ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За моей спиной женский голос сказал:

— Флай, зачем ты притащил его сюда? Свихнулся, что ли?

Нервный, противный мужской голос ответил:

— Тебя не спросил. Для чего, ты думаешь, Большой Степ меня там оставил? Он заметил, что этот парень что-то стянул. И вряд ли ошибся, в этом можешь быть уверена.

— Но Большой Степ вовсе не собирался тащить его сюда. Зачем ему это нужно? Они все собирались куда-то в Джерси.

— Собирались-то собирались. Но кто знал, что этого ублюдка на улице поджидали вооруженные дружки. Два парня и девка начали пальбу. Карл с Моу сразу и не сообразили, что это его шайка, и дали им уйти. А тут еще двое легавых выскочили, и черт знает что началось. Я такое последний раз видел в Гаване еще до Кастро.

— А мне на все это плевать, — не унималась девица. — Унеси его отсюда куда-нибудь подальше.

— Только не я, Лиза, только не я. Думаешь, Большому Степу он больше не понадобится? Сначала они Пенни замочили, а теперь вот Крошка Степ, да еще Карл с Моу. Большой Степ хочет сам расправиться с этим ублюдком, и я бы не советовал ему мешать, а то еще самим не поздоровится.

— Но, Флай, послушай, прежде всего легавые пойдут по всем хазам Большого Степа и конечно же явятся сюда. И что хорошего, если этот останется здесь? Зачем Большому Степу навешивать на себя еще и киднеппинг? От той стрельбы он как-нибудь отмажется, докажет, что был тогда где-нибудь в другом месте, а с этим что делать? Тут не отвертишься.

Тот, кого она называла Флаем, отпихнул ногой стул и прошелся по комнате. Я узнал этого парня. Шпана с Ист-Сайда, вечно на побегушках у братанов Стипетто, подторговывает наркотиками, но без особого успеха.

— Так что же делать?

— Сходи за машиной, — посоветовала Лиза. — Отвезем его обратно и подождем, что скажет Большой Степ.

Флай явно обрадовался, что решение уже принято за него. Он что-то буркнул в знак согласия, подошел ко мне и за подбородок поднял мое лицо. Я решил не открывать глаз, и все сошло неплохо.

— Эй, Райен, жив? Давай, давай веселее, приятель. — Затем он двинул меня в челюсть, но это ни к чему не привело, разве только я мысленно поставил очередную галочку в списке его прегрешений. — Ну, не прикидывайся. Слышишь меня, Райен?

— Оставь его, — распорядилась Лиза. — Ты и так уже живого места на нем не оставил.

— Верно, черт побери. Но это — крупная птица. Видела, какой у него пистолет?

— Видела, видела, успокойся, — скучающим тоном подтвердила Лиза.

— А еще у него была капсула с героином. Это тебе известно?

На этот раз голос Лизы звучал более заинтересованно:

— У него? Вот уж не думала, что он этим занимается.

— То-то же! Лежала в нагрудном кармане.

— Да, он всегда был нервным. Теперь ясно почему. Он такой же, как все. Кололся, чтобы быть в форме.

— Ну, с этой штуковиной ему придется расстаться. У меня уже зелье кончается, а если мы с ним тут будем долго чикаться, я не успею подскочить к Эрни Сауту. — С этими словами он отпустил мою голову, и я дал ей свободно упасть.

Нечего сказать, в хороший переплет я попал. Из огня да в полымя. Удачно выбравшись из кафе, угодил прямо в притон к наркоманам.

«Думай, думай, парень, — твердил я себе. — Думай как следует. Хоть и порядочно времени утекло с тех пор, как ты корпел над книгами в колледже, но сейчас самое время напрячь все свои умственные способности. Сейчас против тебя всего лишь грязный наркот с девкой из команды Большого Стипетто. Насколько это серьезно?»

Достаточно серьезно. Прежде чем я успел напрячь свои умственные способности, Флай сзади огрел меня чем-то по голове, я едва услышал звук удара металла о череп, и снова меня накрыла тьма.

* * *

Когда слух, чувствительность и зрение вновь ко мне вернулись, острая боль пронзила мне спину. Несколько секунд болело все, после чего боль локализовалась в самой верхней части позвоночника, у основания головы. На этот раз я лежал на полу, руки завязаны сзади, ноги согнуты так, что лодыжки касались пальцев рук. В старые добрые времена поверх еще натягивали петлю, чтобы при каждом движении связанный имел возможность задушить себя насмерть.

— Кажется, он очухался. Эй, Райен, ты о'кей? — донесся из соседней комнаты голос Флая. Я грязно выругался.

— Видишь, я же сказал, что он очухался. Не знаю, какого черта ты так волновалась. Все равно Большой Степ его укокошит. А теперь сторожи его и никуда не уходи, поняла?

— Ни за что здесь не останусь.

— Может, ты хочешь, чтобы этим занялся Большой Степ? Он-то уж тебе разукрасит физиономию, свои не узнают. Думаю, никто сюда не сунется, а если все же придут, то лучше тебе быть здесь.

— Но ты постарайся побыстрее, — буркнула Лиза, явно недовольная всем происходящим.

— Не говори глупостей. Большой Степ торопиться не любит. Сначала мне надо его разыскать, и вряд ли он сильно обрадуется, когда меня увидит. Когда Крошку Степа замочили, он сюда на крыльях несся, а сейчас спешить не будет, хочет посмаковать расправу... Так что сиди спокойно и жди.

Не сказав больше ни слова, Флай ушел. А я остался лежать на полу, бессмысленно глядя на узкую полосочку света над дверью. Вдруг комната осветилась болезненно-ярким светом.

— Ну, Райен, и хлопот же с тобой, — пожаловалась Лиза.

Когда-то Лиза Вильямс была красоткой. Она солировала в «Копа», сыграла в двух мюзиклах на Бродвее и готовилась попытать счастья в Голливуде. Она и сейчас была хороша. Мало кто из молоденьких мог бы соперничать с ней фигурой. Полногрудая, широкобедрая — особый сексуальный тип, глаз не отвести, как от красивой статуи. Но лицо лучше не разглядывать, сразу видно, что с ним что-то случилось Может быть, последствия автокатастрофы, а может — грубого мордобоя. Стипетто-старший не любил, когда его пассии загуливались на чужих дворах. Но и на его дворе тоже бывало несладко.

— Привет, Лиза, — сказал я. — Давненько мы с тобой не виделись.

— Да ты скажешь, не так уж много времени прошло. — Она замолчала, взглянув украдкой на свои руки, и потом как бы невзначай спросила:

— И чего ты связался с Большим Степом?

— А я и не знал, что с ним связался.

— Знаешь, Райен, он очень старомоден. Всякий, кто тронет его братишку, отвечает перед ним самим. Зря ты его кончил.

— Послушай... но я же этого не делал.

— Ох, Райен...

Я глубоко вздохнул, задержал дыхание и слегка потряс головой, чтобы лучше думалось.

— Пенни Стипетто последнее время так себя вел, что просто просился под пулю. Он полез ко мне, и, несомненно, я бы сам его рано или поздно прикончил. Но кто-то меня опередил. Так что я тут ни при чем.

— Райен... но я...

— Забудь об этом, крошка.

Она смотрела на меня, прикусив нижнюю губу.

— Не могу я забыть. Я помню... и все то...

— Ну хорошо, тогда и не старайся.

— Ох, непросто это.

— А ты постарайся.

— Какой ты, Ирландец, суровый. Может, я просто не хочу оставаться в долгу. Тебе это в голову не приходит? Ведь это ты не дал тогда этому психу Доу Венцелю убить меня и сам получил пулю, черт возьми.

— Послушай, — сказал я, — забудь, наконец, об этом. Ничего ты мне не должна.

В этот момент мне судорогой свело мышцы, и я весь изогнулся под веревками. Минуту не мог двинуться и лежал скрюченный.

И вот она уже на коленях и, рыдая, развязывает узлы. Когда наконец я освободился, наслаждение было слишком велико. Прежде чем я смог спокойно сказать «спасибо», некоторое время молча лежал на полу, постепенно приходя в себя.

— Не понимаю, перед кем я притворялась... — начала Лиза.

И в то же мгновение оба мы услыхали звук открывающейся входной двери. Я быстрым жестом заставил ее отойти и прислушался. В соседнюю комнату с шумом вошел Флай; он тяжело дышал, голос его дрожал от возбуждения:

— Я сразу же дозвонился до Большого Степа. Черт побери, он едет сюда сам. Слыхала ты... са-а-ам! Черт побери, мы тут повеселимся... Этот уж все свое получит сполна. Прямо здесь, минут через пять. Черт, сейчас я ему сообщу новости!

3
{"b":"25549","o":1}