ЛитМир - Электронная Библиотека

Кэрол рассудила, что если она время от времени будет определять, где находится широкая улица, то сможет двигаться в нужном направлении даже в темноте, где трудно сориентироваться. И стала пробираться к Марлоу-Хаус по узким боковым улочкам, где можно скорее, чем на широкой улице, укрыться, если хочешь остаться незамеченной.

Но она не приняла в расчет извилистые переулки и тупики-ловушки. Какие-то части Лондона за 175 лет претерпели большие изменения. Основные артерии города, должно быть, сохранились, но улицы поменьше, когда-то такие знакомые, не один раз подвергались бомбардировке и восстанавливались до самого последнего повсеместного разрушения. Дорогу преграждали развалины и груды кирпича. Приходилось их обходить, и она теряла направление. Несколько часов прошло с тех пор, как она рассталась с Ником, и теперь он, конечно, беспокоится.

Поняв наконец, что заблудилась, Кэрол решила, что самое лучшее – продолжать двигаться в нужном направлении или, во всяком случае, в том направлении, которое казалось ей нужным, и уповать, что она скоро придет к знакомому месту. Иногда придется прятаться, хотя на это уйдет еще время. С одной стороны, это не трудно: на улицах почти никого нет. С другой стороны, если появятся народные гвардейцы, ее сразу же увидят и арестуют.

– Ненавижу! – шептала она. – Я привыкла бродить в этой части Лондона и не бояться, что встречу полисмена. Наоборот, я отношусь к полисменам как к друзьям и защитникам честных граждан. В какую гадость превратили наш мир! А если я не вернусь в Марлоу-Хаус в ближайшее время. Ник с ума сойдет. Из-за моего отсутствия он еще, чего доброго, отложит свой план. Где же в этом проклятом городе Марлоу-Хаус? Ах, наконец-то!

Это восклицание вырвалось у нее потому, что она вышла на открытую площадь. И почти тут же поняла, что это не то место, которое она ищет. Здесь дома были целы. Груды из кирпичей не преграждали путь – вместо этого под ногами была ровная мостовая.

Мирового Древа на площади не было. Кэрол увидела множество автомобилей, припаркованных аккуратными рядами, которые заполняли почти все свободное пространство. В каждом автомобиле, казалось, могут разместиться шесть-семь человек.

– Лимузины, – сказала Кэрол, пытаясь рассмотреть салон машины сквозь переднее стекло, – не совсем такие, как в двадцатом иске, но такими роскошными бывают только лимузины.

Ей не пришлось долго гадать, почему здесь поят лимузины. В одном из прекрасных домов, выходящих на площадь, был званый вечер.

Спрятавшись позади машины, Кэрол быстро оглядела все пространство. В самом дальнем от нее конце площади горел костер, и вокруг него сидели и стояли несколько человек, судя по их аккуратной одежде разных темных цветов, очень отличающейся от общепринятой, но, очевидно, были шоферы припаркованных машин, ожидающие вызова, чтобы развезти по домам хозяев после окончания вечера. У них был неплохой запас еды и напитков, и они громко разговаривали и пели. Время от времени на них поглядывали около полудюжины человек в коричневой форме народных гвардейцев.

Здесь, в отличие от окрестностей Марлоу-Хаус, было электричество. Красные фонари освещали площадь, а в домах ярко горел свет. Дом, где проходил прием, стоял прямо перед Кэрол. Сквозь широкие окна было видно людей внутри. Осмелев, она подняла голову, чтобы смотреть поверх машины.

Судя по дамским туалетам, в комнатах было тепло.

Легкие, прозрачные одеяния не закрывали рук и шей, а у некоторых была открыта и белоснежная грудь. Все дамы щеголяли сверкающими серьгами, ожерельями, браслетами, кольцами и диадемами. Мужчин украшали тяжелые золотые и серебряные цепи с драгоценными камнями, надетые поверх костюмов, которые состояли из рубах и узких штанов, а на руках у них были кольца с еще более яркими многоцветными камнями. После нескольких дней, в течение которых Кэрол видела на людях только темные поношенные одежды, ее глаза просто ослепли от изобилия ярких красок на фоне обитых шелком стен с золотым карнизом.

Гости все еще прибывали. Парадная дверь была гостеприимно распахнута, но на лестнице стояли двое гвардейцев в форме, не спускавших глаз с входящих. Чтобы лучше видеть, Кэрол переменила положение, прокравшись вдоль машины и низко опустив голову. В это время на площади появилась еще одна машина, ярко осветив ее фарами.

В этом лимузине сидел Вождь, тот самый Фэл, который присутствовал на церемонии у Мирового Древа. Фэл несколько неуклюже выбрался из машины. Он по-прежнему был одет в не идущие ему ярко-зеленые рубаху и штаны, в которых был на празднестве, но с тех пор успел добавить к своему костюму несколько тяжелых золотых цепей на груди. На каждой висел медальон, усыпанный драгоценными камнями. При появлении Вождя гвардейцы у дверей подтянулись, потом подтянулись еще больше, потому что из машины появился еще один человек. Кэрол быстро опустила голову, узнав начальника народных гвардейцев, того самого человека, которого она хотела бы встретить меньше всего в жизни. И почти сразу же, влекомая каким-то ужасным очарованием, опять стала смотреть поверх крыши автомобиля, за которым пряталась.

В отличие от низкорослого и толстого Вождя Фэла, начальник был высок и гибок. Его форма в сочетании с бледным лицом и совершенно гладкими, зачесанными назад каштановыми волосами делала его похожим в глазах Кэрол на убийцу. Ее испугало, что из множества полуразрушенных улиц, по которым она должна была убежать от него, она выбрала ту, которая ее к нему привела. В этой почти встрече она увидела какое-то предрешение свыше. А от того, что она услышала, опасения ее только усилились.

– Ну-ну, Драмм, – раздраженно говорил начальнику Вождь Фэл. – Я часто говорил тебе, что беспокоиться не о чем. Это просто слухи, а слухи и раньше появлялись, и не один раз. Ни один из них не оправдался. Так же будет и с этим. Усильте охрану на улицах и забудьте об этом.

– Я знаю каждого жителя этого района в лицо, – ответил тот, кого называли Драммом. – И все же я дважды заметил там чужака. Что бы это значило?

– Это, возможно, значит, что кто-то пригласил родственника в город на праздники. Готов прозакладывать все звенья вот этой цепи, что вы никогда больше не увидите вашего чужака.

60
{"b":"25563","o":1}