ЛитМир - Электронная Библиотека

— Неужели ты еще и сексопатолог? — усмехнулась она.

— Поверь, я уже давно понял, что ты очень привлекательная, чувственная женщина, и меня просто невозможно убедить в обратном.

Сигнал пейджера прервал их беседу.

Карло был в сомнении. Сообщить Даниэлле о том, что Алан Блейк ненадолго открыл глаза, или нет? Такие физиологические импульсы типичны для людей, находящихся в коме, но они не всегда являются верным признаком выздоровления. Карло не хотел зря обнадеживать ее.

— Позвонили из больницы. Мне надо осмотреть пациента, — соврал он.

— Тогда давай поторопимся.

— Я чувствую себя виноватым в том, что наш ленч закончился так быстро…

— Не говори глупостей! Ты нужен в больнице. Поехали…

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Если бы дверь из комнаты отдыха в больнице не была приоткрыта, Даниэлла не услышала бы один весьма любопытный разговор, происходивший в коридоре. Но обстоятельства сложились именно так, и в результате день, начавшийся так мирно и спокойно, завершился весьма бурно…

Сначала Даниэлла не прислушивалась к тихому разговору, шедшему на итальянском языке, но факт, что говорившие довольно часто упоминали имя доктора Росси, привлек ее внимание, особенно когда в потоке речи ей удалось разобрать la donna americana и ristorante Lorenzo. В полном смятении она, хромая, пересекла комнату и выглянула в коридор: у автомата с напитками, в десяти шагах от нее, стояли три молодых практиканта…

Одним из них был тот самый парень, которого Даниэлла видела в ресторане. Молодой человек что-то увлеченно рассказывал друзьям. Теперь у нее не осталось никаких сомнений в том, о чем именно идет речь! Оказывается, среди случайных свидетелей их страстного поцелуя был один нежелательный. Они с Карло стали объектом больничных сплетен. Интересно, сколько человек будет в курсе последних событий к концу дня? Сама мысль о том, что теперь их отношения будут обсуждать на каждом углу, заставила Даниэллу содрогнуться.

Но если она может просто забыть обо всем и уехать домой, то у Карло, увы, нет такой возможности — а значит, именно ему придется отвечать за их обоюдную слабость… Нет, этого нельзя допустить! Конечно, не в ее силах повернуть время вспять и исправить нанесенный ему вред, но по крайней мере она может попытаться остановить поток сплетен в его адрес. Черпая силы в праведном негодовании, Даниэлла распахнула дверь и решительно вышла в коридор. Гнев, плескавшийся в ее зеленых глазах, мгновенно стер глупые улыбочки с лиц практикантов.

— Кто-нибудь из вас говорит по-английски? холодно поинтересовалась она.

— Si, — запнувшись, ответил один из них. — Немного…

— Я очень этому рада… — Даниэлла подошла ближе, чтобы прочитать его имя на карточке, доктор Пудду, — и повернулась к остальным:

— А как насчет вас, господа?

— Я тоже немного знаю английский язык, — признался доктор Эспозито.

— А вы почему молчите, доктор Галло? — обратилась она к главному сплетнику, который избегал смотреть ей прямо в глаза. — Неужели испугались?

— Нет, синьорина, — пробормотал он. — Мы все желаем вам скорейшего выздоровления. Пострадать в результате несчастного случая… — и тут, окончательно смутившись, молодой человек замолчал.

— Вы знаете, кто я, доктор Галло?

— Да, синьорина Блейк.

— Тогда вы, разумеется, в курсе, что доктор Росси — мой лечащий врач.

После этих слов бедняга стал белым как полотно.

— Вы поняли, о чем я тут рассказывал, синьорина? — рискнул поинтересоваться Галло.

— Во всяком случае, достаточно, чтобы доставить вам троим серьезные неприятности, — прямо ответила она.

Реакция на ее угрозу последовала незамедлительно: молодые люди стали растерянно переминаться с ноги на ногу, бросая друг на друга обреченные взгляды. Такая трогательная сцена просто не могла не смягчить сердце Даниэллы. В конце концов, молоденький доктор Галло никогда не стал бы распускать слухи, если бы они с Карло сами не дали ему отличный повод, целуясь на глазах у стольких свидетелей!

— Полагаю, мы все можем идти по своим делам, мастерски выдержав драматическую паузу, сказала она. — Но помните: если сплетни будут и дальше распространяться по больнице, я обязательно сообщу доктору Росси, кто во всем виноват.

— Этого не случится, синьорина, — клятвенно пообещал Галло.

— Что ж, тогда проблему можно считать исчерпанной…

Все трое облегченно вздохнули.

— Grazie, синьорина! — с этими словами молодые люди поспешили дальше по коридору.

Не успели они скрыться из виду, как появился Карло Росси. По выражению его лица девушка сразу поняла, что его беспокоит нечто более важное, чем длинные языки практикантов.

— Есть новости, Даниэлла, — подходя, сообщил он. — Похоже, состояние твоего отца изменилось…

— К лучшему? — с тревогой заглядывая ему в глаза, спросила она.

— Он несколько раз ненадолго открывал глаза.

— Это хороший знак, не так ли?

Карло не спешил отвечать на ее вопрос. Он молча отвел девушку обратно в комнату отдыха и, сев рядом с ней на диван, наконец сообщил некоторые подробности.

— Я настроен оптимистически и рассчитываю, что скоро мы увидим дальнейшие позитивные признаки. В то же время мне не хотелось бы зря обнадеживать тебя. Выход из комы — очень медленный процесс, который для одних больных заканчивается успешно, а для других…

— Если я тебя правильно поняла, существует вероятность того, что мой отец научится открывать и закрывать глаза — и на этом его выздоровление зайдет в тупик?

— Это только одна сторона медали. Вполне возможно, что позитивные изменения в состоянии Алана Блейка будут прогрессировать — и в конце концов он выйдет из комы. Однако это лишь мои предположения… — Он сжал ее ладонь в своей, и тут Даниэлла по-настоящему испугалась, что сейчас услышит самое страшное. — При нашей первой встрече я объяснил тебе, что повреждение черепа может привести к параличу. Так вот, Даниэлла, ты должна быть готова к этому, потому что, когда твой отец обо всем узнает, ему будет очень трудно смириться с суровой реальностью…

— Разумеется! Разве можно отнестись к подобной новости как-то иначе?

— Некоторым людям вполне по силам такое испытание, но таких очень мало… — согласился Карло. — Кроме того, Алан Блейк наверняка будет вымещать свою боль и растерянность на тебе. Мне довольно часто приходится видеть душераздирающие сцены, когда парализованный больной отталкивает самых близких ему людей, наказывая их и себя за то, что не может двигаться.

— Я давно привыкла к такому обращению с его стороны и, если придется, все выдержу. Когда я смогу его увидеть?

— Прямо сейчас. Я пришел, чтобы проводить тебя к нему, — с этими словами он помог ей встать. Кстати, почему ты гуляла по коридору?

— Разминала ноги, — беззаботно ответила она.

— А если бы ты упала и тем самым усугубила собственное состояние, что тогда?

— Но ведь этого не случилось. Трость прекрасно помогает мне двигаться, лодыжка заживает и почти не болит, так что…

— Предоставь мне судить о твоем здоровье, Даниэлла, — строго заметил Карло. — Не забывай, что я все еще твой лечащий врач! После того как ты навестишь своего отца, я еще раз осмотрю тебя.

После его поцелуев каждое прикосновение Карло казалось ей невольной провокацией. Нет, она не сможет сидеть перед ним с обнаженной грудью.

Любая женщина задрожит от страсти, когда его ловкие пальцы начнут осторожно ощупывать ее ребра, потом уверенно заскользят вверх-вниз, заставляя ее тело напрячься до предела. А каких невероятных усилий ей стоит сдерживать рвущийся наружу стон наслаждения!

— Вот мы и пришли, — сообщил он, открывая двойные двери в отделение интенсивной терапии. Советую не ждать от него слишком многого. В первый момент тебе может показаться, что ничего не изменилось, но на самом деле это не так.

На первый взгляд ее отец остался точно таким же, каким она его видела несколько дней назад, во время своего последнего посещения, но, подойдя ближе и приглядевшись, она заметила, что его веки чуть вздрагивают, как будто он задремал.

16
{"b":"25567","o":1}