ЛитМир - Электронная Библиотека

   Нужно признать, что и беглецы не действовали совсем уж наобум. Наемник не сомневался, что идея с поджогом принадлежит архате - ее "спаситель" слишком тугодумом, чтобы исхитриться даже на школярскую уловку. Он ожидал подобного фортеля, более того - валящий из-под влажных соломенных крыш чад сыграл и ему на руку. Окутанный его саваном, Дору последовал за беглецами.

   Ох и натрудили же эти две его ноги! Весь день архата петляла лисой. Иногда Дору начинал верить, что в ее действиях нет особого смысла, и она просто блудит по незнакомому городу, но девчонка умудрялась удивить его. Затея с кораблем стара, как монета в кармане бедняка, но и до нее не всякий бы додумался. Куда свежее оказалась петля с переодеванием - за нее Дору мысленно отвесил архате комичный поклон. Как для разбалованной наследницы одного из правящих домов, инвига показывает невиданную смекалку.

   Но эти двое непуганых простаков просчитались в самом главном - недооценили противника. Внутренняя змея тщеславия подняла было голову, но Дору быстро придушил ее. Пусть не воспринимают всерьез - в конечном счете чужие промашки ему на руку. Не опасаясь слежки, архата и беспамяток бродили по городу без особого страха. Куда больше их волновали собственные личины, чем страх погони. И то, что проходило мимо внимания архаты, замечал Дору. Ее рождение заметили по меньшей мере трижды: шайка из рыбацкого кабака, пара основательно укомплектованных разбойников в торговых рядах и почтенная матрона, которую нерасторопная Аккали едва не сбила с ног. С шайкой из кабака Дору расправился без лишней пачкотни: стоило убить одного, как его дружки кинулись наутек. Наемник не рискнул сохранить им жизни - демон знает, в какой таверне они нынче же вечером распустят языки. С разбойниками пришлось повозиться. Сражались они от неумелости небрежно, но действовали слажено, норовя зайти то в спину, то в бок. Но и на удальцов ушло не больше минуты. Матрону он вовсе придушил, используя вместо удавки перевязь, за которой прятал здоровый глаз.

   Он пустил достаточно крови, чтобы инвига насторожилась, но она, похоже, не врала, говоря об одолевшей ее слабости. К тому же путешествие во Мглу не прибавило ей здоровья.

   Беглецы какое-то время шатались по городу. Девчонка - отчего-то Дору не сомневался, что именно она руководит "побегом" - петляла и заметала следы, как хромой заяц. Вроде и правильно, но раз за разом совершала совсем уж школярские ошибки. Да и откуда ей знать эту премудрость? Она - инвига, дочь главы и нареченная невеста Второго наследника, ее учил языкам и вышиванию, танцам и песням, а не уловкам воров и проституток.

   Вытоптав не один квартал, беглецы отправились в притон железноносой старухи. За каким лихом их понесла туда нелегкая - эта загадка Дору не поддавалась. И все-таки не ностальгия же поволокла их в биндюжник, полный мертвецов. Тем более, компания уже начавших гнить трупов вряд ли по душе чистюле инвиге.

   Дору дважды "переодевался": скинул лохмотья, укрывшись найденной в канаве об блеваной и загаженной хламидой, а после и ее сменил на пристойный плащ. В третий свой наряд на ходу умылся из бочки с дождевой водой, и пристроил на глаз перевязь. Вот так в самый раз - дуралеи и так не слишком бдительны, а с таким маскарадом им нипочем не угадать слежку.

   Но кое-что не давало Дору покоя. Почему девчонка не спешит в Конферат? Он не сомневался, что туда архата направится первым делом и, когда ее ноги ни разу не дернулись в сторону Верхнего Нешера, насторожился. И стражников она сторонилась, и вообще делала все, чтобы и дальше оставаться неузнанной, но была в этом неумела, как молодая шлюшка в день первой торговли. Дору мысленно просил Бессердечного отвести от них взгляды - очень уж не хотелось оставлять за собой след мертвецов. Может Создатель услышал мольбы, или девчонка сподобилась стать осмотрительнее, но никто кроме Дору, кажется, не обращал на них внимания. Не считая разве что шараханья от ее бугая-спутника.

   Что-то изменилось, что-то заставляет девчонку топтаться на месте, терпеть компанию агрессивного кровопийцы. И это что-то толкает ее, вопреки инстинкту самосохранения, оставаться в отнюдь не доброжелательном для архатов Нешере. Смена ее настроения мешала и воплощению замыслов Дору тоже.

   С момента, как он покинул земли по ту сторону Трясин мертвецов, он несколько раз менял намерения, и каждый раз обещал себе, что больше отступит с намеченного пути ни на шаг. И отступал. Чего уж там - делал целые круги, перечеркивал задуманное и начинал с нового листа. Но и поручение, за которое он взялся, требовало достаточной доли безумия. "Только такому приспособленцу как ты, оно по зубам, - говорил наставник, наставляя Дору в путь. - Если оно вообще кому-либо по зубам, - тут же прибавлял он. - Ты лучший из моих учеников, но твое безумие делает тебя опасным для нашего ремесла. Поручение это я бы не взвалил на плечи ни одному из тех, которыми опекался, потому что оно несет лишь смерть. Но ты... кто знает, может, ты родился для него".

   Дору мысленно хмыкнул, разменял еще одну подворотню, цепляясь взглядом за пятки беглецов. Минувшее утро принесло множество открытий. И одно из них Бессердечный будто нарочно подсунул своему верному слуге. Дору делано закашлялся, нарочито громко, так, что попятились даже дворняги. Архата повернулась, невнимательно скользнула взглядом по залитой нечистотами улице, и поторопилась дальше.

   Около хибары жилезноносой мертвячки случилось то, чего Дору с одной стороны ожидал, а с другой - не был к этому готов. Засада. Человека в одеже арканиста он заметил сразу - тот слишком неряшливо прятал свои дорогие шмотки под латаным плащом. Были еще два молодца с арбалетами, но с ними дела обстояли странным образом. Один наверняка пришел с арканистом - даже на приличном друг от друга расстоянии они постоянно обменивались взглядами. Другой же держался особняком. По месту, которое он занял на крыше и железному спокойствию Дору угадал в нем мастера. Не щипача, не "ночного весельчака", а настоящего кудесника маскировки. Ни у кого, кроме Дору, не было шансов даже догадаться о присутствии третьего. Когда началась заварушка, Дору укрепился во мнении, что мастер пришел за своим интересом.

   Грохот, шипение и стон, с которым здание присело и тут же окунулось в собственные каменные потроха, крик. Девчонка, которую дуралей разбойник взял заложницей. Архату, за которую можно выручит здоровенную кучу эрбов - взял заложницей. Следом показался Фантом, весь как только что из кровавой купели. Короткая перепалка, бравада одного и уверенная холодность другого. Скучное представление, где заранее известно, кто кого отправит к Скорбной. Зато увиденного и услышанного хватило для понимания ситуации. Арканист и его беззубая собачонка пришли за чем угодно, но не за девчонкой. Разбойник так и вообще не понимал, какое сокровище держит в руках.

   А потом на сцену вышел третий игрок, закончив спектакль метким выстрелом. Стрелял профессионально: два мига на прицеливание, миг на выдох и выстрел. Работал чисто. И сделал то, чего Дору никак не ожидал - бесшумно скрылся.

   Дору редко чего по-настоящему боялся, но всегда опасался того, чего не понимал. Увиденное наталкивало на нехорошие мысли. Кто за кем пришел? Кто для кого охотился? И было ли все произошедшее неслучайно?

   "Самое время сделать перерыв и обмозговать все картинки", - скомандовал себе наемник.

   Но как выпустить парочку из виду?

   Дору окончательно уверился, что в ближайшее время архата не собирается покидать город. Они разжились деньгами - громила очень умно разжился содержимым разбойничьих карманов. И, скорее всего, успел прихватить что-то у арканиста. По самым скромным расчетам, им хватило бы на корабль до Арны. Но архата все равно не спешила покупать место на корабле. Перспектива же бродить за ними по городу, шла вразрез с его только-то заново придуманными планами.

   Но Создатели вперед него разгадали эту загадку. Пока Дору только прикидывал, как лучше поступить, в подворотню хлынуло отрепье. Зловонное, галдящее на все голоса и грязное, будто старая выгребная яма. Дору доводилось побывать во всяких переделках и запах не мог сбить его с толку - как науськанный служебный пес он следовал за беглецами, держа взгляд на спине беспамятка.

53
{"b":"255999","o":1}