ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Понимаю, глупышка. Это видно по твоему лицу так же, как и по моему.

Она подняла на меня глаза.

— Да, констатировала она. — Это заметно.

Мы рассмеялись. Я почувствовал себя школьником.

— А теперь поговорим серьезно, прежде чем поеду в контору.

— Твой визит имеет все-таки какую-то цель, не так ли? Как это ты угадала?

Она покровительственно похлопала меня по плечу.

— Сколько раз я тебе говорила, что я психиатр и привыкла изучать людей. Особенно, — закончила она кокетливо, — когда есть причины интересоваться этими людьми.

— Я пришел к тебе узнать, что ты можешь сказать о Халле Кингсе?

Этот вопрос вернул ее на землю.

— Я ожидала этого, услышав твой рассказ о событиях последней ночи, — сказала она. — Халл Кинге изучал медицину, а ты говорил, что он, прикрываясь этим, поставлял девушек в дома терпимости. Необычные методы, не так ли?

— Не совсем. Чтобы довести этих бедных девушек до крайности — нужно удалить их от дома, а потом постепенно толкать по наклонной плоскости. Потом их прижимают и угрожают сообщить полиции об их подпольной деятельности. Что им остается делать? Обратного хода для них нет... Остается единственная возможность. В этих домах они, по крайней мере, не голодают, зарабатывают неплохие деньги и не спят на улице. Перейдя эту грань однажды, вернуться назад нельзя. Такие методы требуют больших затрат времени, но результаты говорят сами за себя. Благодаря этим методам Халлу Кингсу удавалось поставлять девушек в дома терпимости, избегая серьезного риска.

— Понимаю, — ответила она. — Я познакомилась с ним на одной студенческой конференции по психиатрии в одном из колледжей и выбрала его вместе с несколькими другими, давая возможность на практике изучать мои методы лечения. Халл оказался способным учеником. Я приписывала его успехи врожденным способностям, но учитывая, что он учился на одном курсе много раз, то мог чему-то и научиться за это время.

— Понятно, — прокомментировал я. — Как он жил?

— Когда он бывал в городе, он жил в доме неподалеку от моей конторы. В колледже он жил в общежитии. В конце каждой недели он приезжал ко мне в клинику и жил тогда у Калека. Он настолько был поглощен своей учебой, что никогда не говорил ни о чем другом. Я знаю, что его едва не арестовали и именно Джек помог ему избавиться от неприятностей.

— Он сам мне об этом рассказывал, — подтвердил я. — А что касается его личной жизни? Он никогда не пытался за тобой ухаживать?

— Нет. Неужели ты думаешь, что он хотел соблазнить меня для своей организации?

— Нет, я так не думаю. Ты слишком умна, чтобы попасться в его ловушку. Я думаю, ты должна извинить его длительное пребывание в городе. Возможно, он действительно интересовался психиатрией, хотя бы теми ее аспектами, которые могли помочь ему в его нелегальной деятельности.

— Он убил Джека?

Я не ожидал такого вопроса.

— Я об этом не думал. Возможно, Джек понял, кто он такой. Джек не был полицейским по должности и не мог арестовать его, но у него была возможность держать его в рамках, пока он собирал необходимые доказательства. Но убил ли он Джека? Я отдал бы обе ноги и одну из рук, чтобы узнать правильный ответ. Что угодно, лишь бы у меня осталась одна рука, чтобы я смог пристрелить убийцу Джека.

— А что произошло между Халлом и Викерс?

— Халл наверняка явился к ней, чтобы убить ее, а убийца Джека пристрелил их обоих. Но в таком случае, как мог Джек знать, что он придет, чтобы убить их? Я ничего не знаю, Шарлотта. Может быть, он знал, что туда придет Халл, но по другому поводу. Возможно, он знал также, что тот человек будет там. Но он тогда еще никого не убил. Здесь что-то другое. Я, наверное, все путаю, но думаю, с течением времени число подозреваемых уменьшится. Трое мертвы, четвертый “засветился”, а убийца сидит себе где-то спокойненько в уголочке и смеется над нашими усилиями. Ничего, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Вся полиция города брошена на его розыск. Пат так же, как и я, стремится добраться до него, но я этого не допущу. Наша встреча произойдет при закрытых дверях — я, убийца и пуля. Обычная пуля, не разрывная, но я вгоню ее в подходящее место и результат будет не хуже, чем от разрывной, когда он получит ее в живот.

Шарлотта слушала меня внимательно. Она скорее бесстыдно изучала и анализировала. Я засмущался и потряс ее за плечи.

— Почему ты так на меня смотришь, дорогая? Я же не сумасшедший, ты же знаешь?

— Я не об этом думаю, Майк. Ты всегда был таким жестоким или стал им после войны?

— Насколько я себя помню, я всегда был таким. Я ненавижу сволочей, которые убивают удовольствия ради. Война только научила меня кое-чему, чего раньше я не знал.

Я посмотрел на часы. Было уже довольно поздно.

— Ты говорила, что у тебя встреча в два часа? Пора идти.

— Ты проводишь меня?

— Разумеется. Одевайся.

Мы ехали медленно, чтобы оставаться вместе как можно дольше. Мы совсем не говорили ни о делах, ни о нашей любви. Мы уже почти доехали, когда Шарлотта вдруг спросила:

— Когда мы увидимся, Майк?

— Скоро, — пообещал я. — Если Калек позвонит, скажи своей секретарше, чтобы она передала ему, что я нахожусь на углу улицы как раз напротив конторы. Пусть он попробует напасть на меня и я его прихвачу. Твоя секретарша узнает, конечно, его по голосу, если он и представится другим именем.

— О'кей, Майк. А если позвонит Чамберс?

— Расскажи ему о покушении, но не говори о том, что я велел сказать Калеку.

Она наклонилась ко мне, поцеловала и вышла. Какая женщина! Совершенство с ног до головы! И все это принадлежит мне. Мне хотелось кричать и петь от радости. За мной раздался сигнал клаксона и я поспешил отъехать. Чуть дальше меня остановил красный свет. Вдруг я услышал свое имя и обернулся. Мелькнул коричневый силуэт, пробирающийся между остановившимися машинами. Я открыл дверцу и рядом со мной сел Боб.

— Привет, Боб, — поздоровался я. — Что ты здесь делаешь? Боб был очень обрадован нашей встречей.

— Я работаю, Майк, — ответил он, — почти по всей Парк-авеню.

Он кипел энтузиазмом. Слова вытекали из него рекой.

— Куда ты едешь? — спросил он.

— В город. Могу подвезти тебя в любое место. Куда тебе надо? Боб почесал в затылке.

— Мне надо в обратную сторону, — задумчиво сказал он. — Мне нужно передать письмо на улице Каналь.

— Хорошо, Боб, я тебя подвезу.

Зажегся зеленый, я свернул на Бродвей и поехал налево. По дороге Боб махал молоденьким девушкам. Я знал, что эта прогулка в машине доставляет ему громадное наслаждение.

— Ты не слыхал разговоров о Калеке? — спросил я.

— Нет. Наверное, что-то случилось, так как он расстался с несколькими своими работниками. Я их сегодня видел.

— А у толстого Сэма ничего нового?

— Ничего.

— Как поживают твои пчелы?

— О, замечательно. У меня теперь есть матка. Кстати, ты был тогда не прав, Майк. Матке самец не нужен.

— Как же тогда появляются маленькие пчелы? — спросил я. Он удивленно нахмурился.

— Мне кажется, они несут яйца, — ответил он наконец. Я высадил его рядом с Каналь-стрит. Он сказал мне “до свидания” и ушел. Хороший парень, этот Боб. Совершенно безобидный, услужливый...

Глава 10

Пат поджидал меня в тире. Проводил меня туда полицейский в форме. Я подошел к Пату в тот момент, когда он рассматривал результат последней серии стрельбы.

— У тебя неприятности. Пат? — спросил я.

— Кажется, мой пистолет нуждается в ремонте, — пробурчал он в ответ.

Он еще раз выстрелил по движущемуся силуэту и попал между плечом и сердцем.

— Что тебе еще надо, Пат?

— При таком попадании человек не обязательно остановится, — пояснил он.

Пат никогда не был доволен. Я засмеялся. Он протянул мне свое оружие.

— На, попробуй.

— Из этой кастрюли?

Я вытащил свой пистолет и снял его с предохранителя. Появилась мишень. Я быстро выстрелил трижды. Пат рассмотрел мишень. Все три попадания были в голову.

19
{"b":"25551","o":1}