порту и поддерживает самые оголтелые профсоюзные лозунги. Я его на порог не пускаю с тех пор, как он вышел первого мая на демонстрацию. Выдает себя за либерала, но я-то знаю, кто он на самом деле.

— Откуда ты знаешь?

— Билли Коул говорил. — Тут он обернулся на полуприкрытую дверь и утер пот со лба. — А этот парень с отрезанным ухом...

— Что он?

— Билли видел, как он вылезает из машины. Он уже там и раньше бывал, по словам Билли.

— Спасибо, Мэт.

— Надеюсь, из-за тебя здесь не будет неприятностей.

— Не беспокойся.

— Но если надо, то давай. Здесь найдется кому тебе помочь. Да еще пришли ваши, с Аптауна, они тоже помогут.

— Если кто понадобится, я позову.

— Что-то я не припомню, чтобы ты когда-нибудь просил о помощи, — проворчал он и пошел мыть кастрюли.

Теперь на улице был уже самый настоящий ливень. Туман рассеялся, но огромная темная туча нависла над городом. Ручьи текли по обочинам, у водосточных решеток были самые настоящие водовороты, а из-под колес проезжавших по мостовой автомобилей вылетали огромные фонтаны. Все звуки слились. Трудно было бы даже различить гудок буксирного судна с реки и сигналы фрахтовщиков с доков, а самолеты, идущие на посадку в Ла-Гардию и Интернэшнл, жужжали не громче пчелы.

На улице было пусто. Если здесь и были люди, то они прятались от дождя в подъездах или где-нибудь под навесами, раз уж им не хватало средств переждать ливень в одном из кафе. От Мэта я вышел один, слегка покачиваясь, чтобы больше походить на пьяного, который якобы не замечает дождя: плащ нараспашку, шляпа набок. Конспирации ради мне удалось даже поблевать. Получилось очень удачно. Ради такого дела я немного дольше, чем следовало, задержался у старого склада, где Морт Гильферн устроил свою типографию, и внимательно осмотрел это здание. Окна были наглухо замазаны краской, и я не сомневался, что двери заперты. На одном из окон было написано имя Морта, и по ярко-желтому цвету царапины на краске можно было догадаться, что внутри горит свет.

13
{"b":"25549","o":1}