ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Баронет
Эмигрант. Господин поручик
Жить заново
Свои погремушки
Мир измененных. Книга 1. Без права на ошибку
Сияние. #Любовь без условностей
Семейная кухня. 100 лучших рецептов
Госпожа Ангел
Как продавать дорого!

   В двор московской усадьбы Головиных он вышел задумчивый - настолько, что даже разминку совершал скорее формально, что редко с ним бывало.

  - Паап, - прервал его раздумья восьмилетний Богуслав, - ты обещал показать нам 'Стальной смерч'.

  Почти тут же заныли и остальные детишки - не только его, но и Головинские - в самом широком смысле, ибо сюда же входили, к примеру, отпрыски Рысьева, женатого на одной из женщин рода. Да и взрослые не остались в стороне... Что ж, репутацию грозного воина нужно иногда подтверждать - и лучше делать это не в битвах и не на дуэлях, а на таких вот родственных 'междусобойчиках', когда собирается вся родня и друзья.

   Вытащив клинки из ножен и придирчиво рассмотрев - не потускнел ли металл, Рюген накинул на кисти темляки*** и начал потихонечку вращать саблями. Постепенно движения становились всё быстрее и быстрее и вот уже видно только два сверкающих круга. Постепенно двигаться начали не только руки, но и всё тело. Князь делал выпады, уклонялся, 'ломал' носком сапога колени, а каблуком - ступни невидимому противнику. И всё это быстро, очень быстро... И долго. Тот же Рысьев был одним из лучших мастеров клинка в гвардии и 'танец с саблями' в его исполнении всегда производил впечатление. Да, не так быстро и некоторые пируэты в принципе не были ему доступны - гибкость, прыгучесть и 'текучесть' Померанского была далека от нормы. Во всяком случае, прыжки выше собственного роста были для Рысьева недоступны. Но главное - время. Прошла минута, вторая... Даже опытнейшие бойцы в расцвете лет начали бы задыхаться, а герцог прервал свой танец только через десять минут.

   Раздались восхищённые возгласы и мужчины тут же обступили родича, делясь впечатлениями и прося поделиться секретами. У мальчишек же 'звездой' стали Богуслав со Святославом - для своего возраста они были более чем хороши и сейчас демонстрировали детворе ужё своё умение.

  До Владимира сквозь говор обступившей толпы время от времени доносились детские разговоры:

  - А мой папка ещё и не так...

  - ... сто турок в том бою, головы - раз!

  - ...смогу... вырасту.

   Несколько дней относительного отдыха в Златоглавой... Относительного потому, что дела Департамента никак его не отпускали и Ломоносов с Кантом использовали авторитет принца как своеобразный таран для решения некоторых дел.

  - Ну сам знаешь, княже, - басил Михайло Васильевич, бесцеремонно хватая его за обшлаг и подтаскивая к столу с документами. Померанский не сопротивлялся - привык уже к своеобразным манерам гения.

  - Время, мать их! - Тут Ломоносов погрозил кулаком куда-то в сторону окна, - всем Москва хороша, но вот 'раскачиваются' долго!

  - Так есть, принц, - мрачновато подтвердил Иммануил Кант, - москвичи работать уметь, но вот если что-то новое... Всё - стоять, размы... думайт. Стоять - и не подвигнешь их с мест - толко с пинка. Потом да - подходят, говоряйт:

  ' - Спасиб, молодец', но потом. А когда пинаш - ругаются, шум поднимайт. Вы пнёш - ругаться не будут, честь большая, авторитет. Много быстрее дела сделаем.

  Ну и куда деваться? Ходил, 'пинал'... Пришлось навестить самых значимых москвичей вместе с учёными мужами, показывая важность последних.

   Затем - всё, начались репетиции коронации. Роль у Грифича в ней была небольшая, но важная - он и канцлер Воронцов заменяли некоего условного отца в сложной церемонии венчания Павла на царство. Канцлер - как первое лицо государства после императора - плюс как родственник. Рюген - как Наставник, который в русской традиции тоже считался родичем, причём очень близким.

   Вообще, церемония получалась дико сложной и красивой. Очень много аллегорий, отсылок к древнегреческим и древнерусским мифам, к Евангелию, к Голубиной книге***, ещё к чему-то. Знатоки были в восторге, а престарелый князь Щербатов, отпраздновавший недавно восьмидесятилетний юбилей, в припадках умиления принимался жевать свой парик, стягивая его с плешивой головы.

  - Господи..., - умилённо говорил он, - ну до чего славно-то - всё по старине.

   Волей-неволей знатоки церемоний просветили и Померанского. Коронация и правда получалась невероятно продуманной, устраивающей как староверов, так и православных - все видели в ней что-то своё, причём - противоречий не возникало!

   Рюгену коронация далась невероятно тяжело - как один из важных участников, он несколько раз переодевался и получасовое стояние в праздничной 'московской'***** шубе в летнюю жару... Да мерное вышагивание, да торжественная речь... Несмотря на всё здоровье и пресловутую экстрасенсорику, всё было как в тумане.

  - Нормально? - Спросил он чуть погодя, уже в Кремле, подошедшего Румянцева. Тот сперва не понял вопроса, затем вгляделся и покачал головой:

  - Тяжеленько тебе далось... Да нормально, хорошо даже - ни единой ошибочки никто не сделал.

  Грифич ощутимо расслабился и Наталья погладила его по плечу.

  - Я же говорила, милый.

   Коронационные церемонии будут идти ещё несколько дней, но тут уже больше дела церковные, а поскольку числился герцог католиком, то не мог принимать в них участия. Он и в непосредственной коронации императора смог поучаствовать только потому, что ранее были прецеденты. Ну а поездки по церквям, молебны... На фиг!

  - Кстати, хочу порадовать вас забавнейшей историей, -начал Румянцев, - хотя погодите, - вот Суворов лучше вам расскажет. Александр Васильевич, - помахал он рукой довольному жизнью полководцу и тот подошёл, слегка пританцовывая и дирижируя пустым кубком.

  - Я тут собрался рассказать про черкесские кланы, но уж лучше вы сами.

  Генерал-поручик приосанился - чуточки преувеличенно, шутовски, поклонился и начал нараспев, подражая сказителям:

  - Как собрался сильномогучий богатырь Александр свет Васильевич на нехристей басурманских, сабелькой острой помахать, силушкой богатырской помериться...

  Дальнейший монолог был выстроен в том же духе и по мнению Померанского - немногим уступал знаменитой Филатовской 'Сказке о Федоте-стрельце'. Даже избалованный качественной литературой попаданец поймал себя на том, что слушает Суворова открыв рот - буквально. Своеобразная юмористическая 'Илиада'****** - образно, но весьма подробно повествовала о 'прогулке' по Кавказу.

  Тесно переплетавшихся с язычеством* - реально. Ещё в конце 19-го, начале 20-го века язычество в России было живо. Не 'чистое', а так называемое 'двоеверие', когда человек может молиться у икон и одновременно поминать Перуна, праздновать какие-то языческие обряды. Причём в некоторых местах были даже своеобразные обряды посвящения языческим богам, были жрецы (скорее, некое подобие, но тем не менее)... Отголоски двоеверия есть и сейчас - все эти блюдечки для домовых и прочее. Желающие могут вспомнить сами или порыться в сети - тема очень интересная.

  Других направлений 'исконного' православия** - их и в самом деле было очень много. И кстати - старообрядцы не 'православные', а 'правоверные'. Но понятно, буду писать 'как положено', чтобы не путать вас.

  Темляк*** - шнур-петля на рукояти оружия, чтобы не потерять это самое оружие.

  Голубиная книга**** - сборник восточно-славянских духовных стихов, дающий ответ на космогонические вопросы. Этакая смесь язычества и христианства.

  'Московской'***** шубе - так назывались парадные меховые шубы, невероятно тяжёлые, тёплые и дорогие.

  Своеобразная юмористическая 'Илиада'****** - в РИ пару десятилетий спустя Котляревский 'перевёл' Энеиду Вергилия на украинский (не современный суржик, читать его можно без перевода на русский - именно малороссийский диалект). На деле это было самостоятельное произведение - очень добротное и невероятно юморное даже по нынешним временам. Так что Суворов, с его несомненным литературным даром (вспомните знаменитые афоризмы) вполне мог развлечься подобным образом.

140
{"b":"256027","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тобол. Много званых
Бой бабочек
Супчик от всех бед
Тяжелый случай
Я не люблю сладкое
Турбокоуч
Смерть миссис Вестуэй
Рыцари Порога: Путь к Порогу. Братство Порога. Время твари
Мастер ужасок