ЛитМир - Электронная Библиотека

  Макс сидел за столом и на электронном планшете рассматривал новую порцию аэроснимков различной местности. Часть местности была занята скарабеями, часть принадлежала Республике. Такие снимки ему приносили каждое утро. Попытка зацепиться за приметные ориентиры, вспомнить о собственной роли в планах Улья. Пока особого результата такие просмотры не приносили, но Макс чувствовал - все не зря. Он никому не говорил, но, вглядываясь в покрытые слизью земли, очередное скопление костяных гончих или жнецов, искал ту, которая осталась под контролем Сверхсознания. За отсутствием оперативных сводок и достоверных данных, которых ему никто бы не предоставил, эти снимки становились единственной, пусть и ускользающе-крохотной надеждой отыскать жену. В кого она прекратилась? О чем сейчас думает?

  На столе стоял поднос с остатками жареной говядины, рядом - пара больших пустых бокалов с синтетическим заменителем пищи: витамины, углеводы, белки, кое-какие стимуляторы. Как выяснилось, организм Макса нуждался в огромном количестве белковой пищи. Создавалось впечатление, будто тело продолжает развиваться, преобразовываться, хотя пока никаких заметных изменений не было. Никаких особенных вкусовых пристрастий Макс не испытывал. Скорее всего, он мог бы есть мясо и сырым. Вероятно, находясь в Улье, так и поступал. О том же, откуда там, на свободе, бралась пища, он старался не думать.

  Внезапно внимание Макса привлек ничем не примечательный снимок: болотистая местность с отдельно стоящими каменными образованиями. После увеличения изображения образования превратились в руины какого-то очень древнего сооружения. Возможно, даже города. Огромные каменные пирамиды утопали в жидкой трясине. Снимки были сделаны днем, и потому от поверхности трясины поднимались клубы испарений, несколько мешающие обзору.

  Макс обернулся в поисках Сади Эванс. Она не говорила ему о присутствии на планете следов древней цивилизации. Впрочем, он и не спрашивал... Значит, сейчас самое время спросить. Но доктора нигде не видно.

  Что же особенного в снимке? Не остовы же пирамид. Нечто подобное было и дома... При воспоминании о спокойном размеренном прошлом в горле встал ком.

  Вот же! Макс максимально увеличил изображение. Несколько размытых фигур цепочкой пробирались сквозь заросли камыша и каких-то вьющихся трав. Они выглядели всего лишь темными пятнами, но на фоне остального ландшафта казались чужеродными. Но главное - одна фигура в цепочке приковывала взгляд. Вряд ли в другое время Макс обратил бы на нее особо внимание, но теперь... Он словно ощутил ответный взгляд. Взгляд сквозь время и пространство. Будто он переместился из-под стерильного купола и завис над затхлыми болотами. А она смотрела ему в глаза. Смотрела удивленно-непонимающим взглядом.

  Макс откинулся на спинку стула. Что за наваждение? Как такое может быть? Он снова обернулся - доктора Эванс все еще нет. Больше того, куда-то исчезли и остальные члены исследовательской группы. Остались лишь охранники в черных доспехах, застывшие неподвижными изваяниями.

  'Странный сегодня график', - мелькнуло в голове.

  Обычно работа продолжалась несколько часов подряд, потом был обед и снова работа.

  Макс отодвинулся от стола, поднялся. Странное ощущение, будто не спал, по меньшей мере, неделю. А ведь недавно все было хорошо. Несколько шагов дались с огромным трудом, перед глазами сгустилась мутная пелена. Макс почувствовал, как подкашиваются ноги, но ничего не смог поделать. Упав на колени - оперся на руки, чтобы не растянуться окончательно.

  'Что за?!'

  Несмотря на слабость в теле и почти разфокусировавшееся зрение, слух оставался острым. Макс слышал тяжелые шаги, чувствовал, как его подняли.

  - Сколько он пробудет в таком состоянии? - незнакомый мужской голос - твердый, уверенный.

  - Недолго, у него быстрый метаболизм. Но минут десять у вас есть, - голос женский, знакомый... Эванс?!

  - Вы свободны, доктор! Благодарю за службу.

  - Простите, а с ним...

  - Вы свободны! - в голосе нотки недовольства. - Сержант, помогите доктору найти выход.

  - Мэм...

  Две пары удаляющихся шагов - одни легкие, еле слышные, другие тяжелые.

  - Ну и страшен же ты, объект тринадцать-семьдесят!

  - Сэр, он нас понимает?

  - Думаю, да, рядовой. Но это неважно. Республике куда важнее знать, из каких кишок он состоит, чем копаться в его мозгах. В колодки урода, пока не очнулся.

  Макс попытался сбросить с себя стальную хватку пехотинцев - тщетно. Тело почти не повиновалось. Его протащили по залу, закинули на какое-то возвышение, руки, шею и ноги поместили в держатели. Раздалось мягкое жужжание, а вслед за ним слитный металлический щелчок. Теперь он стоял на коленях, руки разведены в стороны, голова и ноги жестко зафиксированы.

  - Хорошая работа, - все тот же уверенный голос. - Транспорт готов?

  - Десятиминутная готовность.

  - Почему так долго?

  - Какие-то проблемы на взлетном поле. У них здесь полная неразбериха.

  - Ладно, выдвигаемся. С объекта тринадцать-семьдесят не спускать глаз. Начнет приходить в себя - угостить током. Генератор готов?

  - Так точно!

  - Ну, пошли...

  Зрение вернулось практически мгновенно. Пелена спала, словно с глаз сорвали полупрозрачную повязку. Макс осмотрелся, насколько позволяла фиксация. Угловатая конструкция, отдаленно напоминающая свою древнюю предшественницу, намертво держала руки и ноги - не пошевелиться.

  - Сэр, он очнулся!

  - Уже?

  Перед глазами возник чуть лысеющий мужчина средних лет, чисто выбрит, военная выправка. Взгляд откровенно-неприязненный, но глубокий, словно заглядывает в самую душу.

  - Разряд.

  Тело разорвалось мириадами агонизирующих клеток. В глазах снова потемнело.

  - Ага, работает...

  Тело перестало сотрясаться, но боль не отпускала. Макс зарычал - непроизвольно, от злости, от ощущения, что его сдали. Сади Эванс - единственный человек в этом мире, кому он начал доверять, сдала его какому-то живодеру! И они учили его, как вести себя, учили контролю... Зачем нужен этот контроль, когда не можешь пошевелиться, а по телу пропускают электрический ток?

  Тяжелое, хриплое дыхание срывалось с губ.

  - Сэр, мне кажется, он злится...

  - В самом деле? Действительно интересный образец. Сильнее, чем я мог подумать. Что ж, тем интереснее будут результаты вскрытия... Разряд!

  Снова боль, снова мир меркнет, расплывается чернеющими кляксами. В теле не остается ни одного нерва, не кричащего о своем бедственном положении. Судороги неуправляемы, мышцы так напряжены, что готовы переломать кости.

  Мимо текут стены коридора - увешанные гирляндами кабелей, метрами труб, редкими светильниками.

  Во рту появился привкус крови. Зверь почуял кровь, поднял голову. Что, если дать ему волю и не пытаться контролировать? На что он способен? Зверь жаждет драки, жаждет теплой крови. Он уже получал кровь - и не раз. Он всегда выходил победителем.

  По телу пробежала теплая волна, словно от дуновения ветра.

  - Он все еще в сознании, сэр!

  - Подумать только... Разряд! И увеличь мощность...

  Кода Макс снова очнулся, в голове витал шелест далекого голоса. Его снова звали. Звали те, из чьих оков он вырвался. Улей не оставлял попыток вернуть своего генерала. Ярость, раскаленная чистая ярость затопила сознание. Она выжигала все: и голос, и окружающий мир, и даже собственный рассудок.

  Что произошло дальше, Макс не знал. Он снова почувствовал дуновение теплого ветра, а потом тело словно распалось, метнувшись сразу во все стороны. Ослепительная голубоватая вспышка заполнила коридор и отхлынула.

  Темнота - глухая и густая. Макс чувствовал себя опустошенным до последней капли. Что случилось? Он попытался пошевелиться и - о чудо! - мешком свалился на пол. Неужели взорвался генератор? Не похоже, но иного объяснения случившемуся нет.

20
{"b":"255997","o":1}