ЛитМир - Электронная Библиотека

Самый интересный вопрос, который задавали чаще всего, касался того, почему Спиллейн «бросил писать» в 1953 году, после выхода в свет самой популярной его книги из «хаммеровского» цикла «Поцелуй меня страстно»; почему на пике успеха он ушел в частную жизнь, где нашлось место интересу к «Свидетелям Иеговы», консервативной религиозной секте, которая, по всей видимости, не принимала всего того, что олицетворяли Спиллейн и его Хаммер.

Меня не интересовали тонкости учения «Свидетелей Иеговы», тем более в связи со Спиллейном, ибо религия была той темой, на которую Спиллейн отказывался дискутировать и тем более шутить, – все же остальное, от рекламы пива до пребывания в Бучерконе, было для него делом, а делами Спиллейн занимается не покладая рук. В течение всех трех дней в Бучерконе я видел, что Спиллейн пил только пиво, да и то по глотку, да и то из уважения к своим поклонникам и рекламодателям, которые угощали его. Когда известного потребителя пива спросили, почему он пренебрегает этим напитком (а это было ни больше ни меньше как в Милуоки), он коротко ответил: «Я работаю». В ходе дальнейших расспросов Спиллейн – а в телерекламе он предстает за пишущей машинкой, в окружении пистолета, блондинки и бутылки пива «Lite» – сообщил, что никогда не пьет, когда работает, особенно если пишет. И эти и другие признания он охотно делает достоянием общества – порой они носят столь личный характер, что даже шокируют аудиторию. Такие откровения являются его фирменной маркой, но вот религию он не хочет опошлять, включая ее в рекламные тексты. Забудьте о ней. Следующий вопрос.

Но я бы сказал вот что: библейский тон пассажей, которые проходят через всю «Ночь одиночества», характерен для Спиллейна; в романе «Шанс выжить – ноль!» убежденность «Свидетелей Иеговы», сознательная или нет, в неизбежности Армагеддона является подтекстом истории о глобальной катастрофе. И стоит только взглянуть на заголовки лучших и наиболее известных книг Спиллейна – например, «Месть – мое личное дело», – как становится ясно, что и произведения Спиллейна, и задачи, которые выполняет Майк Хаммер, пронизаны религиозным отношением к действительности.

Что же до основного вопроса – почему Спиллейн бросил писать? – ответ, как вы увидите дальше, таков: он этого не делал.

Он перестал писать романы, которые, переиздаваясь, попадали на книжный рынок в твердых и мягких обложках; он, так сказать, уменьшил выход продукции. Но Спиллейн вообще никогда не был особенно плодовит, разве что когда писал комиксы. Даже первое собрание книг – семь – он написал за шесть лет. Наверно, более точная формулировка вопроса была бы такова: почему столь популярный писатель, как Спиллейн, предпочел перейти к коротким рассказам и новеллам, публикуя их в таких малотиражных изданиях, как «Cavalier» и «Male». Ведь за другие издания он получал бы гораздо больше, да и в конце концов, он мог бы направить свою энергию на создание больших романов-бестселлеров. Частично ответ заключается в том, что некоторые из издателей этих журналов для мужчин – например, Мартин Гудмен – были друзьями Спиллейна в те времена, когда он занимался комиксами. Но почему Спиллейн бросил Майка Хаммера и романный жанр ради коротких новелл и рассказов, которые он никогда не предполагал издать отдельным сборником, остается тайной. Он пожимает плечами и говорит, что просто устал от крупных произведений, что не нуждается в деньгах от продажи книг (не говоря уж о суете, связанной с изданием и рекламными кампаниями) и присаживается к столу лишь чтобы не терять форму, пока занят другими делами – от продажи гоночных машин до охраны лицензионных прав на Майка Хаммера в кино, ТВ и на радио.

Однако Спиллейна явно не устраивало исполнение роли Майка Хам-мера на экране, да и сами фильмы, которые выпускал британский продюсер Виктор Севиль. Может быть, Хаммер ему самому приелся – так же, как Конан Дойл устал от своего Шерлока Холмса? Известен факт, что Спиллейн угрожал прикончить Хаммера в одной из последующих книг, если Севиль не добьется исполнения роли, которое устраивало бы его, Спиллейна.

Готов автор согласиться со мной или нет, но я лично считаю, что критические нападки наконец «достали» Спиллейна; он скрылся на страницах «Manhunt» и «Cavalier» и стал писать небольшие рассказы, продолжая оттачивать свое профессиональное мастерство. В ряде коротких новелл, которые он создал за это время (1953 – 1960 гг.), Спиллейн экспериментировал: не вводя в повествование Майка Хам-мера, он занимался совсем другими героями, полицейскими и преступниками, а не частными детективами. Словно бы Спиллейн решил заново пройти школьный курс, и бурная энергия художника, уже написавшего первые семь книг, преобразовалась в совершенствование профессиональных навыков.

Как уже говорилось, Спиллейн никогда не предполагал издавать эти произведения в виде отдельной книги. И лишь попав в тиски финансового кризиса во время съемок в Англии собственного фильма о Хаммере «Охотник за девушками» (1963 г.), Спиллейн, которому срочно потребовались деньги, поддался на уговоры своего британского издателя и собрал часть коротких рассказов в сборник, который вышел в тонкой бумажной обложке. Спиллейн согласился на издание лишь при условии, что гонорар ему выплатят наличными, и сотрудники издательства запомнили, как, покидая офис, он распихивал по карманам пачки банкнотов.

Эти вышедшие в Англии сборники – «Я – гангстер!», «Возвращение гангстера», «Мой убийца» и «Пилот» – послужили основанием для нескольких сходных книг новелл, выпущенных его американскими издателями – фирмой NAL. Но только «Мой убийца» идентичен в английском и в американском вариантах; « Я – гангстер!», выпущенный NAL, отличается по содержанию от английского сборника под тем же названием, а часть оставшихся новелл из британского издания была собрана в отдельную книгу под названием «Крутые парни». Часть рассказов, увидевших свет в Англии, никогда не выходила в Соединенных Штатах.

Такое произведение Спиллейна, как «Я умру завтра», включалось в антологии дважды – в 1977-м и 1981 годах.

Теперь можно обратиться к этой книге.

Я предпринял попытку собрать под одной обложкой все небольшие по объему произведения Спиллейна, остросюжетные, с напряженным повествованием, которые прежде никогда не публиковались в виде отдельной книги. (Выражение «небольшие по объему» я использую в условном смысле, ибо размеры этих произведений варьируются от очень короткого рассказа до повести). Позднее три из вышеупомянутых произведений вышли отдельным изданием, так же и некоторые из произведений Спиллейна недетективного жанра, например, достаточно неоднозначная «Женщина под вуалью» – научно-фантастический рассказ ужасов 1952 года, который порой относят к жанру «о привидениях». Тем не менее льщу себя надеждой, что я первым собрал под одной обложкой произведения Спиллейна в жанре «тайны и детективы», которые раньше никогда не выходили в таком виде.

Надо сказать, что еще до выхода в свет романа «Я сам – суд» Спиллейн публиковал, чаще всего под псевдонимами, немало рассказов, которые печатались и в самых дешевых, и в достаточно респектабельных изданиях; кроме того, на его счету немало книжек комиксов. За небольшим исключением тех, которые выходили в свет за его подписью, след остальных утерян. Не исключено, что в пятидесятых – шестидесятых годах были написаны рассказы, которые мне пока не удалось разыскать.

А теперь о произведениях этого сборника...

«Смерть придет завтра» (пусть вас не смущает упоминавшееся название «Я умру завтра», которое дважды встречалось в антологиях) первоначально появилось в журнале «Cavalier» в феврале 1956 года. Напряженное повествование дает все основания назвать его спиллейновской версией «Каменного леса». Детективное произведение в стиле В.-Р. Барнетта, в котором Спиллейн отказался от своей стилистики «кто это сделал», «Смерть придет завтра» предлагает неожиданный финал – и, как во многих произведениях Спиллейна «нехаммеровского» цикла, эта внезапная развязка имеет прямое отношение к главному герою.

2
{"b":"25553","o":1}